Космический рейдер "Нибелунг"
Шрифт:
— Приготовится к повороту! — приказал Ивор. — Выпустить обманки и отключить двигатели сразу после ухода торпеды в гипер.
Подобный оборонительный манёвр требовал совместных действий мостика, ОКП, инженерной секции и секции ПРО, почему отрабатывался командой неоднократно. Где бы не выскочила боеголовка, лучше повернуться к ней массивным носовым баком. А чтобы боеголовка с ИРЛ не смогла точно прицелиться, следовало выпустить обманки. Но не имеющие собственных двигателей обманки почти сразу отстанут от рейдера,
— Торпеда ушла!
— ПРО активна. Выпускаем обманки.
— Маршевые двигатели отключены.
Ситуация отличалась от учебной тем, что торпеде предстояло провести в гипере тринадцать секунд. А информация о прыжке дойдет до рейдера за двенадцать. У них будет одна лишняя секунда на реакцию. И этой секундой Ивор распорядился удачно.
К моменту выхода торпеды из гипера «Нибелунг» уже летел без ускорения в окружении тучи дипольных отражателей, разлетающихся по различным курсам имитаторов, к обороне приготовились пушки и лазеры, а системы РЭБ готовились обрушить на боеголовку ослепляющие, глушащие и вводящие в заблуждение потоки. Правда всем им требовалось сперва обнаружить цель.
— Боеголовка по пеленгу тридцать градусов на зюйд-зюйд-ост, — сообщил оператор ОКП Вебер. — Дистанция около четырехсот километров.
Ивор выдохнул. Со скоростью десять километров в секунду боеголовка неслась чуть впереди и параллельно кораблю, который разогнался к этому времени до двух километров в секунду. Поэтому дистанция только увеличивалась. Фугасный ядерный взрыв был им уже не опасен, а лазерной боеголовке потребуется время, за которое она уйдет совсем далеко. Тем не менее, Ивор решил перестраховаться.
— Мистер Ли, поворот тридцать градусов на зюйд-зюйд-ост.
Включились маневровые двигатели. Но массивный корабль не успел завершить поворот. Боеголовка взорвалась.
— Вспышка! — сообщил Вебер.
— Выход из строя двух радаров по южному борту, — сообщил оператор ПРО.
— Генератор ЭМИ, — озвучил очевидное Ник Тавиани.
— Приемлемо, — произнес Ивор, имея в виду ущерб.
— Мы потеряли дрон, — сообщил Гарднер, продолжающий сверх должности боцмана, заведовать секцией беспилотных систем.
— Выпустить еще один.
Торпеда выпущенная по эсминцу бароном Вальхом тоже не достигла цели.
— Пуск ещё двух торпед, — сообщил ОКП.
— Ну этим еще следует разогнаться.
Эсминец до сих пор оставался на орбите и относительно курса рейдера его скорость равнялась нулю.
Глава тридцать первая. Дорога домой
Когда эсминец встал на курс «Нибелунга» боеголовки начали выходить из гипера в опасной близости. Зато орудийная стрельба почти не доставляла хлопот. Кораблю хватало небольшого манёвра, отойти в ту или другую сторону на пару сотен метров, чтобы снаряды гарантировано пролетали мимо. А с поправками на таком расстоянии противник постоянно запаздывал. Впрочем это касалось и орудий «Нибелунга», с той
Зато десятиграммовых снарядов в арсенале имелось наверное тысяч пять. Бездонная бочка, в их нынешнем положении. Темп стрельбы ограничивали лишь энергетические возможности. Об этом тоже следовало позаботиться.
— Энергетический, Радж, зарезервируй конденсаторы для активации поля, — распорядился Ивор. — Поставь блок. Орудие пусть питается тем, что сможет выдать реактор.
— Наша скорость приближается к десяти километрам в секунду, сэр, — сообщил Ли.
— И это значит…
— Это значит, что торпеды скоро начнут отставать, сэр, — сообщили из ОКП — Вы просили напомнить.
— Верно. Спасибо.
— Как это все необычно, — заметил Маскариль, подав голос впервые с начала боя.
— Человечество до сих пор не вело настоящих войн в космосе, — пояснил Ивор. — И большинство разработок ориентировалось на орбитальные столкновения или сражение в поясе астероидов. При тактической ситуации, вроде той, что возникла у нас, собственная скорость кораблей становится ключевым фактором. Мы продолжаем разгон и уже превосходим скорость торпеды. А потом приблизимся и к скорости снаряда. Что тогда произойдет?
— Что?
— Выпущенный эсминцем снаряд будет иметь примерно такую же скорость. Ну пусть на два-три километра больше. Какой ущерб нам нанесет снаряд весом в десять грамм?
— Практически никакого.
— Вот именно.
— А скорость эсминца?
— Верно. Её следует прибавить к скорости снаряда или торпеды. Но эсминец только-только покинул орбиту, — Ивор пожал плечами. — Однако самое интересное и неприятное для нас произойдет позже. Что будет, когда мы разгонимся ещё быстрее?
— Не томите, капитан.
— Торпеды и снаряды начнут прилетать к нам с другой стороны, если только капитан эсминца сообразит забрасывать их перед нами по курсу. То есть по факту «Нибелунг» сам будет набегать на них.
— А гиперфаза?
— Но оружие не атакует из гиперфазы, милорд, только перемещается там. В этом и фишка. Куда хуже, что при любом раскладе мы сами вскоре утратим возможность стрелять. Потому что наши снаряды просто не полетят в сторону противника. Они и сейчас все менее эффективны.
— Почему?
— Если мы выстрелим в сторону противника в обычном пространстве на полном ходу, то субъективно снаряд полетит в его сторону, но объективно будет просто отставать немного от нас. Поэтому если послать снаряд через гиперфазу, то он переместится вперед, а не назад. И когда выйдет из гипера, мы налетим на него. Фактически мы выстрелим себе в лоб!
— Какой-то вывернутый наизнанку мир, — вздохнул Маскариль.
— Да это контринтуитивно. И похоже парень на эсминце еще не понял всей механики. Надо прослужить достаточно долго, чтобы это записалось на подкорку. А там на борту любитель.