Кротовский, сколько можно?
Шрифт:
Вот точно… гоблин умеет определять, когда на моем счету появляется валюта. А у меня тысяча кворков… между прочим, не мелочь. За такие деньги зеленый должен предоставить политтехнологию обретения абсолютной власти над Кустовской республикой… только чур без кровопролития… иначе пусть идет лесом. К методам зеленомордого в последнее время отношусь предвзято. Иду в подвал и переношусь на Великий Базар. Увидев меня перед своим прилавком, гоблин улыбается, будто встретил старого друга… ага… знаю я его маленьких друзей… кругленьких, металлических,
— Кротовский, на сердитых воду возят, — попенял мне дружески гоблин, — Совсем забыл про старого гоблина.
— Не забыл. У меня денег не было… и ты сам это знаешь. Выкладываю на прилавок десяток кворков… потом еще десяток… потом еще десяток… а потом делаю вид, будто замер в нерешительности, стоит ли выкладывать дальше?
— Кротовский, чего ты замер в нерешительности? — забеспокоился гоблин, — Тут все свои… ты выкладывай…
— Не… сначала ты выкладывай, какие у тебя предложения. А то предложишь устроить очередную кровавую баню… за такие предложения не дам ни монеты…
Глава 2
— Зануда ты, Кротовский, — расстроился гоблин, — Значит так. Напортачил ты не сильно. Выборы худо-бедно выиграл.
— Давай без оценочных суждений… по существу.
— Так я по существу… — передразнил гоблин, — Узурпировать власть ты не пожелал… теперь наслаждайся благами демократического уклада. Что значит, со всеми договариваться, все интересы учитывать, идти на постоянные компромиссы… одним словом, постоянно пытаться завернуть три арбуза в одну газету…
— Спасибо. Очень образное сравнение…
— Тем не менее, — продолжает гоблин уже серьезно, — Властный ресурс ты себе обеспечил. Совокупный объем рынка Кустовской республики вместе с владениями составляет под два миллиона человек. Регион промышленно развит неплохо. Плюс потенциальный рынок сбыта Российской империи. С такими вводными данными работать можно.
— Ну неужели, — подкалываю гоблина, — Ты, оказывается, не только брюзжать умеешь.
— Я много чего умею, — с достоинством отвечает гоблин и как бы невзначай кидает взгляд на три стопки монет, — Таким образом, Кротовский, ты можешь смело начинать экономическую экспансию в регион.
— Да я как бы уже начал…
— Что ты там начал? — пробрюзжал гоблин, — Валютные спекуляции? Не смеши пустые полки на моем прилавке. Пока ты только начал налаживать сбыть своих грузовиков, да и то при помощи купеческой дочки… сам бы не догадался.
— Ну хорошо. Что ты предлагаешь?
— Предлагаю выложить на прилавок еще парочку таких же стопок…
Вот ведь… ушлая зеленая рожа. Со вздохом лезу в инвентарь и выкладываю еще двадцать кворков.
— Давай. Раскупоривай сосуд своей зеленой мудрости.
— Гоблин кивнул с удовлетворением и продолжил:
— Технологически мы остановились на первых попытках внедрения так называемого искусственного интеллекта. Станки с числовым программным управлением у нас уже внедрены.
— Есть такое, — соглашаюсь, — Мои инженеры докладывали, что производительность труда на заводе повысилась чуть не на порядок.
— Это мелочи, Кротовский, сам знаешь.
— Знаю. Я ж попаданец из технически передового мира. Про сборочные линии знаю не понаслышке.
— Если хочешь считать себя попаданцем из передового мира, отговаривать не буду, — хмыкает гоблин, — Но даже ты понимаешь, что одних станков недостаточно.
— Недостаточно, я и не спорю.
— Как я уже объяснял однажды одному президенту, гонку за освоение космоса его страна проиграла за школьной партой…
— Это ты про Джона Кеннеди что ли?
— Неважно… тебе, Кротовский, скажу тоже самое… почти тоже самое: кадры решают все!
— А теперь ты Сталина процитировал.
— Это еще большой вопрос, кто кого процитировал… — гоблин скривился недовольно, — Тебе нужно создавать не просто станки, а производственную культуру, инженерную школу, механизмы внедрения инноваций и так далее. В одиночку все изобрести и внедрить невозможно.
— Я это понимаю.
— Хорошо, что понимаешь. Англичане тебя уже обогнали в этом. У них есть школа, где обучают рабочим специальностям.
— Значит, придется догонять англичан.
— Не надо догонять англичан, — возражает гоблин, — Обучить рабочих деталь на станке точить и на производстве можно. Это не проблема.
— А что ж делать тогда?
— Создавай сразу школу, где будут обучать разработчиков программного обеспечения. Готовь сразу инженеров, а рабочих и так уже есть кому обучить.
— Ого. Масштабно мыслишь.
— А ты думал… — гоблин со вздохом еще раз посмотрел на полсотни кворков, — Может, удвоишь сумму? Чтоб на мелочи не размениваться…
— Уговорил, — выкладываю еще полсотни, — Действуй.
Вернувшись с Великого Базара, был отловлен Анютой и Евой по пути в спальню:
— Ну уж нет, Кротовский. Если ты собрался по тихому улизнуть, то у тебя ничего не выйдет.
— Ну правда, Сережка, побудь с нами… сегодня такой повод…
Пришлось согласиться. Повод действительно серьезный. Мы вырвали у англичан победу на выборах и вызволили деду. Матвей Филиппыч за время пребывания в застенках слегка округлился лицом. Анюта его закармливала, а образ жизни он вел малоподвижный, что однако общей радости не убавило.
От спиртного отказался, попросил себе чаю. Впрочем, мои тоже на вино не налегали. Скорее «губы мочили» для поддержания праздничной атмосферы. Все-таки много значит фигура кланового лидера. Если главный не пьет, то и остальные ставят его себе в пример.
Втянувшись в общее приподнятое настроение вдруг почувствовал в себе правильное состояние для углубленного тонкого видения. Не зря сегодня поднял ранг картографа.
— Матвей Филиппыч, — обращаюсь с деде, — А ну-ка, прилягте на кушеточку. Я, может, и не доктор, но осмотр могу провести.