Моя тысячелетняя любовь
Шрифт:
– Вторая группа верных Лаору людей была заперта нами во время ужина в пищеблоке.
– Пропищал динамик в ухе голосом Ирайя.
– На свободе только наши сторонники. Они не тронут вас. Можете выходить.
Бесцветным голосом я передала эту информацию Кэлу вместе с динамиком. Дальше пусть сам договаривается с ребятами. Судя по всему, Кэл им не доверял, оставив меня «в безопасности», как он выразился, внизу. Сам он единолично отправился на разведку наверх.
Я же выбралась из кровавого месива камеры и сидела, прислонившись к стене туннеля, ведущего наружу. Он убил их всех ради меня. У меня был клинический шок. Пытаясь отвлечься, я размышляла о словах Лаора.
Он говорил, вернуться домой.
ГЛАВА 21
Внезапно это убежище сотрясло до основания. Я замерла в ожидании, и развитие событий не заставило себя долго ждать. Из светлого пятна света, идущего от лифта в конце туннеля, показалась группа бегущих мужчин. Инстинктивно я попятилась назад, а затем развернулась и помчалась прочь, не дожидаясь пока меня вновь схватят в плен, потому что была уверена, что подкрепление пиратов станет мстить за смерть Лаора.
Я не пробежала и тридцати шагов, когда сильные руки схватили меня и абсолютно обездвижили. Спустя несколько секунд трепыханий стало понятно, что мужчина не причиняет никакой боли, а его захват, хоть и силен, но вполне нежен. Он просто замер в ожидании, когда же я успокоюсь, и, кажется… о нет, он что зарылся носом в мои волосы и нюхает их? Ещё один извращенец! Резко развернувшись, что мне было позволено сделать, я посмотрела снизу вверх на пронзительные бирюзовые смеющиеся глаза.
– Сган, - почти не слышно прошептала я в неверии и замотала головой.
Он ничего не говорил, просто счастливо улыбался.
– Я… - начинал он говорить, но никак не мог продолжить, вновь прижимая мене к себе и зарываясь носом в мои волосы.
– Ты всё-таки не умер, - выдохнула я.
– Я знала, знала, но не чувствовала тебя совсем!
Несколько долгих минут мы просто стояли обнявшись, ничего не говоря и не смотря друг на друга. Вдавливались друг в друга, словно пытаясь слиться воедино. Через какое-то время меня вдруг осенило:
– Где ты был, засранец!
– И я злобно пнула его кулаком в живот.
– Ты хотя бы понимаешь, что я пережила, сволочь.
Он резко помрачнел.
Я знаю, ллеиро. Я… Я должен был оберегать тебя. Я…
– Ты больше никогда не захочешь меня.
– Бесцветно произнесла я и отступила на пару шагов назад. Я ещё не успела обдумать это после последней схватки с Лаором. Теперь же, когда увидела Сганнара живым и здоровым, осознание вдруг упало на меня, будто масса ледяной воды из ведра. Когда Сган узнает, что Лаор изнасиловал меня, он больше не прикоснется ко мне.
– Не говори так, мягко сказал он. Что ты себе придумала, глупенькая?
Я резко вырвалась из его рук.
– Пока ты там прохлаждался в космосе, он сделал ЭТО со мной, Сган.
Чувство брезгливости к самой себе захлестнуло меня с новой силой. Я и сама не захочу, чтобы он прикасался ко мне. Я вновь чувствовала себя грязной. От этого я стала грубить, словно маленький ребенок. Я всегда чувствовала себя рядом с ним маленькой девочкой, позволяла себе быть слабой и естественной, быть самой собой. От этого было так тепло. Я с тоской вспоминала это ощущение. Скрывать или затягивать с признаниями не было никакого смысла. Притворства не будет. Лучше вывалить всё сразу, пока состояние аффекта ещё не покинуло меня.
Сган молча уставился на меня. И лишь его ноздри трепетали.
– Да. Я чувствую.
– Вот так просто. Простая констатация факта.
– Он мертв?
– Да.
– Ты?
– Кэлон.
Я постаралась максимально опустить все свои ментальные щиты, которые выстроила во время пленения Лаором. Я не хотела объяснять произошедшее словами, это звучало бы как оправдание. А оправдываться я могла лишь в одном: в том, что позволила себя насиловать, вместо того, чтобы покончить с этим и со своей жизнью тоже. Лишь бы не достаться ему. Но сердце каона все ещё было где-то поблизости, поэтому установить ментальную связь не получилось. Я раздраженно сморгнула.
– Найди сердце каона. Оно где-то здесь.
Уверенно пройдя к одной из панелей, покрывавших стены коридора, словно он лично спрятал его там, Сган отодвинул её и одной рукой раздавил маленькую коробку. Ещё некоторе время она подергивалась голубоватыми токами, а затем затихла. Я вновь почувствовала все свои вернувшиеся силы. Но радоваться не хотелось.
Ещё несколько секунд нерешительности. Глубокий вдох. Выдох. И я показала всё, абсолютно всё, что произошло со мной с момента взрыва Тигнии. И последнюю сцену своего насилия тоже. Не буду ничего скрывать. Я хочу жить дальше с чистой совестью. А где и как - это уже будет зависеть не только от меня.
Сган закрыл глаза, резко втянул воздух. Его качнуло, он отвернулся и оперся обеими руками на стену коридора, наклонив голову вниз. Казалось, он вдыхает воздух через рот и даже порой задыхается. А когда выдохнул и распахнул бездонные бирюзовые озера своих глаз, заговорил:
– Помнишь, что я сказал тебе тогда в пещере? И какую клятву ты дала мне?
Я помнила. Выжить любой ценой. Чего бы мне этого не стоило, только не умирать. Я кивнула.
– Ты выжила. Это единственное, что имеет значение.
Он как-то странно покачивался. Наверное, он ещё слишком слаб. И всё-таки он раат, самый сильный из них. Он взял себя в руки, а его лицо стало совершенно непроницаемым. Сганнар потянул ко мне руку, но я отступила, не понимая как расценивать его холодность. У меня было только одно объяснение, и оно мне не нравилось.
– Наверху чисто?
– Спросила я равнодушно, подстать его непроницаемому лицу.
Он кивнул.
– Тогда пойдём.
И не дожидаясь, я отправилась наверх. Его взгляд прожигал мне спину, но я так и не знала, что же скрывается за ним. Огромный каменный груз лёг на моё сердце. Как будто бы до этого там было легко и беззаботно. А ведь я думала, что тяжело мне было до этого. Но неподъемная тяжесть опустилась только сейчас, когда на мою повторную связь с Лаором от отреагировал вот так. У дверей лифта я обернулась и увидела как Сган заходит в бывшую камеру Кэла, где так и осталось лежать обезображенное тело Лаора.