Взглядом зверя
Шрифт:
Оказавшись непосредственно на горизонтальной поверхности, Милена отряхнулась с такой силой, что ушки, ударяя по голове, создавали хлопающий звук. Затем, она тщательнейшим образом осмотрела свои лапы и даже почистила коготки, по-кошачьи — с помощью языка и зубов. Порой она ничего не могла поделать с просыпавшимися в ней животными инстинктами.
Наконец, она вспомнила, зачем вообще затеяла весь этот рейд. И тяжело вздохнув, огляделась по сторонам, понюхала воздух, оценила расстояние до ближайшей крыши и начала движение. Теперь она перепрыгивала только на те, расстояние до которых не превышало пятнадцати метров и только при условии, что они находились ниже уровня крыши, на которой она находилась в
На самом деле, где-то через пол часа такого бега она уже совершенно забыла, зачем же собственно пошла, и только почуяв в воздухе знакомый запах резко остановилась вслушиваясь в доносившиеся до неё звуки. Это было чавканье, шумное дыхание и до боли знакомое «скряб», издаваемое когтями, царапавшими по камню. Милена замерла, определяя точное направление, откуда доносились звуки, и… запахи.
Да, ведь именно запахи заставили остановиться упивающуюся бегом оборотня. Пахло кровью, внутренностями и смертью.
Осторожно двигаясь в направлении, откуда исходили звуки, оборотень пыталась загодя определить размер своего противника. Судя по всему, не настолько маленький, чтобы пришибить его ударом одной лапы. Плохо. Наконец, её взору предстала намеченная цель. И её жертва.
Молодая девушка, вероятно на два, а то и три года младше самой Милены — лицо было не повреждено и рассмотреть его было легко. Милена почувствовала, как горло сдавил спазм. Воздух отказывался проталкиваться дальше — в грудную клетку, на половине пути его останавливал рвущийся из самого сердца звук. Утробное, поистине дикое и злобное рычание. Чешуйчатая тварь дёрнула головой, предварительно вцепившись зубами в человеческую плоть, и труп рывком поменял своё расположение. Волосы жертвы разметались по крыше, и, попав в лужу её собственной крови окрасились красным. Некогда тёплая жидкость ещё не успела стать льдом. Пустые остекленевшие глаза безразлично уставились на оборотня.
Из-за стиснутых зубов звук не мог вырваться наружу, сейчас его можно было ощутить лишь как вибрацию — он душил её. Поняв это, оборотень разжала челюсти, неосознанно приподнимая верхнюю губу, обнажая саблевидные клыки.
Заметив, наконец, что за её полуночной трапезой наблюдают, существо звонко взвизгнув, припало на задние лапы и уставилась на незваную гостью. Но в отличие от трупа, в её глазах отчётливо можно было прочесть злобу и агрессию. Вот только во взгляде прошенном в ответ чувств было не меньше! Не дожидаясь, когда тварь опомнится и нападёт, Милена сделала это первой. Резкий прыжок, и вот, зубы оборотня уже сомкнулись на холке иномирового хищника. Раздался дикий визг, монстр рванулся в сторону, но уйти из захвата оборотня можно только в мёртвом виде! Если бы кто-то увидел сейчас глаза Милены, он бы сразу понял, что у твари нет не единого шанса. Она не собиралась отпускать свою добычу. И взгляд её был наполнен, на этот раз, самым настоящим бешенством!
Во рту стоял гадостный вкус крови, в общем напоминающий обычную, но в чём-то другой. Было в нём нечто такое, делавшее её совершенно не пригодной к употреблению. Челюсти Милены сжались ещё сильнее и перекусили противнику позвоночник! Существо в последний раз тихонько чирикнуло и, дёрнувшись, затихло. Оборотень ещё не успела отпустить жертву, как сбоку раздалось шумное сопение, топот и что-то вонзилась ей в бок, раздирая кожу. От боли Милена разжала челюсти и, зарычав, рванулась, пытаясь уйти с линии атаки. Отпрыгнув далеко в сторону, она едва успела заметить своего противника, как тот снова напал.
Глупо с её стороны было думать что твари всегда ходят по одиночке. Такой же монстр, как и тот, которого она только что завалила, собирался, как следует отомстить ей за причиненное
По крыше покатился клубок тел. Звери дико изворачивались, пытаясь избежать травм, и в этом их способности были примерно одинаковыми, но постепенно оборотень стала брать верх. Ей наконец-то удалось дотянуться клыками до горла противника, и это стало решающим аргументом в схватке. Спустя несколько минут, Милена уже стояла рядом с тремя трупами низко держа лобастую голову и хрипло дыша.
Бой получился совсем не таким лёгким, как ей виделось в героических мечтах. Всё-таки, необходимо вначале определять точное число врагов, а уж потом соваться в самую гущу. Но, в конце концов! Откуда она могла знать, что твари не всегда разгуливают поодиночке? В следующий раз будет умнее.
Звериные глаза уставились на труп девушки. Ей она уже помогла, чем только могла, если примется доставлять её к людям, вполне возможны казусы. Объясняй потом что это не она убийца, а только лишь добровольный помощник. Тем более, когда тела найдут, это конечно если их найдут до весны. Свидетелей нет, шума через стеклопластик никто не услышал… И ей же будет лучше, чтобы нашедшие трупы, решили что твари перегрызлись между собой. Не нужно ей было лишнее внимание.
Так что Милена решила оставить всё как есть. Ничего, однажды тела наверняка найдут, и о девушке позаботятся, а вот ей уже пора отправляться домой. Хоть на небе ещё и темно, но лишь из-за того, что на дворе зима. Уже начали своё движение автобусы и, ранние пташки уже спешили куда-то по своим делам. Она бросила последний взгляд на растерзанное тело безымянной женщины и снова начала движение по верхушкам домов, только уже в обратном направлении.
Через час, уже стоя под прохладными струями душа, Милена никак не могла успокоится. Во-первых, саднило шрамы, оставшиеся от когтей существ. Они почему-то заживали втрое дольше, чем обычные раны. Во-вторых, она никак не могла перестать думать о мёртвой девушке. Милена впервые видела человеческий труп так близко. Тем более при таких обстоятельствах и в подобном виде. У неё до сих пор перед внутренним взором стояло её лицо. Почему-то о ней никак не удавалось забыть.
Тихонько застонав, оборотень опустилась на дно ванной и, заткнув сливное отверстие, принялась наливать воду. Причём, температура была такой, какую Милена сама едва могла выдержать, зато стоило немного привыкнуть и наконец-то удалось нормально расслабиться. Мышцы будто размякли, как варёные макароны. Вымывшись, она, даже не вытираясь, легла в кровать. Всё-таки даже её организму необходим отдых.
Проснулась, оборотень под трель дверного звонка. С трудом, заставив мозг хоть как-то откликнуться на внешней раздражитель, Милена поднялась. И даже не открывая глаз, доплелась до двери. О том, что принято сначала смотреть в глазок, а пуще того спрашивать: «кто там?», она даже и не вспомнила. Дверной замок так же открывался на автомате.
Потревожившим её покой оказался никто иной, как Максим. Стоило распахнуться двери, как перед ним предстало существо с лицом изрядной помятости, неописуемым кошмаром на голове и закутанное в одно одеяло. Глаза существа были закрыты, и Максу даже послышалось лёгкое посапывание. Хотя почему послышалось?