Н - 9
Шрифт:
Собственно, здания как такового не было. Оно как сгоревшая свечка стекло вниз, а что-то взорвалось. Остались только какие-то особо прочные плоскости. Может броня?
Где-то под ногами трескалась стеклообразная масса, распространяя неприятный хруст, где-то в воздух поднималась черная пыль. Сквозь фильтры сначала чувствовалась гарь, пока я не заблокировал вообще все, что идет внутрь, кроме чистого воздуха. Рядом копошились роботы как строительных модификаций, так и военных. А всего-то прошло почти ничего! В шаге от меня как из-под земли вырос один из таких роботов, хрен знает какой модификации, так как его форма была текучей, но скорее какой-то спасательный. Или военный, хотя нафига
Он просканировал меня и видимо узнал. Но наверно терпение кого-то лопнуло или превысило норму, так как на УНИК мне поступил сигнал максимальной важности из области гражданской обороны, а такие сигналы активируются автоматически, и мне голосом какого-то искина было сказано:
— Данное место временно закрыто для посещения лицами, не относящимися к службе Спасения и Очистки. Кроме того, существует опасность заражения организма вредными испарениями, так же обнаружен повышенный радиоактивный фон. Просьба покинуть данное место и обратиться к развернутым точкам медицинской помощи, которые вы можете найти в трехстах метрах в любом направлении от данной точки.
Интересно как! Похоже мой «скафандр» невидим и для инструментальных систем сканирования. А если вот так:
— На мне находится экспериментальный скафандр высшей степени защиты. Он невидим, так как является энергетическим. Просьба не мешать мне проводить собственное расследование.
Спустя пару секунд до меня донеслось:
— Вам разрешено провести собственное расследование. С его результатами просьба под запись ознакомить вашего куратора — генерала Орлова.
После этих слов тень РОКОМа рядом со мной пропала и я поплелся к толпе из двоих РОКОМов и трех людей в скафандрах, возящихся на месте смерти Кораблева. Ну и моего голема. Люди в скафандрах недоуменно покосились на меня, но быстро вернулись к своей работе. Видно решили, раз нахожусь здесь и в таком виде, значит для этого есть причина и разрешение. Сейчас они манипуляторами выковыривали из спекшегося месива то, что все-таки осталось от погибшего человека. Какие-то косточки там, что ли, или мне это кажется? В общем не важно, я тут не для того, чтобы им мешать, у меня свои методы есть.
Как обычно инфомагический мир расцвел огромным количеством информструктур, относящимся к делу и нет. Что я хотел найти? Очень просто — информструктуру Кораблева и посмотреть, в каком она состоянии. Помнится Умник говорил, что ядерный взрыв, например, может деструктивно влиять на инфосеть. Здесь был не ядерный взрыв, а судя по всему, энергетический, вроде лазерного, повышенной мощности, но кто его знает? Может и он так опосредованно может влиять на инфосеть?
Информструктур было как обычно много. И понятное дело, что почти все они не относились к тем, что мне надо. Нет, людей, БРОКОМов, находящихся рядом, я сразу идентифицировал, ибо они перед глазами и привязка есть, но помимо их было и туча чего-то левого. Вот так вот порвешь, например, какую-то, а где-то человек умрет… Я хоть и был относительно спокоен, но как-то неправильно спокоен. Внутри было какое-то напряжение, которое вполне могло вылезти неправильным образом. Но я пока никак не реагировал на это, ибо голову не туманит, а правильная мотивация с нужным энергетически-эмоциональным движком самое то.
Однако же такой настрой вылился в нечто необычное. Я и раньше уже нет-нет замечал, то повышенную разрешающую способность взгляда в инфосети, которая не так уж и долго держалась, то непонятный туман. Но сейчас мне открылся несколько иной взгляд из этой же оперы. Многие информструктуры как бы расплывались, дублировались, казались полупрозрачными. Вот один из сотрудников взял в руки какой-то обгорелый кусок, похоже часть какого-то устройства. Так вот, часть информструктуры виделась вполне себе четко, но потом как бы обрывалась, а ее границы по ощущениям слегка притухали. Но самое главное — остальная сгоревшая часть все-таки виделась, но слабо. Раньше я или бы все равно видел цельную информструктуру, если она еще не распалась, или же только часть. А сейчас непонятно получилось — то ли у меня что-то испортилось аппарате видения, то ли наоборот чувствительность увеличилась. Ну да ладно, вреда вроде бы нет, даже лучше стало.
Мне привлек один из людей, держащий в руках что-то вроде кости. Пощелкав восприятием, я вполне отчетливо увидел слабый образ человеческой информструктуры. Подойдя ближе, понял, что человек держит в руках остаток черепа. Черного, обгорелого, забитого какой-то массой — то ли не сгоревшей плотью, то ли еще чем-то, тут ведь во время удара все бурлило и плавилось и испарялось. Потом еще нашли пару костей и от каждой отражались информструктуры нормальной четкости, обозначающих предмет, и менее ярко — остальная структура человека. Причем, эти слабовыраженные части информструктур по яркости отличались у разных привязок-костей. М-да…
Тут одновременно на меня вышли сестра и генерал. Видно сговорились, пришлось конференцию образовывать.
— То, что ты вместо себя послал свои иллюзии, какие ранее показывал нам, это почти сразу стало понятно, как только ты попал в область видимости систем наблюдения одновременно в разных местах, — генерал разговаривал на ходу, и сейчас заходил в автомоб, чтобы отправиться в столицу на службу, чтобы быть поближе к событиям, — только раньше сканирование давало другие результаты…
— Я научился делать другие тела, из специальной материи, так удобнее в некоторых случаях, — кивнул я.
— Ладно, сейчас это не главное, — генерал немного помолчал, глядя на пролетающие за окном автомоба виды. — Здесь дело хоть и не очень понятное, но относительно ясное. Кто-то нашел старый диверсионный БРОКОМ, возможно отремонтировал на месте, замаскировал хорошо и поставил наблюдать за лабораторией. Скорее всего делалось во время строительства самой лаборатории, иначе не понятно, как смогли сделать это незаметно.
— А поняли, кто нажимал на спусковой крючок? — спросил я.
— Времени мало прошло. Однако отслеживается явный китайский след. Но слишком явный, — покачал головой генерал, — тут мне спексты уже успели доложить кое-что. Вроде как след все-таки ведет в Англо-Австралию, но стиль работы не их. Тут больше на американцев похоже, хотя в последние годы у нас с ними почти не было стычек ни в реальности ни в сети, в отличие от Англо-Австралии. Но будем посмотреть, люди работают.
Я отвлекся и остановил рукой одного из спасателей, проходящих мимо. Генерал услышал, что я отвлекся и замолчал.
— Мне это понадобится, — я показал на то, что держал в руках в прозрачном мешке этот человек. Там была упакована часть позвоночника Кораблева. На удивление информструктура отсутствующей части светилась более ярко, нежели в остальных останках. Я ведь в первую очередь думал на череп, что именно он более информационно насыщен будет, но оказалось нет.
— Что там? — вмешался генерал.
— Часть останков Кораблева, — честно ответил я.
— Думаешь, получится как там… На Луче? — чуть помолчав, спросил Орлов.
— На знаю. Не уверен, но попробовать хочу. Ты можешь организовать передачу? А то, смотрю, тут не особо мне хотят помогать, — я посмотрел на человека, который только на мгновение остановился, пожал плечами и пошел дальше упаковывать найденное на висящую в воздухе платформу.
Орлов вздохнул.
— Попробую. Я-то иного выхода не вижу, но что они там наверху решат…