Плохой парень ("Король экстази")
Шрифт:
Осознанно со смертью я в лоб столкнулся в восемь лет. Представления, сформированные от бабушкиных небылиц о старухе с косой, перевернулись молниеносно радикально.
Знакомого мальчика соседа по дому Гришу убило током. Бабушка строго настрого запретила мне идти на похороны Гриши. Под предлогом свалившегося с балкона мячика, я выскочил во двор. У подъезда дома напротив, где жил паренек скопилась огромная толпа людей, одноклассники мальчика, родственники, соседи. Я нагло протиснулся сквозь людское сборище, встал прямо перед небольшим гробом, стоявшем на двух кухонных табуретах. Гриша в школьной форме со значком октябренка на лацкане пиджака выглядел спящим. Громкие вопли горя матери
Колкие, острые пугающие мысли о собственной кончине возникают у человека на любом отрезке жизненного пути. Раздумья о том дне, когда придется покинуть мир живых, наведываются к кому, то чаще к кому то реже. Бывало, тягостные жизненные обстоятельства ставили вашего покорного слугу на колени, и я был на грани самоубийства. Случались счастливые деньки, и жажда жизни пожирала меня с потрохами.
Постояльцы «Бангог-Хилтон» волей, неволей ежедневно задумываются о погибели. 50% здешних заключенных потенциальные смертники. Давящая, удушающая энергетика страха от смертников-заключенных вселяется в охрану, обслуживающий персонал тюрьмы, соседей сидельцев. Умирать, конечно, страшно, но ожидание кончины, выкручивающее душу мучительно.
Жесткое непрекращающееся противостояние с некончающимся потоком тоски и обреченности обостряется от безысходности и неверия в победу.
Ведь даже если меня не расстреляют, то, безусловно, наказание в двадцать лет тюрьмы гарантированы. Мотивация запредельная выбраться отсюда любой ценой, одарить безмерной любовью, заботой Грэг и будущего ребенка. Но надежда выйти на свободу ничтожна мала.
Когда тяжкое покрывало депрессии покрывает меня, губами шепотом молюсь Богу. Да, man, одно чудо поможет мне. Критичный, запущенный случай у пациента.
Отче наш, Иже еси на небесах!
Да святится имя Твое,
Да придет Царствие Твое.
Повторяю чудодейственные строки, пять, десять, пятнадцать раз, не считаю. Перестаю читать молитву, когда прилипшее уныние пасует, удаляется прочь. Пусть ненадолго, но дает передышку.
Я чистосердечно каюсь перед Господом. Прошу прощения за все гадкое сотворенное мной перед людьми и перед ним. Простит ли?
Левинзон посещает часто. С каждым приходом он мрачнеет. Догадываюсь дела подзащитного никудышные. Андрей скрывает недобрые вести, глубину трагизма сверх сложной ситуации в которой пребывает подопечный.
10 декабря 2008 года, внеплановое свидание с Левинзоном. Расследование уголовного дела против меня подходит к завершению. Проходят дополнительные опросы свидетелей, опознания, экспертизы. Следственно-оперативные мероприятия значительно прибавляют доказательственной базы моей причастности к крупной контрабанде наркотиков. Левинзон торопливо копается в ворохе бумага, разыскивая какой-то конкретный документ. Я застыл телом, нешевелюсь отрешенно глазею на пухлого охранника. Таец замечает неосторожного наблюдателя. Злобно гавкает непонятной фразой в мою сторону. Показывает резиновой дубинкой в настенные часы, тридцать минут времени, ни секундой более.
– -Да, да,--Андрей торопится,--вот нашел.
Он аккуратно вытаскивает из кипы документов два скрепленных скрепкой листа бумаги. Вижу цветной российский герб над машинописным текстом. Левинзон сразу протягивает мне документы.
– -Андрюш расскажи сам. Пожалуйста,--отказываюсь от прочтения.
– -Таиланд безапелляционно отказал России в твоей экстрадиции. Власти сослались на неподписанный договор между странами о выдаче преступников.
Сторонний гул, далекий шум в ушах, мир плывет перед глазами. Удар ниже пояса, который не ждешь. Минут пять я не чувствовал, не слышал, не
– -Через неделю суд,--Андрей не замечает моего состояния.--Я уверен, сможем отбить тебя от смертной казни. Далее..
– -Я догадываюсь Андрюш, кто меня мог предать,--перебиваю Левинзона. Голос мой звучит тихо, дается с трудом выговаривать фразы, кажущиеся, что слова вовсе исходят от постороннего человека. Левинзон близко наклоняется ко мне, чтобы расслышать бормотание.
– -Майкл,--спокойно роняю я.
– -Ты уверен? Что Майкла рук дело?--с нескрываемым сомнением переспрашивает адвокат. Я, щурясь, смотрю на Левинзона. Он ждет подробностей.
– -Уверен. Хотя какое это сейчас имеет значение,--равнодушно отмахиваюсь.--Это уже не важно.
– -Антон, ценность имеет любая информация,--Андрей крепко цепляется за выпущенную мной фразу.
– -Хорошо,-- соглашаюсь,--расскажу.
38.
If you came to find your self in Amsterdam
It, stwo late.
You are lost.
(Если ты приехал найти себя в Амстердам, то уже слишком поздно. Ты потерян.(ц) ).
– -Тут все поголовно говорят правду, так принято, man! Не пытайся скрыть истину о себе, ты уже вычислен. Мы в курсе, какой ты мерзавец и кидало, скольким женщинам ты принес горе, а сколько детишек растет без отца. А, родители и друзья? Впрочем, пустой базар! Заканчивай, дуть!
– -Эй, ты! Слышишь чувак!!!!
Я поворачиваю голову, меня дергает за плечо огромный негр с жемчужно белыми зубами.
– -Все, ок!--отпихиваю парня.
Приболдел слегка с непривычки, прилипнув к расплывающейся, пожухлой надписи на кирпичной стене.
Я потерян, потерян, потерян, потерян. Я в кофешопе «Мрато» на улице Красных Фонарей и я дико обкурился в хлам. Первый день Амстердама! О, man. Именно в Амстере, сойдя с трапа самолета на землю аэропорта Схипхол всеми фибрами души и тела ощутил беспредельную свободу.
«Мрато» первое попавшееся заведение на пути непонятно куда. Неприметное с наружи заведеньице внутри напоминало музей современного искусства. Куски мозаики покрывали пол, свет походил на лазерные указки, точечно бьющие на психоделические картины, развешанные по стенам, бесформенные скульптуры из колючей, ржавой проволоки и расплавленной пластмассы перемешанной с фрагментами дерева воняющего благовониями. Короче, атмосферка 21 века. По минимуму никчемных удобств, максимум бурлящих под воздействием «веществ» чувств. Широченные упругие топчаны лежаки для расслабленных посетителей укромно спрятались в полутьме под мерцающим светом флюро ламп. Чуть слышно играет техно. Путникам приносят угощения, туристов любят и почуют от души. Заказав микс трех разных сортов травы, апельсиновый сок, завалился в самый дальний угол, под потолком болталось голубое пластмассовое сердце пробитое стрелой с коротким текстом: «Ты попал мужик». Оно кружилось почасовой стрелке, оперение стрелы играло блестками. Бесхитростный заказ принесли быстро. Официант чье лицо я не разглядел, тощий юноша в желтом велико размерном свитере положил добротно скрученный джоинт, спички, поставил стакан апельсинового сока на столик встроенный с боку койки. Он пожелал приятного отдыха, показал на кнопку, установленную под крышку стола для вызова официанта, бесшумно удалился.