Вслед за Ветром. Часть 2
Шрифт:
Однако Рэйборн сказал, чтобы все не засиживались в ожидании, так как хоть до острова и оставалось несколько часов пути, он намеревался проплыть и причалить дальше, часа через четыре, примерно, к часу ночи.
Где-то через час Хигинс подошёл к капитану и спросил: «Думаете, «Беркут» отстал?» – так, словно собирался опровергнуть эту мысль.
– А что, есть какие-то сомнения? – они сами собой появились у Рэйборна от вопроса проводника.
– Если он действительно отстал, то что тогда это? – Хигинс указал на запад, чуть севернее. Капитан обернулся и увидел там, вдалеке, нечто весьма напоминающее парус, точнее, это и был парус.
– «Беркут»?.. Или вообще-то нет… другой корабль… Как так? Так что же это за парусник? – это ввело Рэйборна в замешательство. Он не мог поверить, что в данных условиях на море может появиться другой стонгольский корабль, хотя и не исключал подмоги для «Беркута».
– Я не могу вам точно ответить, но ясно, что это парусник нашего государства, и, если приглядеться, то он не боевой. Гляньте-ка в «подзорку», у него не железные борта.
– Да. Ну, что ж, понаблюдаем за ним, – капитан позвал Эрлин и попросил её об этом.
– Ну, а я, пожалуй, пойду в каюту, – проводник начал склоняться к тому, что это вполне может оказаться корабль нанимателя Археи, – Похоже, она была права. Ей тогда не показалось. Хорошо, что она в каюте, а-то бы разволновалась, да, может, ещё и зря. Возможно, это всё же и не его парусник.
Хигинс вошёл в каюту. Архея и Моренс играли на полу в кольца. Рулевой сразу начал скованней себя вести и даже хотел сказать, что у него дела на палубе, и пора идти. Но проводник сказал ему: «Сиди-сиди», – и, чтобы не смущать играющих, занялся картой и какими-то расчётами. Но, сыграв ещё пару партий, Моренс, чтобы не мешать Хигинсу, собрался на палубу: «Я всё же, пожалуй, пойду».
– Сиди, давай. Не видишь, что ей тут и так скучно? Что ты от меня так шарахаешься? – проводник понимал, что рулевому сейчас совсем не хочется туда.
– Так что я вам мешать-то буду? И так уже целый час играю, – стал отнекиваться Моренс.
– Погодите-ка, сядьте оба. Сейчас я кое-что принесу, – Хигинс встал и быстро вышел.
– Куда это он? – рулевой тихо сел на диван. Циркачка, собрав кольца и фигурки, тоже села. Проводник ходил где-то минут десять, всё это время Моренс и Архея молча его ждали. Вернувшись, он дал им небольшой туесок и, сказав, что это ещё не всё, но могут взять, опять вышел.
Циркачка хотела открыть туесок, но рулевой не дал: «Подожди. Дай, попробую угадать, что там, – он тщательно понюхал воздух вокруг крышки и потом, на пару секунд замерев, сказал, – Неужели… Открывай». Туесок был незамедлительно открыт. В нём были гостинцы к чаю. Тут снова вошёл Хигинс. На этот раз он принёс тёплый чай.
– Ешьте, пейте, а я пока схожу кое за чем, – проводник поставил стаканы на подоконник.
– Это что и мне? – осторожно спросил у Археи Моренс.
– Да. Ешь, – циркачка села к подоконнику. Рулевой тоже собрался есть, но прежде спросил: «Почему вдруг Хигинс меня угощает?» – ему это показалось немного подозрительным.
– Он просто хочет, чтобы ты чувствовал себя уютней, – объяснила циркачка. Моренс слегка удивился.
– Он хорошего о тебе мнения, вы же друзья… Просто раньше он плохо знал тебя.
Проводник, и вправду, стал лучшего мнения о рулевом и хотел сдружиться с ним, видя, что тот чувствует себя одиноко на корабле. Кроме того, теперь Моренс был тем, кому ещё Архея могла доверять так же как самому Хигинсу и Луронду, сейчас это было весьма важно. Поэтому, чтобы рулевой привык к нему, проводник загрузил его и циркачку работой так, чтоб тот отвлёкся и по ходу дела начал свободно себя чувствовать и вести в его присутствии.
Хигинс дал им материал для сетей и велел сплести из него то, что и полагается. Оба получили такое задание впервые, но взялись за него. По ходу работы все увлеклись занятием и разговорились. Часа через два Моренс, от усердной работы, настолько устал и привык к проводнику, что без возражений позволил переложить себя с пола на диван, после чего сразу заснул.
Проснулся рулевой уже утром, но не спешил вставать. В каюте, кроме него, больше никого не было. Моренс лежал на диване и смотрел на проплывающие за окном облака. Он заметил, что на корабле как-то странно тихо. Потом рулевой услышал знакомые голоса, которые доносились словно бы из-за борта. Решив выяснить, в чём дело, он встал и подошёл к окну.
И тут перед собой Моренс увидел песчаный берег. По левую руку – шёл вдаль редкий невысокий лес, по правую – холмы и пригорки, между которыми виднелась дорога, ведущая в глубь острова. Поблизости в море впадали две извилистые речушки. Насколько интересно на острове рулевой сейчас не мог судить, видя лишь небольшую часть побережья, но его вид давал предвкушение того, что на Змее есть довольно красивые места.
Желая поскорее их увидеть, Моренс накинул на себя плащ и шляпу и выскочил наружу. На улице вовсю светило солнце, дул освежающий прохладный ветерок. Все гуляли по берегу, но не расходились далеко. Рулевой тоже сошёл на землю, отошёл в сторону и посмотрел на парусник. На его борту были заметны следы обстрела и ремонта.
Конец ознакомительного фрагмента.