Две гордости или в космосе, всё, как у людей
Шрифт:
– Что, уже унюхал?
– проворчал тот, делая преувеличенно сварливый вид. Похоже, что они давно играют в эти игры.
– Да, Гарольд, ты прав. У нас намечается очень красивая и необычная пара. Парень долго сам себя мучил, но, наконец-то, решил сдаться. Сегодня он попросил официальное разрешение на ухаживание.
– Что-то ты не договариваешь ... То, что я унюхал, говорит о том, что они уже пара. Ты ведь знаешь его историю. Он многого достиг, и я не хотел бы потерять такие кадры. Тут, ко мне уже приходила Омелия … Еле избавился от неё. Если бы она не была главой клана …!
– я навострила
– Даже так? Значит, она не оставила попыток вернуть его обратно в клан? Это будет интересно.
– Так что скажешь, Надин? Я ещё увижу своего перспективного вилора?
– обратился ко мне Гарольд.
– Конечно, ваше императорское величество. Вы правы, у нас очень необычная история и мы уже почти пара. Я выросла на других традициях и могу вас заверить, что не планирую вмешиваться в карьеру Адена. Я и сама собираюсь работать, поэтому очень надеюсь, что он, в ответ, не будет запрещать мне заниматься любимым делом.
– Вот как?!
– брови императора поползли вверх.
– Ронан, как интересно! Ты мне должен всё рассказать. Думаю, что мы можем отпустить детей развлекаться, а сами посидим за бокалом нашего любимого...
Мы с Максом поднялись и, попрощавшись по протоколу, вышли из кабинета столь высокой особы. Под дверью нас ожидала та самая, замеченная мной дама. Она налетела на меня, как фурия!
– Грязное отродье! Не надейся, что сможешь породниться с нами! Ты никогда не приблизишься ни к одному из великих кланов!
Эта «миссис Гарпия» шипела, рычала и пыталась отрастить когти. Учитывая, что я была ростом ей до плеча, было страшновато. Я начала стратегическое отступление. В особо горячий момент, я перешла порог терпимости и зарычала в ответ, да так, что из кабинета вылетела венценосная особа, а за ней мой отец. Он впервые увидел меня в изменённом виде: когти отросли, глаза горят оранжевым светом, клыки удлинились. Пожалуй, если не считать роста, я выглядела повнушительней, чем напавшая на меня дама, полагаю, Омелия.
– Лед Торис говорил мне, но я даже не представлял, что такое возможно!
– отец потрясённо и радостно смотрел на меня. Император тоже глазел, как простой смертный. В стороне, продолжала шипеть разъярённой кошкой Омелия.
– Прости, я так и не решилась показаться тебе. Я пока плохо контролирую процесс и очень завишу от эмоций. Но, мы с Мортом работаем над этим.
– Ронан, думаю, Надин в состоянии дать отпор любой астерийке. Пойдём-ка, ты явно не всё мне рассказал, тем более, что сюда летит спасательный катер в лице Адена. Думаю, они сами разберутся.
– Оба сиятельных лорда удалились обратно в кабинет. Напоследок, отец подмигнул мне, давая понять, что поддерживает меня.
Подлетев к нам, Аден встал, закрывая меня своей спиной. Так вот, кто это! Это его маменька! Ох, и ничего себе я влипла! Нехорошо мы начали знакомство: она с оскорбления, я с огрызания. Как будем выкручиваться?
– Мама, прошу тебя успокоиться! Ты не имеешь права нападать на мою пару!
– Что?! Пара?! Эта девка! Как ты мог связаться с этим земляным червяком?!
– Ого, как она меня!
– Или ты замолчишь, или никогда не увидишь ни меня, ни своих внуков!
Она сразу заткнулась, икнула и затихла.
– Чем
– Аден, как ты можешь такое говорить. Я твоя мать и знаю, что для тебя лучше. Я уже всё рассчитала. У меня готова для тебя отличная пара, которая готова вступить в наш клан. У неё прекрасная родословная и связи, а что тебе даст эта безродная?!
– прям как сучку для кобеля подбирает, честное слово ...
– Ты говоришь о моей паре! Всё, разговор окончен.
Аден повернулся ко мне, подхватил под руку и потащил в зал с гостями.
– Извини, я поздно сообразил, что она может меня здесь подкараулить. Я не хотел, чтобы так получилось, - повинился он.
– Ничего, мне не привыкать. У нас на Земле тоже такое случается. Потанцуй со мной ещё немного.
– С радостью!
– и его глаза счастливо засветились.
Приятная музыка и замечательный партнёр немного сгладили воспоминание о неприятном инциденте, тем более, что мои мысли очень быстро потекли по другому руслу. Его руки, казалось, прожигали платье насквозь. Я начала задыхаться от нахлынувших чувств. Адену тоже было нелегко. Я заметила, что мы постепенно начали смещаться в сторону того самого балкона. Когда голоса и музыка стали приглушёнными, Аден прошептал мне в губы «прости» и очередной ураган устроил нам крышеснос. Хорошо, что в этот момент на балконе никого не было. Чёрт, я так больше не могу! Если он не закончит начатого, то я сгорю!
– Аден, я прощаю, только сделай уже что-нибудь!
– прошептала я в ответ.
Он внимательно посмотрел мне в глаза и, увидев, что я готова идти до конца, подхватил меня на руки, перепрыгнул через ограду балкона (благо оказался первый этаж) и пронёсся со мной к боковой лестнице. Через несколько минут мы были у дверей каких-то покоев. Он ещё раз заглянул мне в глаза, я решительно кивнула, и мы оказались внутри. Мы не включали свет, не разговаривали и не спрашивали друг у друга разрешений. Всё было решено ещё за порогом этой комнаты. Сейчас, мы завершали то, что давно нужно было сделать и не мучить друг друга. Сейчас, за нас говорили наши души и тела. Ночь темна, но я увидела звёзды и ярче всех сверкал мой Орион, мой охотник. Он был нежен и резок, тягуч и стремителен, обжигал и заставлял плавиться, догонял и покорял. Только иногда, когда невозможно было терпеть срывался стон: «Аден», и это давало отсчёт новому танцу любви.
Мы так и уснули, прилипнув друг к другу и не в силах отпустить хоть на миллиметр. Я никогда не была так близка с мужчиной. И это за семнадцать лет семейной жизни! Удивительно, как можно быть одиноким, живя в полной семье? Оказалось, можно. Я лежала обёрнутая, по-другому и не скажешь, его объятиями и практически не имела степени свободы, но мне её и не хотелось! Я чувствовала его каждой клеточкой своего утомлённого и сытого тела. Мы были единым целым, проросли друг в друга корнями за одну эту ночь. Теперь я почувствовала, что значит завершить привязку и что такое пара. Оно того стоило — испытать столько приключений и найти, пусть и на другом краю галактики, своё счастье.