Крымский роман
Шрифт:
И отъезд в Москву, чтобы хоть что-то заработать и прокормить себя и родителей, и шесть лет работы на мужа, ну и, конечно – сверху вишенка!
Она тогда не только ремонт делала – она сдирала вместе со старыми обоями с себя старую жизнь, «ремонтировала» себя…
И в этот раз мама, выслушав ее, сказала:
– То, что ты так пугаешься, это понятно – тебя слишком часто и больно предавали. Да еще и неизвестно, что этот мужик собой представляет. Но то, что тебя это так волнует и ты испытываешь сильные
– «Пациент скорее жив, чем мертв!» – подвела итог Вета.
– Натка, пошли в туалет, – прервала ее воспоминания сестра, – хорошее сухое вино имеет обратный эффект, как говорится – «минус попить». Ребята, никуда не отходите, берегите наши телефоны, сумки, а также честь и совесть!.. Натка, перестань дергаться, – по дороге в «заведение» наставляла сестру Вета, – подумаешь, два дня прошло. Тебе мужик сказал: как с делами разберется, так и появится. А не появится, так и хрен с ним – другого найдем. Вон, мы какие умницы да красавицы, «и еще на машинке умеем, и пироги печь».
– Тебе тоже найдем? – усмехнулась Наталья.
– Нет, пожалуй, Левчика оставим. Я к нему привыкла, и деток кормить надо, и любовь, знаете ли, у нас…
– Ладно, оставим.
Они вернулись к столу и обнаружили у Машки с Сашкой какие-то слишком подозрительно хитрые выражения на лицах.
– Так, что натворили? – спросила Вета, уж она-то своих детей знала.
– Почему сразу «натворили»? – возмутился Сашка. – Что мы у тебя, придурки какие-нибудь?
– Тетя Наталья, тебе на сотовый звонил Антон Александрович, ну, тот, который из поезда. Спросил, где ты, я сказала, что вы с мамой в туалете, – доложила Маша.
– Представляешь, какая дура! – вмешался Сашка. – Если б мне сказали, что моя девчонка в туалете, я бы сразу ее со спущенными трусами на унитазе представил. Фу!
– Ничего я не дура, а что я должна была сказать, что они в кустах, что ли?
– Сказала бы, что за вином отошли, – предложил Сашка.
– Еще лучше, что они, алкоголички?! Молчи уже, жених! Какие девочки? Ты вон даже уши не чистишь!
– Что ты пристала к моим ушам? Я сегодня почистил и даже тебе показал.
Хотя у Натальи все сжалось внутри и как-то зазвенело от этой новости, но она не смогла удержаться и рассмеялась вместе с Ветой.
– Так, стоп! – остановила перепалку Вета. – Это все, о чем вы говорили с ним, Маша?
– Я ж рассказываю, а Сашка мешает! Он спросил, где мы находимся, я сказала: на набережной, в кафе, он спросил: в каком, я назвала, он сказал, что перезвонит минут через десять. Слушай, теть Нат, а он классный! – поделилась впечатлением Машка. – Я когда ему про туалет-то сказала, он засмеялся и говорит: «Что же вы, Машенька, так неделикатно, девочки, наверное, расстроятся». Представляешь!
– Представляю, – без энтузиазма ответила Наталья.
– Я же говорила, что он позвонит, – вставила сестра.
– Вета! Ты же знаешь, я терпеть не могу, когда ты долдонишь: «Я же говорила!»
– Знаю, а что ты напряглась? Еще ничего не произошло.
– Слушай, а у тебя с ним роман? – спросила Маша, ей было ужасно интересно.
– Какой роман, просто в поезде вместе ехали! – отмахнулась как-то неубедительно Ната.
– Значит, будет, он мне понравился. И чего ему тогда звонить, если не роман?
И тут телефон зазвонил. Все замолчали и уставились на Наталью.
А она смотрела на телефон – определился номер Антона.
– Да! – ответила она.
– Здравствуй! Надеюсь, девочке Маше не досталось за достоверную информацию?
– Здравствуй! Досталось, но только от брата Саши.
– Умный мальчик. Как ты смотришь на то, чтобы встретиться?
– Я смотрю положительно.
– Тогда прямо сейчас, я уже к вам подхожу.
И она его увидела.
Он шел по набережной по направлению к ним, метрах в двадцати от кафе.
Одет он был в легкий летний костюм и белую рубашку без галстука, и все это ему невероятно шло, и…
И выглядел он офигительно!!!
Или просто она по нему так соскучилась.
Он смотрел только на нее.
У Натальи быстро-быстро забилось сердце.
Она так обрадовалась, она, оказывается, совсем забыла, какой он!
Смотрела, как он к ним подходит, узнавала, радуясь, что снова его видит, и внутри все звенело…
– Добрый вечер, дамы, – поздоровался Антон, потом повернул голову к Саше: – И господа!
– Здравствуйте! – хором ответили Вета и дети.
Наталья молчала, смотря на него.
Он достал из-за спины две большие чайные розы и протянул их Наталье и Свете.
– А мороженое «дитям» мы сейчас закажем, – пообещал Ринков.
Все рассмеялись.
Он пододвинул стул из-за соседнего столика и подсел к ним.
– Я больше не могу мороженое, – простонала Маша.
– А я буду! – Саша был готов на подвиги.
– Девушки, чем вас угостить? Вино? – спросил Антон.
Ему ответила Вета:
– Не надо нас ничем угощать, мы уже сами всем угостились, Антон Александрович. Как ваш бизнес? – почти как светская дама спросила Ветка.
– Бизнес в порядке, двигается. Значит, только мороженое Александру?
– Боже упаси! – веселилась Ветка. Ей ужасно нравилась вся эта ситуация: и как молчит ошарашенная Ната, и как Антон нервничает – но орел, держится молодцом! – Он уже слопал две порции. Это он из вредности.
– Ничего не из вредности! – возбухнул было Сашка, но тут же честно признался: – Но я, наверное, и правда больше не могу!
– Тогда, с вашего позволения, я украду у вас Наталью Александровну?
– Да идите, идите! Гуляйте, а нам домой пора, – махнула рукой Ветка. – А может, она еще и не согласится?