Космос - наука и мифы
Шрифт:
Но сначала несколько слов о том, почему мифотворчество и мифологизированное сознание смогли дожить до наших дней и не только дожить, но даже весьма активно действовать.
Начнем с напоминания, что такое научное мировоззрение. После работ Ньютона принято считать, что единственным источником познания действительности, которым располагает человечество, является интеллектуальная обработка информации, полученной в результате тщательно проведенных наблюдений и экспериментов. Если сам Ньютон допускал еще один независимый источник информации - божественное откровение, явленное в Писании, то современное естествознание все подобйые способы познания отвергает в принципе. Эти фундаментальные положения
можно назвать центральной догмой научного мировоззрения.
Мифологический и научный взгляды на мир диаметрально противоположны: миф, также опираясь на действительность, искажает ее самым произвольным образом и провозглашает принцип - все связано со всем, возможны любые связи между явлениями, наблюдаемыми в мире. Это, однако, не означает, что наука и миф исключают друг друга, поскольку оба подхода органически вписываются в тот общекультурный потенциал, который голландский историк культуры И. Хейзинга назвал "игровым пространством" современной цивилизации.
Современная теория мифа разработана в трудах Фрейзера, Малиновского, Фрейда, Юнга, Леви-Стросса, Леви-Брюля и других. Вера в миф как в реальность отражает глубинные свойства психики человека, которого всегда пугал хаос, неопределеиность и который стремился поставить на их место доступную его пониманию подходящую рационализированную схему. Проще всего избавиться от этой пугающей неопределенности, поставив миф между собой и хаосом, каким нередко представляется человеку окружающий мир. Решить ту же задачу с помощью научных методов намного сложнее.
Из сказанного вытекают причины той стойкости, которой обладает мифологизированное сознание. Во-первых, это уже указанные психологические корни мифотворчества. Во-вторых, это предвзятое отношение к науке в массовом сознании, неприятие им строгого научного мировоззрения, получившее довольно широкое распространение. По крайней мере отчасти виновата в этом сама наука: на нашей памяти немало примеров, когда за крупные научные достижения выдавались самые настоящие мифы, которым была придана наукообразная рационализированная форма.
Третий фактор, обеспечивающий стойкость мифологизированного сознания, - это "игровое пространством цивилизации, игра как явление культуры, о чем уже шла речь выше. Естественно возникает вопрос: возможно ли вообще подлинно человеческое сознание без определенной доли произвольности, без творческой игры воображения? Почти очевидный ответ на этот вопрос, увязывающий истоки творческих способностей человека с неизбежной игрой воображения, позволяет глубже осмыслить проявление этого фактора в мифотворческои
процессе. Видимо, восхождение к более высоким формам культуры связано с игровыми инстинктами человека, и в этом смысле миф можно рассматривать как своеобразную тренировку интеллектуальных способностей человека.
И наконец, четвертый фактор, который также играл немалую роль во все времена, - это прямая заинтересованность правящих социальных слоев в утверждении в общественном сознании идеологических схем, опирающихся на миф. Оценивая роль правящих социальных слоев в формировании массового сознания, следует заметить, что в обычных условиях они легко добиваются своих целей, используя для этого находящиеся в их распоряжении средства массовой информации и перекрывая все прочие каналы поступления нежелательных сведений. Не удивительно, что обслуживающие эти слои идеологические схемы в таких условиях с той же легкостью превращаются в социальные мифы, истинное назначение которых состоит в защите окостеневших общественно-политических структур.
Очевидно, что в основе такого взгляда на космос лежит идея, возведенная в абсолютный миф и порождающая утопию. Однако, если
Из сформулированных представлений о причинах стойкости идеологизированного и мифологизированного сознания вытекает одно важное следствие: для кризисных периодов развития общества всегда характерны новое мифотворчество, уход в иррациональное, увлечение оккультизмом, мистикой, магией и т. п. Сошлемся па примеры недавнего прошлого. Один из таких примеров - учение о мировом л^де Гербигера, поднятое на щит руководителями нацистского рейха. Гербигер построил собственную картину эволюции космоса, основанную 'на борьбе между льдом и огнем - двумя противостоящими друг другу силами. Эта борьба определяла прошлое н будет определять будущее Земли и человечества. Один из его последователей писал: "Незабываемое достоинство Гербигера в том, что он возродил интуитивное знание наших предков о вечном конфликте огня и льда, воспетое Эддой". Эта полностью противоречашая данным науки доктрина была объявлена "нордической и национал-социалистической Наукой", ее автора
в фашистской Германии называли Коперником XX века.
Другой пример - это механистическая концепция космоса, содержащаяся в четвертой главе сталинского "Краткого курса истории ВКП (б)". Именно эта концепция явилась "теоретическим" фундаментом гонений на теорию относительности, генетику, квантовую химию, кибернетику, которые были развернуты в нашей стране.
Не является исключением и наше время. Напротив, наблюдается буквально всплеск космического, околокосмического и антикосмического мифотворчества. Анализируя результаты этой деятельности, можно выделить шесть групп таких мифов: 1) космогонические мифы; 2) эсхатологические мифы; 3) мифы о пришельцах из других миров; 4) мифы космического всеединства;
5) информационные мифы и антимифы о космонавтике;
6) прагматические мифы о космонавтике. Разберем последовательно особенности и характерные примеры мифотворчества на эти темы.
КОСМОГОНИЧЕСКИЕ МИФЫ
Вот пример новейшего мифотворчества на эту тему: эссе О. Бердника "Падение Люцифера", опубликованное в журнале "Нева". Автор выдвигает гипотезу о былой архитектонике Солнечной системы, в центре которой когда-то, кроме Солнца, по его мнению, находилась еще одна звезда - Люцифер ("светоносный" по-латыни), масса которой в десять раз превосходила солнечную. На месте современного пояса астероидов располагалась Прагея - планета, на которой кипела жизнь. Спутниками Прагой были теперешние Земля, Марс, Венера, Луна. Однако "титаны звездного мира", населявшие Прагою, "не сумели развязать узлов бытия", и и результате произошла катастрофа - коллапс Люцифера, который превратился в черную дыру, "Князя тьмы". Современное человечество - жалкие потомки титанов, погибших при катастрофе.
Красиво? НесомненЙо. Доказательства? Лингвистические упражнения на темы древних мифов. Отношение к науке? Ровным счетом никакого.
Но появляются и серьезные исследования космогонической проблемы, выполненные в рамках того же мифологического подхода. Сошлемся в качестве примера на очень интересную работу православного теолога
иерея А. Меня (журнал "Наука и жизнь"). Апеллируй к интуитивному пути познания действительности, Мень утверждает, что "сама наука приводит нас к факту парадоксальной, сверхрассудочной структуры мира". Иными словами, Мень предпринимает очередную попытку доказать существование Творца и реабилитировать тем самым Космос Библии, опираясь на данные современной науки. Однако в свое время еще Кант доказал несостоятельность подобных аргументов бытия Божия, и его критика никогда не была опровергнута апологетикой.