Господин Лянми Часть вторая
Шрифт:
Старый Ву тут же стал серьезным. Он сунул обезьяну под прилавок, выпрямился и внимательно посмотрел на жреца.
– Да, господин Тяу-Лин, Старый Ву помнит вашу просьбу. Но, - тут он пожал плечами, - ничего особенно интересного не попадалось Старому Ву за последние дни.
– Совсем ничего?
Старик сделал жест - я сейчас!
– и скрылся в глубинах магазинчика. Вскоре он появился из двери, пятясь задом и осторожно таща за собой небольшой столик на колесах. Он развернулся, выкатил столик в центр магазина и выпрямился.
– Вот
– Очень мало. Но каждая вещь довольно ценна.
На столе расположилась весьма потрепанная книга в коричневой обложке, какой-то старый сосуд из зеленого стекла, длинная и узкая черная раковина на подносе, обломок древнего радужного диска, на маленьком куске черного бархата лежали две блестящие монеты - одна большая, играющая всеми цветами радуги, вторая - маленькая и невзрачная.
Жрец бросил равнодушный взгляд на раковину, затем подвигал пальцем большую монету - она меняла цвет, переливаясь всеми цветами радуги. Это была золотая монета из Ла-Тарева. Их начали чеканить совсем недавно, но пара таких монет уже украшали коллекцию жреца.
Он еще несколько раз толкнул легко скользившую по бархату сверкающую монету, затем решил осмотреть маленькую.
– Что это?
– спросил Тяу-Лин, рассматривая ее.
Он не сумел найти на ней понятных знаков. Хотя… таким значком в древности обозначалась платина. А это что?
– Это очень ценная древняя монета, господин. Старому Ву она досталось очень дорого, очень! Она сама по себе очень ценна, - видите, она из сплава платины и палладия, - но еще дороже она тем, что это явно очень древняя монета. Еще до Переселения. Да-да, уважаемый Тидайосу-шангер, эта монета появилась в мире много раньше, чем в первый раз произнесли слово "Шангас".
Жрец осмотрел монету. Ценная вещь, но мало ему интересная. Никаких узоров и украшений - только символы платины и палладия. Обыкновенный слиток необыкновенного возраста. Хотя и выглядит как новый. Он положил его на стол и перешел к другим вещам.
– А чем ценна эта большая бутылка?
– Мне трудно сказать, господин. Эти сосуды привозят контрабандисты морем с северного материка. Они изредка находят их на самом дальнем севере - в развалинах старых городов. За последние месяцы сосуды вздорожали вдесятеро - Средняя ветвь Черного Древа скупает их почти по любой цене!
Старый Ву подозрительно огляделся по сторонам, как бы убеждаясь в отсутствии чужих ушей, и прошептал на ухо жрецу, сколько стоит этот стеклянный цилиндр. Тидайосу-шангер пораженно взглянул на него:
– Это невероятно! Они тратят такие большие деньги на всякие неполезные вещи?
– Возможно, они нашли им хорошее применение, господин?
– Но какое применение может быть у стеклянной бутыли?
Торговец пожал плечами.
Верховный жрец еще раз осмотрел бутыль. Ничего особенного. Толстое зеленое стекло, металлический ободок у горла, завинчивающаяся стеклянная крышка с металлическим
И их поспешно скупают ханзаку?
Как странно.
Жрец поднял книгу. "Книга перемен". Такая древняя копия! Удивительно. Он задумчиво перелистал книгу. На некоторых листах виднелись карандашные пометки, на иных - отчеркнутые строки. Тяу-Лин пробежался глазами. Конечно, так не узнаешь наверняка, о чем гадал бывший владелец книги, но все же… Опытный гадальщик, а жрец считал себя таким, может даже по намекам попробовать понять, к чему вели чужие обряды.
Глаза жреца вдруг зацепились за знакомые строчки: "Третий месяц… Придет… нежданною весной… пятый сын… на миг он станет первым…"
Не может быть!
Кто- то еще проводил обряд Мерцающего взгляда по этому пророчеству?
Обеспокоенный жрец прочитал вслух отчеркнутые строки. Ему показалось, что его словам вторит эхо. Он удивленно поднял голову и увидел - рядом стоит торговец Ву и на память повторяет пророчество! Увидев, что жрец пристально смотрит на него, торговец смутился и отошел к столу.
Тидайосу- шангер поманил его к себе и тихо спросил:
– Что вы сейчас говорили?
– Есть такие стихи, уважаемый господин Тяу-Лин…
– Какие?
Старый Ву закрыл глаза, ненадолго задумался, и затем произнес:
– "Придет чужой Дракон раннею весной,
Призрак прошлого на крыльях древней колесницы, -
Стальное копье.
С собой принесет он смерть и войну, -
Крови безумье!"
– Там еще с десяток строк, - пожал плечами торговец, - но эти считаются главными.
– Интересно, я не слышал этого текста, - задумчиво произнес Тидайосу-шангер, уперев острый взгляд в глаза Старого Ву.
– Прочитайте мне, пожалуйста, эти стихи полностью.
Старик кивнул головой и исполнил просьбу Тяу-Лина.
Верховный жрец осмотрелся, нашел кресло и опустился в него. Сердце его билось, как бьется о прутья клетки только что пойманная птица. Старый Ву спокойно стоял рядом со столиком.
– Вы хорошо помните эти стихи, уважаемый Ву?
– Да, господин.
– Первая строчка звучит именно как "Придет иной Дракон…"?
– "…раннею весной". Да, господин Тяу-Лин. Именно так. Я читал эти стихи в доме одного моего знакомого. Он говорил, будто книга, которую я держал в тот момент в руках, была очень стара. Что-то около шести сотен лет или более.
– Вы ошибаетесь, уважаемый Ву. Этому пророчеству не более пяти сотен лет.
– Старый Ву плохо понимает в этом, уважаемый господин Тяу-Лин. Я даже не знал, что это именно пророчество. Мой знакомый говорил мне, что читал эти строки в книге возрастом более восьми сотен. И это был список с еще более старой книги.
– Он ошибся, ваш уважаемый знакомый. Такого не может быть!
– Верно он ошибся, господин. Вам виднее, - пожал плечами торговец.
– Так вам нужна эта книга?
– Да, я ее возьму.