Ледяная птица
Шрифт:
Изумленные земляне увидели, как над тем местом, откуда выдвигалась панель, засветился небольшой дисплей.
– Рыков, если собрался что-то делать, то делай быстрее! – сказал Бронзовый, напряженно прислушиваясь. – Они вот-вот появятся.
– Да я готов!
Толик отдал какой-то приказ, и челнок вздрогнул. Часть его борта потеряла монолитность и расходящимся веером открыла проход внутрь.
– Я слышу скрип, – сказал Сартов. – Кто-то открывает вход в галерею.
– Всем в машину! – приказал Толик. – Лера, вперед!
– Я-я боюсь! – испуганно пробормотала
– Пошли со мной! – Гарун первый впрыгнул в корабль и с автоматом наизготовку скрылся внутри. – Ух ты… как здорово! – донеслось оттуда. – Давайте сюда!
Не дожидаясь, пока Валерия наконец соберется с духом, Герман схватил ее за шиворот и затащил в челнок.
Панама и Курбан вбежали следом. Снаружи остались Мохов, Сартов и Рыков.
– Ну, давайте, вы чего ждете? – окликнул их Курбан, задержавшись в проходе. – Вам что, жизнь надоела?
– Валентин, иди, – приказал Толик, не отводя взгляда на Бронзового. – Твоя очередь!
– А вы?
– Я последний. И передай, пожалуйста, мне сюда дипломат!
Мохов запрыгнул в люк и протянул оттуда программатор. Толик подбежал к сложенным в штабеля контейнерам с концентратом и положил опасную ношу так, чтобы казалось, будто ее просто забыли впопыхах.
«А ты чего стоишь? – обратился он к Бронзовому, перейдя на ультразвук. – Залезай!»
«Спасаешь мне жизнь? – Сартов стоял, не двигаясь с места. – Зачем?»
Толик улыбнулся:
«Некогда рассказывать. Давай, не тяни время!»
Они вошли в салон одновременно – голем и злейший его враг, трансформер.
«Герметизация! – приказал Рыков кораблю. – Защита – полная! Доступ извне запрещен! Все данные на консоль командира!»
Легкий удар в барабанные перепонки дал понять, что с герметизацией в челноке все в полном порядке. Зато выполнение последней команды вызвало небольшое смятение в душах беглецов. Плоская вертикальная панель, засветившаяся в торцевой части челнока, мгновенно заполнилась множеством непонятных символов и знаков.
– Оп-па-на! – протянул Герман. – Это что же означает на ихнем языке?
Рыков жестом попросил соблюдать молчание. Он был уверен, что вокруг корабля бродят те, кого так боялся Сартов.
«Запрет на любую форму излучения! – приказал он на всякий случай. – Вывести на дисплей схему расположения систем управления кораблем!»
Панель зарябило множеством цветных линий, квадратиков и треугольников. Толик недовольно покачал головой. Это было совсем не то, что ему требовалось.
«Что ты ищешь?» – спросил Сартов.
– Может, скажешь, в чем проблема? – шепотом добавил Герман. Он слышал ультразвук, но говорить на нем не мог. – Я ведь летчик, не забывай!
– Летчик, говоришь? – усмехнулся Рык. – Это хорошо. Пригодится потом. А сейчас не мешай!
Толик несколько минут постоял с закрытыми глазами. Со стороны могло показаться, что он медитирует, но на самом деле он настраивал свой внутренний программный компьютер, созданный им еще в Москве, на систему команд, подсмотренных в коде Золотого.
«Включить информационную сеть! – приказал он. – Вывести
Вот теперь Толик получил то, что хотел. Прямо под дисплеем образовалась небольшая контактная площадка, к которой он тут же адаптировал руку. Послав в пальцы нанороботов и определив конфигурацию пластин, Рык вошел в соединение и… замер.
Произошло невозможное – он стал кораблем. А корабль им. Они просто объединились в единую локальную сеть.
Это было настолько ошеломляюще, настолько неожиданно и необыкновенно, что Толик даже не сразу понял, что произошло. А вот его собственный программный компьютер ухватил в один миг. Впитавший в себя привычки своего носителя, частью которого уже стал, он отличался такой же агрессивной манерой поведения в информационных средах, коей отличался сам Рыков еще до того, как стал киборгом. И соединившись в единую сеть с вычислительным комплексом челнока, он тут же подчинил его себе.
Окончательно и полностью. Едва Толику пришло в голову, что неплохо было бы посмотреть, что делается в галерее, как стены тут же стали «прозрачными». Он «видел» все вокруг так, как будто это не челнок, а он сам находился в пустой галерее, стоя на высокой подставке.
Рыков еще не успел свыкнуться с этим новым ощущением, нужно сказать, не слишком приятным, уж очень странно было ощущать опору под ногами и не видеть ее, как подоспело еще одно открытие. Стоило только подумать о том, где сейчас Ликвидаторы, как на «дисплее» появились три квадратные отметки, обозначавшие положение роботов-убийц по отношению к челноку. Две на пути к озеру, одна позади…
«Покажи, – приказал он самому себе. – Я хочу их видеть».
С «невидимками» произошло нечто странное – они стали одновременно видимыми и невидимыми. Они напоминали собой гигантские скульптуры, отлитые из прозрачного хрусталя. Мало похожие на людей, они наводили на мысль скорее о закованных в диковинные доспехи рыцарях, только каких-то неуклюжих. Да нет, это было только первое впечатление. Какая-то необычная, неземная гибкость и пластика была в их движениях. В широком корпусе, в толстых руках, облепленных различными устройствами явно смертоносного предназначения, чувствовалась грозная, неукротимая мощь. Большая голова с трехглазой оптической системой и парой трубчатых излучателей вместо ушей тоже не добавляла доброты к образу Ликвидатора. Одним словом, встречаться с ним не рекомендовалось.
Подталкиваемый озорством, Толик вывел картинку на панель дисплея. Он не смотрел на друзей и не видел их лица, но короткое «ой» Валерии услышал.
– Вот так уродец! – прошептал Панама. – Хранитель – цыпленок против него!
– А подстрелить его можно чем-нибудь? – со свойственной ему практичностью спросил Курбан. – Стекляшку эту…
– А ты из рогатки попробуй! – предложил Панама. – Блин, вот осколков-то будет!
– Показать бортовое оружие! – приказал Толик.
Вот тут-то его и поджидало разочарование. Транспортный челнок не имел на борту никакого вооружения.