Мятежник
Шрифт:
Ираклий больше не произносил речи. Он ковылял вокруг своих взбесившихся учеников и довольно каркал, как хромой грач. Наверное, это все же было словами, но Игорь никогда не слыхал такого языка. Может быть, какие-то древние заклинания вылетали изо рта Ирокеза, заставляя быстрее двигаться вонзившихся друг в друга, мокрых от пота подростков. Что-то мохнатое коснулось плеча Игоря, и он едва не взвизгнул, испуганно отпрянув. Но это был не леший. Это собака Ираклия (кавказская овчарка – теперь он вспомнил, как называется эта недружелюбная порода) дышала над самым его ухом, пуская слюни ему на плечо. Игорь застыл в ужасе. Наверное, один он все еще сидел среди водоворота вздымающихся, накатывающихся и пенящихся бурунами волн голых рук, ног, спин, белых ягодиц, грудей, разметавшихся волос. Впрочем, нет! Был еще один парень – лет двадцати, довольно мощного сложения, с
Овчарка довольно принюхалась. От парня пахло так же, как и ото всех – острым запахом пота, вожделения и спермы. Парень дернулся и застонал. Овчарка мотнула рыжим лохматым хвостом, подбежала к хозяину и прижалась к его ногам.
– Мои... Слышишь, Арат? Теперь они мои, они уже не смогут отказаться от этой приманки! – Изуродованная рука гладила собаку по голове. – Кто докажет, что это не Добро? Они получили то, что хотели, и снова придут ко мне за этим. И есть только один способ перевернуть все и объявить, что это есть Зло. Лишь один способ: стать сильнее меня. Ибо только сила в нашем мире определяет правого...
Овчарка мотнула головой. Она боготворила этого человека. Он был прав всегда.
Глава 6
Лю Дэань, воин из южной провинции Поднебесной, без конца повторял слова своего учителя-даоса Вана, пытаясь постичь глубокий их смысл. Изучал он сутры Прозревшего – Будды. Вспоминал он деяния Пань-гу, первого человека, создавшего Вселенную и растворившегося в ее бесконечности. Но все это не приближало его к разгадке, потому что не достигал он истинного просветления. И поселились в душе его сомнения. Если учитель его настолько мудр, почему он не поможет ученику своему постичь Истину? Может быть, нет смысла в его загадке и не более это, чем игра слов? Обида затаилась в его сердце. И начал сомневаться он, что выбрал правильный путь, связав свою жизнь с учением Дао.
Вот что бывает даже с добродетельным человеком, если в сердце его поселятся шесть желаний и семь страстей. Дух его тогда теряет свою истинную чистоту, а в сердце разгорается дурной огонь. И кажется этому человеку, что здоров он и силен, как никогда. Но помыслы его направлены уже не на познание Истины, а обращены к честолюбию и славе. Сказал некогда великий Будда: «Когда приходит слава, наступает смерть». Но об этом мы сейчас распространяться не будем.
Надо сказать, что к этому времени Враг господина Лю, назвавший себя Ди Жэнем, куда-то исчез и совсем перестал бесчинствовать в провинции. Лю был уверен, что учитель Ван сумел победить Врага и тот вернулся к себе в царство Тьмы, чтобы подвергнуться очередному перевоплощению. Поэтому он стал небрежно относиться к своим воинским занятиям, несмотря на укоры старого даоса. Он отказался снова уходить в горы, наоборот – снял себе дом в городе и стал жить, ни в чем себе не отказывая.
А все дело в том, что открыл в себе господин Лю необыкновенный дар целителя. Больные и страждущие вскоре прослышали о том, что появился в уездном городе
Доктор Лю даже не спрашивал, какая хворь гнетет его больного. Он мог определить это с закрытыми глазами и никогда не ошибался. Слепым проводил он языком по векам, и они прозревали. Увечным накладывал руки на конечности, и сразу начинали они прыгать, как здоровые, и восславлять чудесного доктора, равных которому не знала вся Поднебесная со времен самого Бянь Цао. Раны сами заживали на глазах, лихорадка и желтизна выходили из страждущих, как дым из курильницы. Попадались и такие, кто был не в своем уме. Обращался тогда Лю Дэань к злым демонам, захватившим их сердца, произносил заклинания Патриарха Люя, и демоны оставляли несчастных. Злые эти духи пытались напасть на господина Лю и осыпали его проклятиями. Но он разрубал их своим чудесным серебряным мечом, и они с ужасными стонами отправлялись в преисподнюю, навсегда покидая этот мир.
Мы-то с вами знаем, что этим даром Лю был обязан духу Великого Земного Бессмертного, который вселился в него и дал ему необыкновенные способности. Но сам Лю был уверен, что только его собственная необыкновенная мудрость и прозрение Истины позволяют ему творить чудеса. Учитель Ван покинул его, как-то уйдя на несколько дней, и не появлялся больше. Лю и не стал горевать. Он был только рад, что старый даос не досаждает ему более своими нравоучениями, не заставляет употреблять постную пищу и изнурять тело тяжелыми упражнениями. Заказал господин Лю доску из драгоценного дерева, покрытую черным лаком, и красными иероглифами был написан на той доске его девиз: «Три силы в одном слито. Одною рукой исцелит». Выкупил Лю усадьбу и перестроил ее, да так, что равных ей не было во всем городе. Вы только посмотрите: Башня над воротами, под названием «Страж спокойствия». Зайди в ворота – и дух захватит от великолепия. Здесь и террасы, и беседки, и навесы – и все резьбою искусной украшено, и спрятано в прохладной тени кипарисов – есть где найти укромный уголок для размышлений и отдыха. Ручейки ласково журчат, сбегаясь к озеру, в котором лотосы нежно подняли золотые головки. С мостика «Небес синева» погляди в воду, и увидишь, как карпы радужными пятнами скользят в зеленых водорослях. Главный дом пятью флигелями окружен, и пять колонн на юг выходят, и пять в нем больших прохладных залов, а уж комнат, проходов и покоев – не счесть! А сад прекрасен так, что и описать невозможно! Вся Поднебесная вместилась здесь – и бамбук речных низин, и благоухающие персики долин запада, и горные сосны, и нежные сливы в цвету; бабочки порхают вокруг цветов, а синие ласточки играют, спускаясь до самой земли. Одним словом, воплощенный сад Матери Западных Царей!
Дни летели быстро, как листья падают с ивы – нет им числа, но глядишь, и все осыпались. Разбогател Лю и совсем забыл о своем истинном предназначении. Перестал он исцелять бедных, тех, кто не мог заплатить ему более двадцати лянов серебра. Слуги его гнали бедняков от ворот палками, говоря: «Подите прочь, оборванцы, овчины вонючие! Отдыхает господин Лю после обеда. Не таков он, чтобы на каждого голодранца дар свой растрачивать». Зато завел Лю дружбу со всеми сановниками из уездной управы. Особенно же в приятельских отношениях был с молодым Бэнем Лай-чжао. Высокой должности этот бездельник не занимал, зато приходился племянником Бэню Ши-сюю, начальнику гарнизона провинции.
А потому ни к чему было молодому Бэню утруждать себя. Замолвит он словечко перед дядей, загнет, так сказать, ему записку, и глядишь – все улажено. Мздоимец выглядит честнейшим человеком, а преступник – чист, как вода весеннего ручья. Ну как не дружить с таким человеком?! Все дни проводил господин Лю в увеселениях, пируя со своими друзьями. Но ведь недаром говорится:
Куда шальные деньги попадают, Там, словно снег на солнце, и растают.