Поцелуй после полуночи
Шрифт:
– Если вам в конце концов хочется этого поцелуя, – спокойно проговорил Том, – я готов.
– Какая чепуха! – воскликнула Виктория, но она с трудом смогла оторвать взгляд от его лица… его губ. Ее сердце колотилось так сильно, что казалось, даже кучер слышит это, не говоря уже о Томе.
– Как такое могло прийти вам в голову, с-э-э-р?
Том наклонился вперед. У Виктории перехватило дыхание. И все же… она не отпрянула, она не в состоянии была пошевелиться, а только судорожно вздохнула. Том был так близко, что у нее кружилась
– Возможно, из-за того, как вы снова пристально смотрите на мои губы, – тихо произнес Том.
– Вовсе я не смотрю! – запротестовала Виктория, однако чувствовала, что не в силах отвести взгляд. Ничего поделать с собой она не могла.
Том придвинулся ближе.
Слова протеста замерли у нее в горле, когда он протянул руку и погладил ее по щеке… так нежно… Ласка показалась Виктории жарким, обволакивающим туманом. Девушке стало тяжело дышать. Никто никогда не прикасался к ней так. Она чувствовала, как кончиками пальцев Том провел по ее лицу, дотронулся до подбородка. Ее муж наклонился еще, и теперь их лица были совсем рядом. Виктория опустила глаза.
– Нет? – едва слышно прошептал Том.
– Н-нет, – пролепетала Виктория, но не отодвинулась. Казалось, она не может справиться с обуревавшими ее чувствами. Что же такое в этом человеке, что так влечет ее к нему? Что заставляет ее быть такой бесстыдной? Жаждать его объятий? Страстно желать, чтобы он ее поцеловал?
– Значит, я ошибся.
– Ошиблись? – заикаясь, спросила Виктория.
– Видите ли, я не могу заставить себя не смотреть на ваши губы. Думал, что с вами происходит то же самое.
От этого признания у Виктории замерло сердце.
– Не можете не смотреть на мои губы?
– Нет, – прошептал Том и тихо спросил: – Вы бы мне не отказали, если бы я вас попросил, ну пожалуйста, Виктория?
«Пожалуйста»? У девушки закружилась голова. А вдруг поцелуй – это что-то грязное… как те лужи, по которым она шлепала в детстве…
Том был так близко, что девушка чувствовала его прерывистое дыхание. Сейчас. Сейчас это произойдет. И она не сможет ему отказать. Ну, что же он медлит? Так можно сойти с ума от ожидания.
– Вы хотите, чтобы я вас поцеловал, Виктория?
Девушка подалась вперед, вздохнула. Тихий голос Тома завораживал Викторию, мурашки побежали по спине.
– Да, – едва слышно прошептала она. – Я… я считаю, я же должна…
«Наивная девочка», – улыбнулся Том.
Ее глаза были закрыты, рот слегка приоткрыт, дразня Тома блестевшим нектаром… сладкой росой на ее губах.
Итак, покончено с добрыми намерениями.
Черт возьми, ни один мужчина не смог бы отказаться поцеловать Викторию. Как он мог устоять перед искушением, когда она сидит так близко и от нее исходит такое благоухание? Когда поднимающаяся и опускающаяся грудь и учащенное дыхание говорят о бушующей в ней страсти? К чему убеждать себя, что так нельзя поступать?
И к тому же Виктория – его жена.
Не важно, что это всего лишь брак по расчету. Господи, ему так давно этого хотелось… так было нужно… он ждал этого всю свою жизнь.
Виктория не знает, как много он жаждет взять… как много ему нужно… как страстно он желает целовать ее…
Том провел пальцами по бархатистой коже ее шеи. Виктория вздрогнула. У него сильно забилось сердце… Он жаждал почувствовать вкус ее губ.
Виктория издала нежный, похожий на плач вздох. Том напрягся. Больше всего на свете он желал насладиться вкусом ее нежного, прекрасного тела… каждой его частицей… вдохнуть ее аромат. Он так долго был лишен этой возможности.
Как только Том наконец дотронулся губами до рта Виктории, из его груди вырвался стон. Господи, в тот самый миг, когда Том коснулся рта Виктории, он забыл обо всем на свете.
Том просто не мог предположить, какой благоуханной она будет… какими податливыми окажутся ее губы. Он не был готов ощутить их теплый шелк.
Том почувствовал, что одного поцелуя ему мало.
Он не может ограничиться этим поцелуем, как не мог забыть эти колдовские глаза… или ее ослепительную улыбку… или ее смех… или даже упрямый подбородок.
О небо! Как ему хочется заставить Викторию снова смеяться… как ему хочется раскрыть ей свою тайну.
Так легко она оказалась в его власти.
Виктория тихо застонала, когда Том прильнул к ней своими настойчивыми, нежными, упругими губами, заставляя ее ответить ему.
Она обхватила руками шею мужа. Тот поднял ее на руки, как будто она была трехлетним ребенком. Девушка не успела воспротивиться этому, не успела произнести ни слова, как оказалась на коленях у Тома.
– Вы не знаете, – горячо прошептал он, – как сильно я хотел этого. С того самого момента, когда я впервые увидел вас, Виктория…
Он провел языком по ее губам.
Виктория затрепетала. Она даже подумать не осмеливалась, что он может ее желать. Девушка приоткрыла губы, и язык Тома проскользнул в ее рот.
Она откинула назад голову. Какие теплые руки были у ее мужа. Никто никогда ее так нежно не обнимал. Ей не приходило в голову, что простое прикосновение может быть таким опьяняющим.
И вообще она не представляла, что можно так страстно желать отдаться первому встречному человеку, который будет ее обнимать. Но, Господи, она желает этого.
– Поцелуйте меня, Виктория, не бойтесь, – прошептал Том. Она неуверенно коснулась языком его губ, потом языка. В этот момент Том мог бы попросить Викторию о чем угодно, и она с радостью согласилась бы на это. Том то ли застонал, то ли засмеялся, а затем очень нежно зажал ее язык зубами. Виктории казалось, что она умрет от ощущений, которые волновали ее душу, возбуждали ее тело. Дрожь пробежала по спине. Том начал слегка покусывать губы Виктории. Затем снова провел по ним языком.