Т. 06 Кот, проходящий сквозь стены
Шрифт:
Во время одной из остановок гид стал объяснять, что телеуправление и технический контроль на всем пространстве Луны децентрализованы. Во всех географических районах собственная система управления водоснабжением, канализацией, подачей горячей воды, работой транспорта и так далее, однако все, что там делается, подается на мониторы, расположенные здесь, «вот на тех консолях, обслуживаемых специальным техническим персоналом».
Я прервал его тираду:
— Добрый человек, сдается мне, вы в этом деле новичок? В «Британской Энциклопедии» ясно сказано, что все функции управления на Луне сосредоточены в руках гигантского
Гид ответил с профессиональной улыбочкой, не сумев все же удержаться от презрительного взгляда, отражающего естественное восприятие «земляного червя» лунианином.
— Ваша информация устарела. Да, когда-то так было, но с тех пор прошло более пятидесяти лет. Сейчас здесь все модернизировано и децентрализовано.
— Молодой человек, вы что, спорите с «Британской Энциклопедией»?
— Я сообщаю вам простую истину. А теперь пройдемте дальше и…
— А что же случилось с тем гигантским компьютером? Если его теперь не используют… Вы так ведь сказали?
— Что? Взгляните на дверь позади вас. Этот компьютер находится за ней.
— Ну так пойдемте и поглядим на него!
— Ну что вы все дудите в одну дуду? Это всего лишь древняя реликвия, символ нашей великой истории, но не больше. А если так жаждете его увидеть, обратитесь к Президенту Университета Галилео и предъявите ваши претензии. А он пошлет вас подальше! Ну, а теперь давайте пройдем в другую галерею.
Хэйзел не «прошла» с нами, а я, свято следуя ее инструкциям, продолжал забрасывать гида идиотскими вопросами, забегая вперед и не давая ему оглядываться. А когда мы (очень не скоро) описали наконец полный круг и вернулись в тот же отсек, Гвен уже шла впереди вместе со всей группой!
Теперь я держался молчаливо, не заговорив и тогда, когда мы покинули Комплекс и направились в метро. Но и на платформе я заговорил, лишь увлекши ее в сторону от чужих ушей.
— Как прошло дело?
— Без осложнений. Замок на двери оказался известной мне конструкции. Спасибо тебе: ты здорово запудрил ему мозги, пока я возилась с замком. Спектакль разыграл неплохой, мой милый!
— Ну, а ты нашла то, что искала?
— Надеюсь. Я буду знать куда больше, когда папа Мэнни просмотрит снимки. Но там всего лишь огромное заброшенное помещение, набитое допотопной электроникой. Я сняла всю ее почти в двадцати ракурсах со стереоскопической регулировкой. Может, и несовершенной, но все же хоть такой: я в ней раньше практиковалась.
— Так что же, с этим вопросом пока что покончено?
— Да, пожалуй, почти полностью, — ответила она почему-то упавшим голосом.
Я быстро взглянул на Гвен и увидел, что глаза ее полны слез.
— Почему, дорогая? В чем дело?
— Н-ни в чем!
— Скажи мне!
— Ричард, онтам!
— Кто?
— Он спит там. Я знаю, я смогла его ощутить! Адама Селена…
Вагон-капсула резко затормозил на подходе к станции, и, к моему облегчению, на ее последнюю реплику можно было не отвечать. Из-за переизбытка пассажиров в капсуле поговорить не пришлось. К тому времени, когда мы достигли Луна-Сити, моя любимая уже успокоилась, и я мог не вдаваться в обсуждение
Луна-Сити кишит публикой в любое время. По субботам луниане из других поселений набиваются сюда за покупками, а в эту субботу еще добавились храмовники с супругами изо всей Северной Америки, да и других мест тоже.
От западной станции метро мы прошли под внешнюю оболочку Луна-Сити и оказались прямо перед «Стариной Монтгомери». Я уже собирался обойти супермаркет слева и выйти на главную магистраль, но Гвен остановила меня.
— Что? В чем дело, милая?
— Твои брюки!
— Что, расстегнута ширинка? Да нет, вроде не расстегнута!
— Мы сейчас эти брюки кремируем. Хоронить их уже поздно. То же относится и к рубашке.
— А мне казалось, тебе не терпится попасть в «Раффлз».
— Ты прав, но мне надо всего пять минут, чтобы облачить тебя в новый обольстительный костюм.
(По правде говоря, имело смысл. Брюки были настолько грязны, что я рисковал прослыть угрозой общественному здоровью. А Хэйзел знала, что я, в отличие от большинства мужчин в Луна-Сити, никогда не ношу шорт, ибо предпочитаю не выставлять напоказ свою искусственную ногу, а прикрывать ее штаниной. Но при этом я вовсе не комплексую из-за нее. Моя нога — это моя личная проблема…)
— Олл райт! — согласился я. — Но давай купим то, что висит поближе к дверям.
Хэйзел обернулась в течение десяти минут, купив мне три выходных костюма-двойки, совершенно одинаковых по фасону, но разных по цвету. Первоначальная цена была приличная, но она, сумев достойно поторговаться, снизила ее до приемлемого уровня (почти вдвое!). Поблагодарив продавца, она вручила ему чаевые и взглянула на меня, сияя:
— Ты стал франтом, мой милый!
Мне тоже так показалось. Костюмы были лимонно-зеленого, тускло-розового и лавандового цветов. Я надел лавандовый, и он пришелся как раз впору. Я пошел вперед, помахивая тростью, держа под руку лучшую из девушек и чувствуя себя превосходно!
Даже боковой туннель, ведущий к «Раффлзу», оказался набит людьми. И кучка,красных фесок толпилась около нашего отеля. Я глянул на одного из этих людей и тут же всмотрелся пристальнее. Второй свой взгляд я сопроводил ударом трости, которой ткнул его прямо в пах. В тот же момент или секундой позже Хэйзел обрушила пакет (с моими костюмами) прямо на рожу соседнему типу, да еще ударила его в низ живота сумкой. Он повалился наземь и присоединил свои вопли к крику моего «клиента». Отведя назад трость и держа ее наперевес, я стал распихивать забурлившую кучку фесок, расчищая себе дорогу к отелю и соблюдая при этом избирательность тычков: одному в живот, другому в почку… но при этом так, чтобы непременно повалить на землю.
Хэйзел позаботилась еще об одном субъекте, снова пустив в ход пакет с костюмами. Этот тоже лежал и не двигался. Еще один (шестой?) хотел было «успокоить» ее полицейской дубинкой, но тут же получил прямо в лицо кончиком моей палки. Он ухватился за нее, я же подался вперед и, чтобы уберечь его от стилета, ткнул тремя пальцами левой руки прямо в солнечное сплетение. Он упал, но и я, не удержавшись, полетел прямо на него.
Сразу же поднявшись, я рысью припустил к «Раффлзу», глядя под ноги и волоча палку за собой.