Не верь лучшей подруге!
Шрифт:
Алексею было почти тридцать, и он все еще не был женат, когда в школе на вечере встречи опять увидел Алину, но уже с потухшим взором, тусклыми волосами, которые казались травленными перекисью, и печально опущенными уголками губ. Оказалось, что Герасимов мучил ее своими загулами больше десяти лет, и как раз в прошлом месяце, не выдержав длительных испытаний, она наконец с ним развелась. Эта новая встреча с Максименко показалась Алексею очень подходящим моментом для того, чтобы сказать о своей вечной любви к ней. Тогда несчастная Алина была очень благодарным слушателем любовных излияний. Ей хотелось, чтобы хоть кто-нибудь по отношению к ней, бывшей первой красавице класса, горел любовью и восторгом, боготворил бы ее и был бесконечно предан. Все это в полном объеме и даже с некоторым перебором тут
Надо сказать, что Наташенька здорово испугала Алину, которая снова очень похорошела, купаясь и нежась в Алексеевой любви. Дочка была патологически некрасива, если не сказать – страшна. Она абсолютно ничем не походила на Алину, но позаимствовала у отца неимоверное количество веснушек на один сантиметр поверхности кожи и рыжие волосы, словно пакля. Пока девочка лежала в коляске, завернутая в одеяльце и с лицом, прикрытым легкими кружевами, Алина еще как-то ее терпела, но когда Наташенька начала резво бегать, не желая скрывать свое лягушачье лицо никакими раскружевными завесами, сердце красавицы не выдержало, и она сбежала от двух рыжих людей, тем более что обожание Алексея уже давно казалось ей приторным и раздражало.
Пылаев не осуждал свою жену. Он понимал, что захватил Алину врасплох и втянул в брак тогда, когда она была слишком легкой добычей. Но он ни в чем не винил и себя. Возможно, он спас ее тогда от других, не слишком порядочных любителей красивых и отчаявшихся женщин. А его, Алексея Пылаева, Алина никогда не любила. Какое-то время она отходила в его объятиях от ужасов семейной жизни с Герасимовым, но, придя в норму, мучилась и тосковала рядом с навязавшимся ей мужем. Если бы Наташенька была красивым ребенком, может, их брак продержался несколько дольше, но тогда при разводе Пылаев наверняка лишился бы дочери. Он благодарил судьбу за то, что его Наташенька оказалась такой дурнушкой, которая не нужна была даже собственной матери. Он же – обожал свою дочь, никогда не стыдился ее и был счастлив тем, что она у него есть.
Последнее время Наташенька уже стала постигать, что окружающий мир враждебен по отношению к ней. Ее дразнили ребята в садике и во дворе, воспитательницы не прощали даже самого незначительного проступка или шалости, на которые запросто закрывали глаза, когда в них уличали хорошенькую девочку в бантиках или славного мальчугана. У Наташеньки стал портиться характер. Она делалась скрытной и мстительной. Всем окружающим давала детские еще, но очень меткие прозвища. Так нянечку, тетю Люсю, звала прямо в глаза тетей Злюсей. Тетя Злюся за это злилась на нее еще сильней, но девочка не разбиралась в сравнительных и превосходных степенях прилагательных. Для нее существовало только одно определение – злая, а в какой степени, не имело абсолютно никакого значения.
Оксану Наташенька не называла никак. Это настораживало Алексея, потому что он не мог понять, как дочь к ней относится. Но, решил он потом, поскольку Оксана никогда в жизни не обратит свой взгляд на него, совершенно не важно, как эти две женщины, маленькая и взрослая, относятся друг к другу.
Подругу Оксаны, Нелю, Наташенька так и продолжала звать тетей Муравьем. Вообще-то в этом прозвище по большому счету не было ничего обидного, но какой женщине оно понравится! Конечно, оно не нравилось и Неле. Она изо всех сил старалась завоевать сердце девочки, но так пока и не преуспела в этом. Наташенька ела ее конфеты и пирожные, но никогда даже не благодарила за них, будто чувствовала, что они скормлены ей не от души, а для какого-то дела. Алексей ругал дочь за поедание в неумеренном количестве чужих сладостей, за неблагодарность и запрещал называть Нелю тетей Муравьем. Наташенька всегда соглашалась с ним, кивала головой, но все оставалось по-прежнему.
Алексей очень хорошо понимал, для какого дела Неля прикармливает его дочь, будто дикое животное. Несмотря на пылаевскую неуемную веснушчатость и рыжесть, женщины все-таки влюблялись в него, и довольно сильно, но ему долгое время нужна была только одна женщина – Алина Максименко, бывшая одноклассница и бывшая жена. Несколько раз он пытался устроить личную жизнь вопреки собственным желаниям, потому
К тете Муравью, несмотря на явно лукавые пирожные, Наташенька относилась все же довольно снисходительно, что никак не давало Пылаеву возможности расставить все точки над «i» в отношениях с Оксаниной подругой. Пухленькая Неля ему не нравилась, потому что обычно его привлекали стройные женщины, но если дочка находила в тете Муравье какие-то достоинства, то стоило, наверно, получше приглядеться к ней. И Пылаев приглядывался, и эти его приглядки очень обнадеживали Нелю.
Но после ночи, вернее, вечера, проведенного с Оксаной, Алексей не мог даже думать о Неле. Он отлично понимал, что начальница отдалась ему тоже с какого-то великого горя, как когда-то Алина. Он мог бы уйти из ее квартиры тогда, когда она заперлась в ванной, и даже хотел это сделать, но потом передумал и остался. И не столько от того, что ему очень хотелось остаться, а потому что чувствовал: она сотворит с собой что-нибудь нехорошее, если он уйдет. У нее на сердце явно какая-та любовная драма. Не случайно она никогда не спешит домой и иногда проводит в своем магазине даже ночи. Какой муж или возлюбленный выдержал бы такое? Ей никто никогда не звонит, не встречает с работы. Все это недвусмысленно говорит о том, что у такой милой и обаятельной женщины никого нет. И еще о том, что тот, кто когда-то был в ее жизни, очень много для нее значил, и не ему, рыжему клоуну Алексею Пылаеву, заступать на вакантное место.
С неприязнью разглядывая свое отражение в темном стекле вагона метро, Алексей думал, как неловко сегодня будет чувствовать себя перед ним Оксана. И ему будет неловко, но только из-за нее, ведь она станет нервничать, переживать и стыдиться того, что отдалась кому попало. Ему стыдиться нечего. Она нравится ему… нет, не то… Он любит ее… Впервые после Алины по-настоящему любит…
Оксанино лицо, словно огнем, залилось нервным румянцем, как только она увидела Пылаева. Алексей сдержанно поздоровался и сразу прошел в свой кабинетик с маленьким окошком под потолком, перестроенный из какого-то чулана. Оксана тут же влетела следом. Он поднял на нее спокойные глаза, всем своим видом пытаясь дать понять, что никогда и никому ни единым словом, ни жестом не выдаст их тайны. Но Оксане явно мало было одного его взгляда. Она хотела от него словесных подтверждений, а потому, с трудом собравшись с силами, начала:
– Алексей Дмитриевич, я прошу у вас… прощения за свою… слабость и… невоздержанность…
Он хотел прервать ее словами о том, что он все понимает и что ей не стоит так нервничать, но она не дала ему сказать.
– Нет-нет! Не говорите ничего! – слабо выкрикнула она. – Я вас самым беспардонным образом… заманила… и стыжусь… своего поведения… Я надеюсь, что все… останется между нами… и вы не будете… – Она подняла на него несчастные глаза, – и вы не станете думать, что я… Словом, вы не будете считать, что я хочу от вас… повторения… или еще чего-то… что будто вы теперь можете… ну… вы меня понимаете…
Она замолчала, и он решил, что теперь уже самое время ответить:
– Я все понимаю, Оксана Юрьевна. Никто ничего не узнает, а сам я вовсе не считаю, что имею теперь на вас какие-то особые права, и ничем вам не напомню… Клянусь…
Заведующая комиссионным магазином «Новый взгляд» некрасиво скривилась, всхлипнула и выбежала из его кабинета. Безжалостно отбросив от себя свою сумку, Алексей плюхнулся в компьютерное кресло и закрыл лицо руками. Ну почему?! Почему именно те женщины, ради которых он готов пожертвовать всем, кроме, конечно, Наташи, только утешаются в его объятиях?!! Он им нужен лишь в качестве жилетки, в которую они могут выплакать свое горе! Если бы Оксана знала, как он любит ее, то, возможно, не стала бы так… А может быть, есть смысл ей все сказать? Нет! Ни в коем случае! Он сказал о своей любви Алине, и что из этого вышло? Ему не нужно повторения этого кошмара!