Игры над бездной
Шрифт:
– Ты, Василий, имей в виду, тебе сейчас ни махать конечностями, ни пытаться двигаться нельзя. Ты ведь это и сам знаешь? Видал такие штуки?
– Видал. – Василий вздохнул. – Только я ни при чем… Так, из любопытства.
Стас вышел в коридор и прикрыл за собой дверь.
– Если вы на тему пофлиртовать, – Стас самым доброжелательным образом улыбнулся Инге, – то, боюсь, мы не успеем толком. Разве что – прелюдия. И то…
Стас скорчил гримасу, демонстрируя свое отношение к таким вот скомканным сексуальным отношениям. Инга начала себя вести странно, это Стаса насторожило.
– Вы знаете, кто он? – спросила Инга, твердо глядя в лицо Стасу.
Они были почти одного роста, во многом благодаря высоким каблукам ее туфель. Стаса всегда поражала способность женщин передвигаться на подобных сооружениях. Его вообще многое в женщинах удивляло.
– Я задала вопрос, – напомнила Инга. – Постарайтесь не пялиться на мои ноги и грудь, а ответить.
– Я что-то пропустил? Вы мне показали какой-нибудь документ, разрешающий говорить таким вот тоном?
Инга чуть прищурилась, словно прикидывая, стоит врезать собеседнику, или он и сам перестанет нести чушь.
Из купе донесся болезненный вскрик.
Стас, не оборачиваясь, открыл дверь:
– Я же предупредил – сидеть смирно. Теперь имей в виду, второй удар будет гораздо сильнее.
– Да понял я, понял… – простонал Василий, и дверь купе закрылась.
– Так о чем мы? – спросил Стас. – Ах да, вы поинтересовались, знаю ли я, кто он. Знаю. Придурок, который полез ко мне в «балалайку» и попытался запустить вирус. Этого недостаточно?
– Он цыган, – сказала Инга таким тоном, будто произнесла по меньшей мере «наследный принц».
– И? – Стас приподнял бровь.
– И сын барона.
– Баран… – подхватил Стас. – Вы его хорошо знаете? В Москве познакомились?
– Он харьковский, как и я, – спокойно произнесла Инга. – И можете не стараться, меня вы «раскачать» не сможете. Ни через вариант клоуна, ни через какой другой. Я при любом раскладе скажу только то, что собиралась. Хотя, признаю, дурака вы изображаете очень достоверно… Вы не знаете, кто такие цыгане?
– Я, естественно, знаю, кто такие цыгане, – Стас стал серьезным – девушка намекнула, что знакома с разработками психологов по ведению экспресс-допросов, значит, с ней эти штуки действительно не пройдут. А жаль. – Но я не понимаю, почему это мое знание так волнует вас.
– Вы наверняка знаете, что поголовье… – Инга выделила голосом именно «поголовье», – поголовье цыган за два последних десятилетия сильно сократилось. Ни Конфедерация, ни Исламский союз не испытывают к ним особой нежности. Уцелеть цыганам удалось лишь в совсем уж глухих районах России… Или в таких экзотических местах, как Харьков. У нас их проживает что-то около ста тысяч. Не знаю, как ведут себя цыгане в остальных местах, но в Харькове они традиционно сильны. Централизованы. Во главе – барон.
– Баро… – машинально поправил Стас.
– Значит, вопросом все-таки владеете, – кивнула Инга. – Только у нас они и сами Романа Петрова называют бароном.
– И?..
– А Василий, которого вы только что задержали, его сын и наследник… – Инга еле заметно улыбнулась. – Вы надолго планируете задержаться в Харькове?
– Не знаю. А что?
– Ну… С Василием Романовичем Петровым на руках вы рискуете либо застрять здесь надолго… я имею в виду – на очень долго или вообще не сможете покинуть здание вокзала. Разве что под мощным эскортом. Или на вертолете. Но ни того, ни другого у российского консула в СЭТ не имеется. А местные безопасники вам помогать не станут.
– Что значит – не станут?
– Два варианта – они либо разрешат вам самому все делать: конвоировать, допрашивать, наказывать… Либо примут от вас Василия и выпустят его, как только вы покинете здание.
– Даже вот так? – Стасу жутко не нравилось, когда его пугают, а сейчас его именно пугали, причем самым неприкрытым образом. – А вы мне, часом, не сказки рассказываете?
– А вы попытайтесь себе представить возможности группировки, которая смогла отразить атаки китайцев, вудуистов, мусульман и просто кантор нашего прекрасного города? Их ведь пытались целенаправленно вырезать. Только я помню две попытки… – Инга сделала паузу. – Две общие попытки. Единственное, ради чего наши поднебесники согласились действовать совместно с канторщиками и африканцами – это война с цыганами. Безуспешная война. До сих пор Табор окружен поясом руин. И всякий, кто туда пытается войти, рискует не выйти… Сто тысяч бойцов…
– Вы же только что сказали, будто их всего сто тысяч…
– Да. И бойцов – тоже сто тысяч. Женщины, дети, старики… Это очень старая традиция…
Что-то резануло слух Стаса. Что-то в интонации девушки. Неправильно поставленное ударение? Необычный логический акцент?
– В принципе мне нет дела до вашей дальнейшей биографии. Меня волнует спокойствие в моем городе, – ударение на «моем», отметил Стас.
– Это ваш город? – Стас сделал удивленное лицо.
Инга пожала плечами.
– Я вас предупредила. – Девушка оглянулась, в конце коридора открылась дверь тамбура. – Вот и охрана поезда. У вас еще есть шанс…
– Знаете, – сказал Стас. – Я, пожалуй, все-таки его задержу. Мне очень интересно послушать, кто же его подставил. И почему это я должен был ехать в Бахчисарай. Вот любопытный я.
Охранники на рейсе Москва – Бахчисарай, естественно, были турками. Русский они, наверное, знали, но талантливо скрывали это свое знание. Спасибо еще, опознали удостоверение ОКР и не стали требовать немедленного освобождения Василия. Их вполне устроило то, что билеты и у Стаса, и у задержанного были до Харькова, и что именно в Харькове оба и собирались покинуть поезд.
– Значит, Вася, – сказал Стас, вернувшись в купе, скоро приедем. И там поболтаем.
– Нечего нам болтать, – быстро ответил Василий. – Не о чем нам болтать. Отпусти цыгана, парень! Просто отпусти…
– Просто отпустить? – переспросил Стас и подмигнул Инге. – Не могу. Любопытный я, Вася. Очень любопытный.
– Так я ничего и не знаю. Что тебе может сказать цыган?
– Кто тебя подставил, например. – Стас посмотрел на Ингу, на проснувшегося и все еще ничего не понимающего Аристарха. – Но не здесь и не сейчас. Не будем навязывать ни в чем не повинным людям лишнюю информацию… Потерпим?