Путь (2 книга - 6 книга)
Шрифт:
Только непрерывные Шаги, только метания из стороны в сторону, спасали от смерти. Набранная скорость подарила новое открытие: если бежать так быстро, как делал это я, то вода становится ничуть не мягче земли. Я просто не успевал в неё проваливаться, даже брызги от толчков взлетали из-под ног слишком поздно, чтобы намочить меня. А кривое дерево начало отдаляться.
Медленнее, я чересчур спешу, так ничего не выйдет. Мы уже на нужном месте, а это старичьё всё никак меня не обгонит.
Хорошо. Кинем кости ещё раз.
Я чуть сбавил бег, свернул к берегу, пробил телом завесу из сотен капель, что со свистом метнулись ко мне справа от синеволосого Флета.
– Не пускайте в лес!
Вдоль берега тут же встала уже знакомая мне стена огня. До неё не меньше, чем двадцать шагов, но даже здесь меня ошпарило паром и заставило вслепую рвануть сквозь туман обратно к Флету, напоровшись всем телом на огромный каменный кулак. Выплеснутой Духовной Защиты хватило лишь на то, чтобы разрушить технику на десятки осколков, а не бесследно уничтожить. Они стегнули меня, щёку рвануло болью, а с берега раздался дикий смех. И я точно знал, кто так радуется.
Ощущая, как ослабели порывы горячего воздуха, я разглядел очередной островок и в два Удвоенных Шага добрался до него. Замер оглядываясь. Понятно, что так обрадовало Пратия: однорукий старейшина, тот самый, который по словам Угриоста не мог по-настоящему считаться Мастером – обогнал меня.
Наконец-то я окружён.
На востоке фигура так похожего на меня калеки Вилара, позади главный старикашка Цориут, на берегу стоит хохочущий Пратий, а четвёртую сторону преграждает Флет с копьём. Не лучшая позиция, я бы предпочёл, чтобы там стоял Пратий, но повезло, что не кто-то из старейшин. Или не повезло, ведь относительно молодой Флет может и ударить чем-нибудь запредельно сильным, не боясь навредить себе.
Но, как бы там ни было, а мой план продолжает действовать. Коснулся рукой пояса с зельями, но вместо привычных фигурных пробок ощутил лишь осколки стекла под пальцами. Похоже, что встреча с техникой стихии земли от Вилара не прошла даром. Смех Пратия стал ещё громче, а я ударил мечом по воде и заорал:
– Дарсовы выкормыши! Думаете, поймали меня? Да лучше утону, чем дамся вам в руки и сдохну в вашем Ордене!
Развернуться, Шаги из стороны в сторону, уходя от жара опасности. Рывок.
Больше всего я боялся, что Флет просто и незатейливо ответит такой же техникой навстречу, выставив копьё. Самый действенный способ остановить врага, когда ты уверен в том, что твоё средоточие больше, а ты сам с оружием ловчее. Он, видимо, уверен не был. А может быть, давно не сходился лицом к лицу с врагом, позабыл, каково это, когда ты бьёшь его не техникой, а своим телом, используя его как оружие.
Он не стал. Вместо этого на моём пути вырвались из воды десятки мутных, полупрозрачных щупалец, которые я пробил телом, рассеяв Духовной Защитой.
Есть!
Огненный столб.
Сквозь него я тоже промчался, но так легко отделаться не удалось. Пар не духовное пламя, которое можно уничтожить туманом своей силы. И всё же, всё же. Хотя лицо раздирало болью, я вырвался из окружения врагов и бежал, отталкиваясь от воды, на юг, в самую глубину болот.
В спину ударил крик:
– За ним, чего замерли?!
А вот теперь я позволил себе улыбку, которую сейчас никто из врагов не может увидеть. Давайте, догоните меня. Одним движением сорвал опустевший защитный амулет, накинул на шею цепочку свежего, полного, который ждал этого момента в кисете. Ладонь повернуть к лицу. Весна.
Десять Шагов… Двенадцать… Четырнадцать.
Довольно. Здесь. Теперь самое трудное. Выжить.
Я напоказ закашлялся, схватился за грудь, а через два вдоха, не удержавшись на подгибающихся ногах, на полном ходу рухнул в болотную жижу. Ушёл сразу с головой. С трудом оттолкнулся от дна клинком, неловко взмахнул рукой выпрямляясь. Рывком постарался вырваться из топи, но неверно направил тело, и техника сумела протащить меня, взметая целый водопад грязи и тины, сквозь болото всего на десять шагов. Как раз на три шага за кривое деревце. Здесь глубина оказалась мне по грудь.
Путь окончен.
Лезвия я кое-как отбил мечом, пропустив половину. Они стегнули по лицу, груди, растворились в Духовной Защите. От удара огня с натугой шагнул в сторону и, конечно, не сумел уйти. Воды по грудь, попробуй-ка протолкнуться через неё даже с моей силой. Единственное, что успел сделать – зажмуриться, прикрыть лицо локтем. Ничего не видя вокруг, почувствовал, как меня захлестнули водяные щупальца, и втянул в себя туман Духовной Защиты, оставив её под кожей.
Ну же, должно же тебе этого хватить, утроба? Прямо на твоей спине. Проснись!
– Пратий, я держу его, выжги средоточие!
Я рванулся раз, другой и замер, исподлобья наблюдая за приближающимся старикашкой. Куда только делся тот наглый и гордый комтур, которого я видел недавно? Ни один из четырёх преследователей не остался чистым и сухим.
Да и сейчас Пратию пришлось уйти почти по грудь в тёмную, дурно пахнущую жижу, чтобы встать рядом со мной. Но недовольным он не выглядел, уж слишком широкая улыбка на покрытом грязью лице:
– Щенок, я буду навещать тебя в камере каждый день. Каждый день!
А вот я старался не показать своей улыбки:
– Это если Равой позволит.
– Он такой же сопляк, как и ты. И будет сидеть рядом, такого предательства Орден не простит никому.
– Орден или старикашки?
Пратий лишь засмеялся и протянул ко мне руку, протискивая её сквозь щупальца техники к моему средоточию. Я не собирался позволять калечить себя, ведь силы у меня ещё полно. Но он и сам замер, ощущая то же самое, что и я: от жара опасности, о которой предупреждала боевая медитация, болото сейчас должно было вскипеть.