Приручи мою душу
Шрифт:
— Да какого хрена ты несешь?! — взвизгнула я и аж испариной покрылась, пытаясь высвободить руки.
Ахнула, когда Артур намотал мои волосы и потянул, заставляя запрокинуть голову:
— В машине не могут рулить двое, — разнесся его жесткий голос возле щеки. — Природа не зря велела тебе быть навигатором. А если пытаешься спихнуть мужика со счетов — вместо инстинкта защитить, внутри него проснется совершенное иное желание!
Я услышала, как Артур ослабил пряжку ремня и вся напряглась.
— Ты… ты… — попыталась прошипеть, но вскрик вырвался из горла, а в животе точно молния
Жар внутри разгорался с каждым его толчком. Он отпустил мои руки, но придавил спину между лопаток. Поймал ладонью мой рот, ловя стоны, и протолкнулся в раскрытые губы двумя пальцам. Я машинально обхватила их и лизнула языком, а он ускорился, заставляя меня кричать громче.
Освободив рот, Артур вдруг замедлился и провел влажными пальцами между моих ягодиц. Я тут же затаилась, ощутив, что он начал массировать тугое колечко. Попыталась отстраниться, но резкий толчок в лоно пустил слабость по телу.
— Что ты делаешь?.. — спросила я, стянув повязку с глаз, но, не имея возможности увидеть его.
— Не сжимайся, — непреклонно велел Артур и сделал новый толчок, одновременно вторгаясь туда, куда я бы даже в мыслях никому не позволила сунуться!
— Нет… остановись…
Мозг уносило от дикого возбуждения. Кажется, я была такой мокрой, что влага даже по бедрам стекала! Сама того не желая, я отвлеклась и упустила наглое вторжение в целомудренное колечко. Артур уже свободно заходил, и в какой-то момент растяжение стало ощутимее, будто он прибавил еще один палец. Он входил в меня в двух местах одновременно, и я долго не могла свыкнуться с этим. Но в какой-то момент вдруг уловила странный кайф… Просто крышесносный!
Рваные крики вырывались из горла, когда меня забило в судорогах и выбросило в космос ощущений! Я не понимала, что происходит, не понимала, что невнятно лепечу имя своего бандита, будто неосознанно приняла все, что он сделал со мной… И только когда он стянул меня со стола и усадил перед собой, я выплеснула накопленный гнев. Влепила Артуру пощечину с такой силой, что руку ошпарило.
А он даже не дернулся. Лишь прикрыл глаза, которые кажется стали еще чернее, сосредоточившись на мне.
— Я тоже скажу тебе кое-что раз и навсегда!.. — горячо выпалила я, уловив как очерченная бровь Артура дернулась вверх. — Как бы ты меня не лепил я никогда, слышишь… никогда не стану тупой покладистой овечкой!
Меня всю трясло от эмоций, но я упрямо смотрела в его глаза. Даже когда Артур подался вперед и громко опустил ладони на стол по обе стороны от моих бедер. Только инстинктивно сдвинулась подальше…
— Я не говорил, что мне нужна послушная овца, — резонно заметил он, чуть ли не сквозь зубы. — Прекращай играть со мной в перетягивание каната! Ведь однажды я потяну сильнее, Снежана, — Он резко притянул меня за бедра ближе к краю стола, — и тогда ты упадешь.
Дрожь настороженности прошла по телу, но мое лицо этого не отразило. И глаза, которые жадно ловили властную внешность Артура, показывали лишь недовольство и замешательство.
— Прокрути в своей голове все, что я сказал тебе и сделай выводы, — серьезно сказал он, скользнув ладонями по внутренней
— А если не сделаю? — спросила я на выдохе, борясь с желанием раздвинуть ноги чуть шире.
Однако следом невольно поежилась от пристального и будто вмиг похолодевшего взгляда Артура.
— В этом случае далеко мы не уедем.
Произнеся эту констатацию, он вдруг отстранился и отошел от стола. Поднял мою одежду с пола и швырнул ее на ближайший стул.
— Одевайся, — глухо велел хозяин кабинета и вышел за дверь, а у меня отчего-то грудную клетку сдавило.
Все возмущение куда-то испарилось — осталась только неприятная растерянность. И как бы я не противилась, но меня прямо пропитало мыслью, что мое упрямство перешло границы. Что в этом столкновении я сделала ошибочный шаг и из нас двоих глупо повела себя именно я!
Да, я боялась нырнуть глубоко, боялась показаться слабой из-за сомнений, что терзали мою душу, но Кир воспринял это как вызов, расценил как пренебрежение в свою стороны. Куда было бы проще, признайся я сразу в своих страхах и… в чувствах.
Но я не могла.
Просто не умела этого делать. Даже Филипп так и не дождался от меня ответных слов.
Путь до дома прошел в молчании. Я задумчиво смотрела в окно, а Кир хмуро следил за дорогой. Это напрягало. Будто игры резко перевоплотились во что-то серьезное, и теперь стало трудно ориентироваться, даже в простых вещах.
Артур, не спрашивал, куда ехать. Привез меня к себе, как будто другого варианта в принципе не существовало. А я и не возражала. Даже больше того — я не хотела ехать в чертову общагу и замуровываться в чертовой комнате. Делать обиженный вид, что-то изображать из себя — я не хотела!
Эту ночь я считала необходимым провести с ним. Пока ничего в голове не укладывалось, я решила, что мы должны засыпать в одной постели. Пусть и будем порознь мыслями и телами.
Уснуть удалось не сразу. Я захлебывалась в тягучем осадке, а Кир… наверное впервые задумался, что выйдет из нашей связи? И я нервно размышляла смогу ли уступить до того, как он бросит руль и покинет машину? Тогда уже никому не нужна будет моя гордость…
Да мой бандит привык доминировать и жестко доносить свою позицию, но он не топчет намеренно мое достоинство, а возможно, таким образом, даже пытается меня… защитить. И я неимоверно сопротивлялась этой мысли только потому что не принимала с высоты своего воспитания его варварские методы. А еще не хотела признавать свои ошибки.
Утром я проснулась без будильника. Стало холодно и, распахнув глаза, я в замешательстве поняла, что с меня стянули одеяло. Не успела даже толком все осознать, как мои ноги растолкали в стороны, и я оказалась придавлена тяжелым телом Артура. Боль смешалась со сладким спазмом, когда он глубоко толкнулся в меня членом и, поцарапав щетиной грудь, втянул губами сосок. Мои хриплые стоны отразились от стен комнаты, и они не смолкали до последнего толчка. Артур держал меня в постели больше часа, и только оставив сперму на пояснице, отпустил мое тело и молча удалился в ванную.