"Фантастика 2023-98". Компиляция. Книги 1-15
Шрифт:
На фоне задника, изображавшего башни московского Кремля, стояли четыре женщины: Серафима, Ольга, Екатерина и я. Значит, это был не сон. Но как фотография могла очутиться у меня? Я сама видела, что в фотоателье попала бомба, и все погибли. Ничего не понятно.
– Мисс, вам нехорошо?
– спустившись ко мне, спросила Бетси.
– Нет, всё отлично.
– Мисс, а почему вы тогда плачете?
Я и сама не заметила, что слёзы катились у меня из глаз, но как объяснить, что мне захотелось увидеть таких дорогих мне людей,
Как это сделать? Мне нестерпимо захотелось вновь оказаться на московских улицах, посидеть за стаканчиком самогона с моими подругами. Как бы всё было хорошо, если бы не этот страшный взрыв! Я закрыла глаза, и на минуту мне показалось, что мы снова все вместе. Серафима во главе стола поднимает стакан с неизвестно где добытым коньяком. Я, Ольга и Екатерина сидим за столом и почему-то улыбаемся. Я чувствую себя совершенно счастливой.
– За Родину, за победу! За нас, девчонки!- произносит тост Сима.
Если бы я в этот момент взглянула в окно, то, конечно же, заметила бы, что по улице, окружая мой особняк непонятными тенями, расплывается какой-то странный туман… Эпилог. Париж 2013 год Жизнь шла своим чередом. Я больше никогда не видела ни Ольги, ни Кати, ни Вячеслава. Они исчезли, словно их никогда и не было на этом свете. Мне не хватало минут общения с моими подругами, и я часто вспоминала наши посиделки за стопочкой «Бейлиса». Тимофей окончательно разленился: его перестали интересовать прогулки по парку около моего дома, не реагировал он также на голубей изредка пролетавших мимо. Казалось, что жизнь проходит мимо меня, а я её не замечаю. Всё чаще меня стали посещать воспоминания о моём пребывании в прошлом. Я до безумия мечтала оказаться вновь в компании с белокурой красавицей Верой, увидеть её детей, называвших меня «тётя Света», поговорить с Клавой, почувствовать твёрдую руку Виктора и услышать его голос. К сожалению, всё это оставалось в мечтах.
Как-то ближе к концу августа мне пришло предложение устроить свою выставку в одной из галерей Парижа. Некто Серж Горелин предоставлял выставочные площади под мои картины. Немного поколебавшись, согласилась. Так уж вышло, что все хлопоты уместились в две недели. И вот – Париж передо мной! Хозяином галереи оказался мужчина лет тридцати, весёлый с задорными вихрами, которые он всё время пытался пригладить. В глазах плескались бесенята. Кого-то он мне напомнил, но вот кого, никак не могла вспомнить.
Выставка имела несомненный успех и вскоре большая часть картин была продана. Я решила, что дома меня никто не ждёт (Тимофея я взяла с собой, родители, как всегда, возились на своём любимом огороде), и посему осталась в Париже до конца сентября. Погода благоприятствовала мне: осень выдалась тёплой, и мне так захотелось продлить очарование лета. Серж организовал для меня несколько чудесных экскурсий по музеям и памятным местам. Довольно часто я отправлялась побродить по тихим
В один из таких дней мне почему-то захотелось съездить в Сен-Женевьев-де- Буа, где на кладбище были захоронены многие православные русские эмигранты. Как я знала, на территории кладбища находилась церковь Успения Божьей Матери, и я решила заглянуть туда, чтобы поклониться праху всех русских людей, покоящихся во французской земле. С собой я взяла и Тимофея. Кот почему-то, когда я выходила из дома, занервничал и стал кидаться на дверь, словно говоря «Возьми и меня, может, на что и сгожусь».
День клонился к закату, посетителей на кладбище было мало и старушки, торговавшие цветами у ворот, собирались домой. Я купила букет осенних белых астр, зашла в церковь, оставив Тимофея у входа, поставила свечку за упокой всех тех, кто покоила здесь в чужой земле.
Выйдя, не застала кота на месте. Внезапно увидела невдалеке мелькнувшую тень.
– Тимоша, подожди, Тимофей.
Я побежала за котом и заметила, что он остановился у одной из могил.
Интересно, что его могло там заинтересовать. Подойдя поближе, прочитала надпись.
«Николай и Вера Шуховы. 1944 год».
Я покачнулась, вот оно моё прошлое, астры выпали из рук и веером рассыпались по могильной плите. В растерянности я присела на скамейку.
Ноги как будто обожгло холодом. Откуда-то издалека послышался детский голос: -Мамочка, смотри, кто пришёл. Тётя Света!
Слёзы непроизвольно покатились по щекам. Я поднялась и медленно побрела к выходу. Я так мечтала встретиться с Верой, её детьми, её мужем и вот – встретилась. Я никогда их не увижу!
– Извините, вам нехорошо? – послышался мужской голос. Меня аккуратно придержали за локоток.
Я подняла глаза и увидела перед собой совершенно седого старика, худого как жердь. Он с изумлением смотрел на меня, а потом неуверенно спросил: -Тётя Света, неужели это вы? Мама с папой вас всё время ждали в гости.
Внезапно стал накрапывать мелкий нудный дождь, повеяло холодом, из-за оград появилась белесая дымка тумана, окутавшая меня и старика с головы до ног. Всё это продолжалось не более пяти-десяти секунд. Когда туман рассеялся, никакого старика не было видно. Вероятно, всё это мне привиделось.
– Тимофей. Тимоша, нам пора домой.
Кот подбежал ко мне и, встав на задние лапки, попросился на руки.
– Ладно, давай прыгай, лентяй, - я взяла своего питомца и пошла к выходу. И тут мне показалось, что в окружающем меня пейзаже что-то неуловимо изменилось, но вот, что понять я никак не могла. И только, приехав домой, поняла, что церковь Успения Божьей Матери выглядит так, как будто её только что построили и время не успело наложить на неё свой отпечаток.
Казалось, что со времени постройки церкви прошло не более двух-трёх лет.