Древний. Предыстория. Книга первая
Шрифт:
— Хорошая работа, господа! — оценил он. — А ведь это совсем недалеко от нас! Время в пути?
— Сорок три минуты гиперперехода! — немедленно доложил один из ученых, — при движении на максимальной скорости!
— Зачем же так грубо, — улыбнулся Господин Ваау. — Мы никуда не торопимся. Хайтоп-менеджер!
— Слушаю вас, Господин Миноритарный Акционер! — откуда ни возьмись, возник перед большим начальством еще один Ваарси.
— Приступаем к операции по захвату врагов! — объявил Ваау. — Флоту разбиться на восемь формаций! Высаживаться в следующих местах… — в руке у Миноритарного Акционера возникла лазерная указка, и он принялся водить ею по мультихроматрону, отмечая точки высадки. Шесть зажегшихся отметок взяли человеческий корабль в окружение. — Сразу после выхода в реальный космос начать плотный обстрел корабля Людей! Разрешаю любую степень разрушения, но запрещаю наносить удар в район нижнего полюса,
— Но, Господин Миноритарный Акционер, — неуверенно возразил хайтоп-менеджер, — это же более четырех часов в пути… враги могут покинуть место пребывания за это время…
— Покинут — догоним в следующий раз! — Господин Ваау являлся воплощением уверенности. — Но элемент внезапности будет на нашей стороне. Иначе у Людей есть все шансы засечь нас еще в гиперпространстве и скрыться до нашего появления. Выполнять!
На капитанском мостике мгновенно вспыхнула суета, десятки сидевших неподвижно операторов постов связи и управления развили активность, связываясь с кораблями флота, рассчитывая подробности диспозиции и уточняя всевозможные детали. Гиперпеленгатор работал вплоть до совершения флотом прыжка, и все это время Рафтулах неподвижно простоял рядом с ним, возвышаясь над суетой низкорослых Ваарси, словно треугольная башня посреди сине-зеленого муравейника. Только потом ему разрешили оставить пост и отвели в конференц-зал. Там он и остался дожидаться окончания перехода в полном одиночестве. Гредринианских офицеров уже не было, как сказал ему один из десантников Ваарси, стоящих на часах у входа, они вернулись на вверенные им корабли еще десять минут назад.
Четыре с лишним часа тянулись до обидного долго. Рафтулах сидел в кресле, расхаживал по конференц-залу, лежал на пьедестале ползунов, снова сидел в кресле… Переход все не заканчивался, словно специально оттягивая самый главный момент всей его жизни — тот самый, когда Господин Ваау своим приказом направит его в ученые. Когда наконец за ним пришли, хорунжий уже весь извелся от бесконечного томительного ожидания. Оказавшись на капитанском мостике, он, торжественно отсалютовав, промаршировал мимо Миноритарного Акционера к гиперпеленгатору и вытянулся по струнке.
— Тридцать секунд до завершения гиперпрыжка! — раздался доклад капитана корабля.
Рафтулах вперил взгляд в рябящий помехами мультихроматрон, отсчитывая про себя секунды.
— Выход! — выстрелил словом капитан, инициируя мгновенный всплеск всеобщей активности.
Зазвучали команды и доклады, зазвенели сигналы, пошел обмен сообщениями. Центральный мультихроматрон вспыхнул, и операторы немедленно настроили его на изображение линкора Людей. Он все еще находился здесь и никуда не делся. И немудрено! Судя по картинке, на нем живого места не осталось. Огромный серый шар был весь испещрен пробоинами и рваными ранами, возле некоторых из них вяло суетились ремонтные аппараты, но такими темпами залатать все дыры получится не раньше чем через месяц. Судя по сильному наклону оси линкора, он значительно пострадал не только снаружи, скорее всего, оборудование корабля повреждено настолько, что Люди просто не имели возможности куда-либо улететь. Вот почему они до сих пор не соединились с остатками своей эскадры. И вызывать ее к себе тоже побоялись — наша разведка не дремлет, переговоры обязательно перехватили бы и нашли полумертвый линкор еще раньше.
Даже появившиеся вокруг штурмовые формации Альянса Люди заметили не сразу. Абордажные корветы уже развили максимальную скорость, пойдя на сближение, когда человеческий линкор запоздало попытался скрыться, бросив в космосе ремонтное оборудование. Но куда тут скроешься, когда тебя заранее окружили со всех шести сторон? Уйти в гипер Люди не смогли, видимо, их давно поврежденный привод уже потерял последние остатки работоспособности, набрать свое фирменное внутрисистемное ускорение тоже не вышло. То ли линкор совсем разваливался на части, то ли наша РЭБ-формация вовремя перегрузила ему контуры силовой установки или ввела в диссонанс двигатели… кстати, а где у Людей двигатели? Надо будет обязательно выяснить, как только он станет ученым. Это произойдет уже совсем скоро, так что можно и потерпеть. Рафтулах смотрел, как полыхает
— Абордажные команды начали высадку на вражеский корабль! — доложил хайтоп-менеджер, и Рафтулах представил, как сейчас бесится полковник. То, что он был не в состоянии сделать больше недели, Миноритарный Акционер Ваау воплотил в жизнь за полчаса.
— Абордажные корветы перевели двигатели в положение «реверс»! — прозвучал следующий доклад. — До полной остановки человеческого линкора одна минута! Приступаем к…
Внезапно вырубился свет, мультихроматроны погасли, приборные панели плавно потемнели, и капитанский мостик погрузился в кромешную тьму. Рафтулах обалдело повертел головой. Не видно даже передней руки, которой он только что коснулся лба!
— Хайтоп-менеджер! — раздался голос Господина Ваау. — Это еще что за представление?!
— Замыкание в цепях питания! — нервно доложил кто-то из темноты. — Сейчас включится аварийное освещение!
И действительно, через секунду под потолком тускло вспыхнули панели автономного света.
— Исправить немедленно! — капитан флагмана набросился на своего старпома. — Наказать виновных! Связь мне с ремонтным отделом, быстро!
Старпом метнулся к оператору связи, но тот, бледный от страха перед разгневанным начальством, инстинктивно втянул голову в плечи.
— Система внутренней связи не функционирует! — испуганно сообщил он. — Аварийная частота не запускается, сильные помехи в эфире… замыкание вызвало ионизацию и навело диссонансные поля… наверное… нужны ремонтники…
— Так отправьте посыльных, капитан! — в голосе Миноритарного Акционера явственно звенели нотки раздражения. — А еще лучше, отправляйтесь лично! Так, по крайней мере, от вас будет хоть какой-то толк!
— Слушаюсь! — выпалил капитан флагмана и кивнул старпому: — Я к ремонтникам, вы — в отсек силовой установки! — Оба офицера бросились к выходу, но дверные створы оказались заперты, и им пришлось провозиться несколько минут с системой ручного открытия.
Едва толстостенные двери разошлись в стороны, из глубины корабля донесся громкий звук взрыва. Ваарси застыли на пороге, но грохот взрывов немедленно продолжился, и они опрометью метнулись дальше. Рафтулах, ничего не понимая, смотрел им вслед, пытаясь в полумраке аварийного освещения разобрать, что происходит. Неожиданно из коридора навстречу капитану выскочило трое десантников с оружием в руках.
— Люди! Люди на корабле! — заорал один из них. — Они идут сюда! Всем в ружьё! Командный отсе… — плазменный заряд разорвал кричащего на две части, и Ваарси бросились врассыпную, пытаясь укрыться по углам, и открыли огонь куда-то в глубь помещения, ведя перестрелку с кем-то, невидимым отсюда. Ответные выстрелы быстро отшвыривали на палубу их мертвые изодранные тела, дымящиеся прожженным снаряжением.
Острый приступ кипящего ужаса ошпарил Рафтулаха, и он беспомощно заметался вокруг гиперпеленгатора. Что делать?! Спасать чип? Спасать себя? Ведь у него даже оружия нет! Хорунжий судорожными движениями вскрыл мегаусилитель, вырвал из приемного гнезда чип и завертелся по сторонам, озираясь в поисках Господина Ваау. Он едва заметил того в толпе офицеров Ваарси. Миноритарного Акционера облепили несколько топ-менеджеров, требуя от него немедленно скрыться, и увлекли за собой. Хорунжий бросился было следом, как вдруг в дверном проеме стремительно мелькнуло нечто, взвиваясь под самый потолок. Что-то похожее на серую пластину сплюнуло вниз небольшой предмет и так же стремительно умчалось обратно. Рафтулах вдохнул, собираясь проорать «Бомба!!! Ложись!!!», но не успел. Яркая вспышка, сопровождающаяся оглушительным взрывом, обожгла заполненное страхом сознание, и хорунжий почувствовал, как палуба уходит из-под ног. Его отбросило назад, ударяя о переборку, и несколько секунд хорунжий беспомощно лежал на палубе, не в силах подняться. Боевой скафандр выдержал удар и не допустил переломов или ушибов, но мозг внутри черепной коробки встряхнуло так, что перед глазами все плясало и ноги не слушались, расползаясь в разные стороны. Внезапно что-то схватило его за кожух главного воздуховода и резким рывком подняло над землей. Рафтулах вяло задергался в воздухе, пытаясь одновременно унять головокружение и сфокусировать зрение. Едва это ему удалось, первое, что он увидел, был холодный блеск плазменного клинка перед глазами.