Избранница
Шрифт:
Девушка быстро спустилась по ступеням и побежала к окнам, выходившим в сад позади дома. Высокий человек выскочил из-за угла и побежал по тропинке. Он на несколько секунд попал в полосу лунного света, и Леонора напрягла зрение, пытаясь как можно лучше разглядеть взломщика. Через несколько секунд он скрылся за кустами, и она потеряла его из виду.
Опять хлопнула дверь, и в саду появился Тристан. Он крутил головой в поисках беглеца. Девушка постучала в стекло и, когда он обернулся, указала тропинку, по которой убежал высокий человек.
Леонора обернулась ко второму мужчине. Старик сидел на нижней ступеньке лестницы, все еще тяжело дыша.
– Как вы сюда попали? – нахмурившись, спросила она.
Старик принялся бормотать какие-то слова, но речь его была невнятна, и ничего вразумительного он то ли не мог, то ли не желал отвечать. Теплое, но сильно поношенное пальто, разбитые грубые ботинки и жалкое подобие перчаток на руках – настоящий бродяга. По свежевыкрашенной кухне пополз запах грязи и мокрой шерсти.
Леонора скрестила на груди руки и, нетерпеливо топнув ножкой, велела:
– Извольте отвечать: зачем вы вломились в дом?
Старик заерзал на ступеньке и опять забормотал невесть что.
Терпение девушки подходило к концу, когда в кухне появился Тристан. В ответ на ее вопросительный взгляд он с досадой сказал:
– У негодяя хватило ума унести оба ключа.
Леонора удивилась, как же он сумел открыть запертую перед его носом дверь, но воздержалась от вопросов. Тристан покачивался с каблука на пятку, засунув руки в карманы, и разглядывал бродягу.
Генриетта сидела неподалеку, и тот время от времени опасливо косился на овчарку.
Тристан начал допрос, и вскоре они узнали, что бродяга промышляет попрошайничеством. Спит он, как правило, в парке. Но эта ночь выдалась такой холодной, что он решил поискать убежище, Зная, что дом пустует, сумел открыть одно из окон.
– Я не хотел ничего плохого, сэр, только укрыться от ветра.
– Хорошо. – Тристан кивнул. – А где ты был, когда тот, другой человек споткнулся о тебя?
– А вот там в уголочке. Подальше от окна потеплее. А этот… вор вытащил меня на середину комнаты. Должно быть, хотел выгнать.
Леонора бросила на Тристана многозначительный взгляд и сказала:
– Эти стены внизу – общие с нашим домом.
Тот задумчиво кивнул, потом повернулся к бродяге:
– У меня есть предложение. Сейчас только середина; февраля и ночи еще не скоро станут теплыми. Здесь есть половики и все прочее – думаю, ты найдешь где устроиться. Завтра сюда придет человек по имени Гасторп. Он мажордом. Он начнет обустраивать дом. Но спальни слуг наюдятся наверху. А мне бы хотелось, чтобы ночью кто-то находился здесь – на случай, если наш друг вернется. Если ты согласен ночевать тут и выполнять обязанности ночного сторожа, я отдам распоряжения, чтобы с тобой обращались как с работником. Мы проведем сюда звонок, и все, что нужно будет сделать, если тот человек вернется, – дернуть зa него и позвать на помощь. Об остальном позаботятся Гагорп и лакей.
Старик смотрел на Тристана, растерянно моргая и приоткрыв рот. Казалось, он не может поверить услышанному. Стараясь не показать жалости, которую он испытывал к бродяге, Тристан спросил:
– В каком полку ты служил?
Сутулые плечи выпрямились, и бродяга ответил с гордостью:
– В девятом. Я был ранен в битве при Корунне.
– Да уж, не ты один, – заметил молодой человек. – Там была настоящая мясорубка.
– Вы были там? – Бродяга был взволнован до крайности.
– Был.
– Ну, тогда и рассказывать нечего – сами все видали.
– Ну так что, мы договорились? – спросил Тристан.
– Сторожить тут каждую ночь? Я согласен. – Старик оглядел темную, но сухую и теплую кухню. – После стольких лет это чудно…
Он встал, неловко поклонился Леоноре и пошел осматривать помещение.
– Как тебя зовут? – спросил Тристан.
– Биггс, сэр. Джошуа Биггс.
Тристан взял девушку под руку, и они направились к лестнице. У первой ступени он обернулся и сказал бродяге:
– Оставляю тебя на посту, Биггс… Хоть и не думаю, что сегодня ночью произойдет что-то еще.
Старик отсалютовал:
– Слушаюсь, сэр. Я буду дежурить.
Когда они оказались в холле, Леонора спросила:
– Думаете, сбежавший человек и был наш взломщик?
– Уверен. Вопрос в том, действует этот тип сам по себе или как член группы, проявляющей непонятный интерес к вашему дому.
– Член группы? Вы полагаете, что он может быть не один?
Леонора вглядывалась в темноту, досадуя, что не может толком разглядеть лицо собеседника.
Они вышли на порог. Здесь было светлее: сквозь тучи пробивался лунный свет.
– Вы ведь видели этого человека? – спросил Тристан. – Попробуйте описать его.
Он предложил ей руку. Леонора, занятая своими мыслями, рассеянно взяла его под руку, и они пошли вниз по ступеням, а затем по дорожке, ведущей к воротам. Наконец девушка заговорила:
– Он показался мне высоким… и молодым. Моложе вас. – Она искоса взглянула на своего спутника.
– Продолжайте.
– Ростом он такой же, как Джереми, и очень хорошо двигался – легко и даже изящно, – как люди могут двигаться только в молодом возрасте.
– А черты лица?
– Темные волосы… более темные, чем у вас. Возможно даже, черные. Что касается лица… – Она задумалась, вспоминая тот краткий миг, который видела незнакомца. – Правильные черты. Не скажу, что аристократ, но явно не из простонародья. Я почти уверена, что он джентльмен.
Тристан кивнул. Казалось, он даже не был удивлен. Они вышли за ворота, и безжалостный ветер накинулся них как голодный волк. Инстинктивно прижавшись теснее друг к другу, они прошли несколько метров до ворот дома четырнадцать.