Блог демона Шаакси, или адская работёнка
Шрифт:
Я хмыкнула, как-то очень ярко вспомнив квартирку старшего демонического менеджера Шаакси, переполненную голубями и хламом. И его же слёзы на набережной.
Да, без сомнений, примерно так и выглядит успех.
Интересно, сколько столетий пройдёт, прежде чем этот конкретный демонёнок узнает настоящую цену всем этим возможностям? Сколько закрученных кругами дорог, ведущих только в офис, придётся ему истоптать, до какой вершины подняться?
Впрочем, этот опыт невозможно почерпнуть из книг или чужих мудрых советов:
— И всё же, покажи мне Жнеца, — попросила я. — Я рискну.
— Ну, как знаешь. Но ты таки и правда тормоз!
— Полагаю, это во многом правда, — сказала я.
И даже не соврала.
*
38
Я никогда не задумывалась о том, как должны выглядеть духи из последнего отражения.
Если бы я дала себе труд предположить, то наверняка пришла бы к выводу, что у них тоже должны быть стандартные обличья. Ну, что-то вроде “смерть с косой”, “мрачная тень”, “говорящий скелет”, “человек в чёрном” и тому подобное.
Но, то ли этот конкретный дух была не при исполнении, то ли у них нет корпоративного дресс-кода, но выглядела моя новая собеседница очень обыденно: привлекательная темноволосая женщина неопределённого возраста, облачённая в белый сарафан и серебристые балетки, с огромным стаканом в руках. Пожалуй, природу её выдавали только глаза: она смотрела без любопытства и без тепла, спокойно и… Даже не то чтобы равнодушно, но под этим взглядом тут же возникало ощущение, что она прямо сейчас видит все движения моей сущности, как на ладони.
Что, возможно, не было такой уж неправдой.
— А, — сказала она задумчиво, — вон оно что… А я всё думала, почему это мне вдруг местного “коктейля вдохновения” захотелось, как перед жизнью. Бадяга же жуткая! Но ладно, теперь всё ясно... Ну здравствуй, что ли. Сейчас допью — и пойдём.
Честно говоря, это были самые стремительные переговоры в моей жизни. Возможно, именно поэтому я категорически не нашлась, что бы такого сказать.
— Ты… знаешь, кто я? — не особенно умный вопрос, но я действительно очень хотела знать ответ.
Жительница последнего отражения посмотрела на меня так, как будто весьма сомневалась в моём интеллекте.
— Знаю, разумеется. Ещё получше, пожалуй, чем ты сама.
На кого другого я бы за такое высказывание даже обиделась.
Обижаться, глядя в эти бездонные глаза, не получалось.
— Мы… встречались раньше?
— О да.
Весьма… многословно.
Но ладно.
— Ты знаешь, зачем я здесь?
— Да, разумеется.
Уже получше.
— И ты отведёшь меня в последнее отражение.
— Да. Я отведу тебя туда, куда тебе нужно прийти.
— Вот и хорошо.
Больше я ничего говорить не стала, просто пристроившись рядом со своей новой (старой?) знакомой, наблюдая за Броуновским движением демонического города. Тишина, что повисла между нами, на удивление казалась не напряжённой, а скорее даже уютной.
С ней оказалось на удивление приятно молчать.
— Ну всё, — сказала она, прикончив своё питьё, — пойдём.
И я пошла.
Состояние было странным, спокойным и отстранённым, как будто весь окружающий мир оказался за толстенным стеклом. Рядом с идущим рядом существом было спокойно и легко… так спокойно легко, как, наверное, не бывает живым.
Но я с самого начала знала, на что иду.
Именно потому туман, клубящийся за ближайшей аркой, не слишком меня смутил… А запах соснового леса, сменивший городские ароматы, даже обрадовал.
Скоро я начала различать в тумане очертания деревьев, камни, покрытые мхом, и тропинку, бегущую под ногами. Моя спутница сбросила обувь, и я, последовав её примеру, испарила свою — хвойная подстилка ласкала ноги, и сама местная земля, казалось, наполняла силой.
Вскоре впереди замерцал свет.
Всё в том же молчании мы вышли на деревянные мостки. Под нами неподвижным чёрным зеркалом стояла вода, расцвеченная лилиями. Вверху мерцали далёкие звёзды. Мы миновали ограду со светильниками-скелетами, из глазниц которых лился тот самый свет.
Туман расступился.
Я увидела уютный деревянный домик, стоящий на мостках и приветствующий меня мягким светос из окон.
Я уже видела его. Я…
— Я была здесь, — я хотела, чтобы это прозвучало вопросом, но не получилось: начиная говорить, я уже знала (помнила?) ответ.
Моя спутница не стала ни отрицать, ни опровергать.
— Выпей чаю со мной, — только и сказала она, — прежде чем пойдёшь дальше.
И снова я последовала за ней. Вошла в дом, пахнущий древесиной, прохладой и лесом, послушно устроилась за столом у окна, оущущая уют и покой, лениво понаблюдала, как гостеприимная хозяйка накрывает на стол, отхлебнула прозрачного чаю…
И вспомнила.
Верно, именно сюда я пришла после смерти, когда…
–
— Смилуйся, хозяйка!
— Прекрати. Мирские заботы остались позади. Ты забудешь прошлую жизнь, и…
— Я не хочу забывать!
— Есть правила для живых, которые невозможно оспорить. Люди должны забывать прошлые жизни.
— Госпожа, я уже нарушила столько правил, что одним больше, одним меньше — всё в котёл. И я найду способ не забыть его.
— Его… Значит, любовь?
— И она тоже. Дух, о котором идёт речь… Он сердце моё, и душа моя, и свобода моя. Я не готова его забыть. Особенно если он будет помнить.