Чушь в картинках
Шрифт:
— Ну… допустим, нет. У тебя ко мне какое-то дело?
— Да нет, я же говорю — просто так позвонил, узнать как твои дела!
— Просто?
— Абсолютно! Не веришь? Вот смотри — как твои дела?
— Да так… как-то… А твои?
— Да как-то… так…
Рита усмехнулась:
— Какая содержательная у нас беседа. Это все?
— Нет.
— Что еще?
— Сейчас скажу. Только храбрости наберусь.
— Это становится интересным. Так-так?
— Рита!
— Да?
— Ты
— Вся внимание.
— Помнишь выпускной класс?
— Конечно!
— Я тогда был безумно в тебя влюблен! — выпалил я решительно.
— Тоже мне новость! — фыркнула Рита.
— То есть? Ты что, знала?
— Да только слепой бы этого не заметил!
— Вот черт! А я думал, что хорошо свои чувства скрывал.
— Не-а, не очень.
— Вот черт! — снова сказал я.
— А почему ты только сейчас решил признаться?
— Ну, тогда я стеснялся…
— А сейчас?
— Сейчас перестал.
— И что, до сих пор влюблен?
— Э-э-э… ну как тебе сказать…
— Никак. Все ясно. Очень глупо.
— Что глупо?
— Что тогда стеснялся.
— Совсем не глупо! — возразил я. — Я не то что стеснялся — я ни на секунду не верил, что у тебя могут быть ко мне какие-то чувства!
— Еще глупее. Ты ведь даже выяснить не пытался! А вдруг у тебя была надежда!
— Да? И что, была?
— А сейчас уже не знаю. Тогда надо было пробовать.
— Вот черт! Но у тебя же тогда был этот… как его… мачо такой…
— "Этот как его мачо такой" был у меня недолго. И потом, за любовь надо бороться! Эх ты!
Ничего себе! Похоже, она обиделась.
— Слушай, — сказал я. — А если бы я тогда в выпускном классе признался тебе в любви и предложил выйти за меня замуж… Можно ли предположить, что ты бы согласилась? Чисто гипотетически, разумеется.
— Ну, — она немного помедлила с ответом. — Гипотетически, думаю, можно.
— Вот черт!
— Ты повторяешься.
— Извини.
— Но какое это сейчас имеет значение? Я не люблю сослагательного наклонения.
— Не торопись! Разве тебе не любопытно, как могла бы сложиться наша жизнь в этом случае?
— Почему? Любопытно.
— Тогда выгляни за дверь. Там для тебя подарок.
— Какой еще подарок? — насторожилась Рита. — И когда это он успел оказаться за моей дверью? Ты откуда звонишь вообще?
— Из дома я звоню. А когда и как подарок попал под твою дверь — это мое ноу хау. Тайна сия велика есть. Впрочем, если тебе подарки ни к чему, забудь.
— Но-но! Я не отказываюсь! Жди у телефона.
— Так, — сказала Рита, вернувшись к телефону через несколько секунд. — Фотоальбом. Любопытно… Открываю. — Она замолчала. Я терпеливо ждал.
— Так, — выговорила она наконец. — Это ЧТО?
— Как — что? Свадебная фотография!
— Чья?!
— Что значит — чья? Наша!
— Наша С ТОБОЙ?!
— Конечно! Что с тобой, Рита? Амнезия?
Она пару мгновений помолчала, а потом заметила:
— Какие-то мы на ней неестественные…
Я хмыкнул. Не помню чья свадебная фотография была вырезана из не помню какого журнала, а на место лиц молодоженов я наклеил наши с Ритой физиономии.
— Слушай, неужели я была такая толстая?
— Вовсе не толстая! — возразил я. — Это называется "в теле". Самое оно. Чтобы было за что ухватиться.
— Тогда ладно. Только мне кажется, что шея у меня под каким-то неестественным углом повернута.
— Фотограф — козел, — объяснил я.
— Жаль, — вздохнула Рита. — Не стоило доверять делать свадебные фотографии какому-то козлу. Ира ведь предлагала хорошего фотографа. Зря ты уперся.
— Я вовсе не уперся. А козла порекомендовала та же Ира, только днем раньше. Она всегда была такой противоречивой…
— Ладно, теперь уже ничего не изменишь. А что среди гостей так много незнакомых лиц?
А то, что фотографий наших одноклассников у меня было не так много, и чтобы обклеить лица всех гостей, мне бы их просто не хватило, — чуть не сказал я, но вовремя спохватился.
— Рита, это же свадьба! Мероприятие, на которое собирается огромное количество незнакомых людей. Так полагается. Эта загадочная традиция корнями уходит в глубь веков.
— А, ну это все объясняет. Я перелистну?
— Конечно! Погрузимся в воспоминания!
— Перелистнула. И не очень понимаю, что это за снимок. Мы с тобой летали на Луну?
— А как же! В свадебное путешествие!
— Вот оно что…
— Конечно! Очень романтично.
— Да, вполне. Брачная ночь в невесомости, правда, несколько меня утомила. И скафандр, помнится, немного жал.
— Ну, были легкие неудобства. Зато море впечатлений! И вообще, всем влюбленным полагаются прогулки при луне, а мы с тобой пошли дальше — гуляли при Земле!
— Молодые были. — Мне показалось, что Рита улыбается. — Выпендриться хотели. Слушай, а зачем мы там американский флаг водружали?
— А мы его не водружали. Мы его снимали. Чтобы взять с собой в качестве сувенира. Обычай такой. Все, кто отправляется в свадебное путешествие на Луну, привозят оттуда американский флаг в залог будущего процветания семьи.
— Да, точно. Теперь вспомнила. Так, а это что за фотография? У меня на руках ребенок… А, это наш первенец!
— Точно! — обрадовался я. — Наш сын… первый. Вилик…
— Вилик?!
— Конечно! Вильгельм.
— Вильгельм?! Что побудило нас назвать сына Вильгельмом?!