Фавориты ночи (сборник)
Шрифт:
А мне здесь понравилось! Я не торопясь пошла вперед, точнее, вглубь, и очень подробно рассматривала все, что встречала на пути.
Неожиданно с визгливым лаем из-за искусственных зарослей на меня бросился маленький пекинес, угрожающе подпрыгивая и топая лапами. Чтобы не огорчать его, я остановилась и сделала вид, что испугалась.
Справа раскрылась не замеченная мною дверь, ведущая куда-то еще дальше, внутрь этой пещеры Аладдина, и я увидела Клауса. Тонко урчащий пекинес отбежал и спрятался у него за ногами, под их прикрытием подкрадываясь
– Что вам нужно здесь? – весьма нелюбезным тоном проговорил Клаус, быстро подходя ближе.
– Здравствуйте, вы меня не помните? – мило улыбнулась я ему.
Он подошел почти вплотную и посмотрел на меня совершенно без интереса.
– У меня профессиональная память, – пробурчал он, – у нас выход там же, где и вход.
– Мне нужно с вами поговорить, – если мне было необходимо проявить настойчивость, то я умела делать это довольно грамотно. Я отступила на шаг и села в замечательно мягкое кресло под раскидистой пальмой. К сожалению, не настоящей. – Пропал Майкл, семья сбилась с ног в его поисках… – я собралась любым методом втянуть Клауса в разговор, а там уже и ловить рыбку информации в мутной воде жизни.
Клаус верно оценил мой маневр и немного наклонился вперед.
– Мне сейчас очень некогда, уважаемая Ольга, это понятно? – я кивнула и положила ногу на ногу, – к тому же я не имею ни малейшего желания ни с кем ни о чем говорить. Можете оставаться сидеть здесь, сколько вам угодно. Когда будете уходить, скажите охраннику, что я его уволил.
Проговорив все это противным голосом, Клаус развернулся и, не прощаясь, скрылся за той же дверью, откуда и возник. Я моментально оставила не сработавшую вальяжность и прошла за ним. Дверь оказалась заперта. Вот мерзавец! Бесполезно потолкавшись в нее, я не захотела упускать случая и прокричала:
– Майкл пропал, вы меня слышите?! Его ищут и мать и брат! – я заколотила в дверь руками. – И мне он нужен для важного разговора!
Я прислушалась и не уловила в ответ ничего. Пнув в дверь еще разок для верности, я выскочила из студии, твердо решив заняться этим псевдомилордом основательно. Охраннику на стульчике я не стала говорить ничего.
Очутившись на улице, я обошла вокруг дома, чтобы убедиться в отсутствии второго выхода. Его не было. Я не понимала причин такого мерзкого поведения Клауса и была настроена очень решительно. Вдобавок ко всему это именно он не дал Майклу проводить меня в понедельник!
Я вернулась в летнее кафе перед «Джулио Чезаре», запаслась пивом, чипсами, еще чем-то и собралась высидеть здесь до самой последней возможности. Сознание того, что меня практически пнули под зад коленкой, придавало мне какую-то особую энергию.
Время пролетело: Клаус не вышел, а у меня вышло время. В последний раз прошептав в адрес сволочного фотографа нехорошее слово, я взяла курс на шейпинг-центр. Нужно было все-таки узнать, кто такая эта дама, тоже ищущая Майкла. После того как я это узнаю, можно будет атаковать.
Я успела вовремя – искательницы здоровья только-только начинали расходиться. Они все были в приподнятом настроении и весело разговаривали между собой. Одна только интересующая меня женщина была молчалива. После того как все разошлись, я отправилась вслед за ней. Мы посетили несколько магазинов и потратили кучу времени на лотки с товарами. Я вся издергалась, но мысль о том, что просто необходимо узнать имя и адрес моей незнакомки, сдерживала меня. Подойди я сейчас для разговора, она потом была бы очень осторожна и, возможно, оторвалась бы от меня или очень постаралась бы это сделать. Что почти одно и то же.
Наконец мои блуждания закончились. Проклиная все на свете, я добрела вместе с интересующей меня дамой до нового четырехэтажного дома. Видя, что она входит в подъезд, я ускорила шаг. Влетев в подъезд, я с облегчением поняла, что не опоздала. Задрав голову вверх, я проследила, что «объект» открыл ключом квартиру на третьем этаже. Дело было сделано. Медленно поднявшись и уже никуда не спеша, я подошла к двери этой квартиры и позвонила. После некоторой паузы дверь отворилась.
На пороге в шелковом халате и с сигарой в зубах стоял Яблоков-старший.
– Оп-ля! – вытаращился он. – А как ты узнала, где я живу?
Я пожала плечами, не зная, в чем сначала признаваться.
– Понял, – понимающе улыбнулся он, – профессиональные секреты? Ладно, проходи. Новости уже знаешь или еще и свои принесла?
Я зашла, все еще не понимая, что отвечать, – это уже его вторая реплика, ставящая меня в тупик. Неплохо для детектива, да?
Мы устроились в помпезном холле на диване, обтянутом золотистым гобеленом, прошитым блестящими нитями. В этом холле вообще все было блестящим, кроме моего настроения.
Николай Иванович плюхнулся на диван, выпустил клубы сигарного дыма и возвестил:
– Козлы гребаные, звери, шакалы!
Я не спорила. А зачем, если он убежден в своей правоте?
Помолчав, он спросил:
– У вас, конечно, уже есть какая-то версия происшествия?
– У меня есть твердое убеждение, что у вашего брата неприятности. Я вчера…
Яблоков, хмыкнув, перебил меня:
– Да уж, чуть на тот свет не отправили парня!..
– Что? – я удивленно посмотрела на него, не зная, как понимать эту реплику.
– Так вы не в курсе! – воскликнул Яблоков. – Ну, тогда слушайте, – он чуть помолчал для эффекта и сказал: – Позавчера вечером, можно сказать, даже ночью, Мишку доставили во Вторую городскую. Утром-то я к вам заходил, а накануне вечером его, значит, и подвезли. Две пули в груди и одна в руке. Сразу же сделали операцию. Состояние тяжелое. Сегодня он только немного очухался и появилась маленькая надежда…
Он неосторожно затянулся сигарой и сипло закашлял. Я молча переваривала услышанное. Затем, когда тишина восстановилась, рассказала про тревожную ночь, проведенную в квартире Майкла.