Необузданные
Шрифт:
Ее руки порхали по обнаженной коже его плеч, кружа по его шкуре, после чего одна из них взяла инициативу и расположилась по центру его груди. Еще несколькими дюймами ниже — и она услышит, как бьется его сердце. Он снова заурчал. Слова были не нужны, да у него их и не было. Может, ему лечь на спину? Или накрыть ее своим телом, как говорил ему Грон? Его хвост хлестнул позади него. Он не хотел сделать что-то не так.
Наконец ее руки вернулись к его шее, и она нежно притянула его к себе. Он с легкостью поддался ей навстречу, и их губы встретились. Грон не врал, похоже, для Мойры это было важной частью знакомства с парой. Ее губы ласково двигались
Ее мягкий и влажный, как спелый фрукт, язык скользнул по его языку, и он последовал ее примеру. Ничто из того, что мог рассказать ему Грон, не научило бы его доставлять ей удовольствие, но Тройи знал, как глупо делать что-то незнакомое слишком поспешно или слишком резко. Его движения были медленными и осторожными, но больше она ничего не предпринимала. Мойра, расслабившись, податливо льнула к нему, погружаясь и выходя из его рта, дразня его своим языком. Он не дышал, но ему было все равно. Ее тело было мягким и теплым, когда он лежал, прижавшись грудью к ее груди. Кончики ее пальцев скользнули в шкуру у него на затылке, и он вздрогнул.
Движения ее языка замедлились, и она убрала его, вернувшись к прежним движениям их губ, после чего отстранилась и позволила ему вздохнуть. Тройи взглянул на ее лицо, ища хоть какой-то признак удовольствия или разочарования, и заметил, что ее губы блестят. Она облизала их, пока он смотрел, а когда ее дыхание обдуло его лицо, прохладное покалывание подсказало, что его губы тоже были влажными. Ее рука скользнула по его груди, и его мышцы напряглись в предвкушении.
Его половой орган все еще был твердым и набухшим, шум крови в его голове затуманивал мысли, но это не причиняло боли. Он не страдал, пока она была рядом. Ему хотелось снова соединить их губы. Он хотел большего. Тройи скользнул хвостом по своей ноге, чтобы коснуться и провести им по внутренней стороне ее бедра, продвигаясь все выше и выше. Она вздрогнула, но не оттолкнула его, позволив прикоснуться к себе. Он сократил расстояние между ними, прижавшись губами к ее щеке и уголку ее губ. Она воспользовалась рукой, чтобы повернуть его лицо и снова впилась в его губы, пока его хвост подбирался к ее колену, после чего прошмыгнул под него и двинулся дальше, на этот раз направившись к развилке между ее ног.
Мойра подскочила, резко оборвав поцелуй и оттолкнув его, чтобы просунуть руку между их телами и остановить его хвост от дальнейшего продвижения. Она взглянула на него, и он понял, что застал ее врасплох. Как-никак, она не дергала его за хвост. Она не инициировала спаривание. Возможно, он неверно истолковал значение давления их губ друг на друга, или ей не понравилось то, что он проявил инициативу. Как бы там ни было, она мягко оттолкнула его, поправив одеяния так, чтобы он больше не мог видеть ее живот, и провела рукой по своей гриве, не глянув на него. Он снова заурчал, пытаясь как можно лучше объяснить, что не понимает в чем дело, что ему жаль и он хочет продолжить.
Она издала какой-то звук, и ее лицо тревожно порозовело, затем она подошла к поклаже, которую принесла с собой, и к корзине с фруктами. Тройи наблюдал за ней, но его тело все еще не осознало, что их
Глава 32
Мойра тщательно пережевывала еду, хотя в горле стоял ком. Произошедшее было даже слишком приятным. Ее сердце до сих пор колотилось. Мех вовсе не отталкивал ее, на самом деле она едва обратила на него внимание, когда его язык оказался у нее во рту. Парень умел целоваться, вернее, было очевидно, что не умел, но у него были задатки. Неторопливый и чувственный во всем. Он испытывал ее и дразнил, пока она не захотела убедиться в том, что он будет заниматься с ней любовью таким же образом, боясь пошевелиться, чтобы он не перестал ее целовать.
Но когда его хвост проскользнул между ее ног, это было уже слишком, слишком быстро, и ей пришлось притормозить. Поцелуи — это одно, а секс — совсем другое. Целуясь, она словно узнавала его, медленно меняя их отношения друг к другу. Она не собиралась с кем-либо совокупляться, пробыв на поверхности планеты меньше суток. Мойра просто еще была не готова. Она знала Тройи дольше, чем большинство своих сексуальных партнеров, которые относились к мимолетным связям. Не исключено, что потенциально это был тот самый мужчина или один из них, с которым она собиралась провести всю свою жизнь.
Он сел рядом с ней и стал уминать за обе щеки свою груду фруктов. Она оставила его, чтобы пойти и выпить воды из запечатанной емкости в ее рюкзаке, на этот раз не сумев насладиться кокосовой водой. Она откусила кусочек от протеинового батончика, потому что они были разработаны специально для пищевых потребностей человека, а затем положила остатки обратно, потому что они определенно были разработаны не для вкусовых рецепторов людей. Она достала расческу и причесалась, потом взяла зубную щетку и пасту, намереваясь продолжить то, что начала.
Но вскоре стало ясно, что в планы Тройи не входил немедленный спуск. Он сидел, наблюдая за ней, его хвост лениво извивался за его спиной. У него по-прежнему был стояк — который не проходил — так что, возможно, он все еще был болен, но уже выздоравливал. Казалось его жар спал и был совсем не таким, как вчера.
Если он не собирался спускать ее вниз, значит она здесь застряла, но это ненадолго. Она высунула голову из-за края площадки и глянула вниз, стараясь игнорировать головокружительный крен в голове. Ей гораздо лучше, чем раньше, удавалось переносить высоту. Она практически не видела земли между листьями, да и площадка Рут была скрыта от ее глаз. Ей придется позвать на помощь.
Она откашлялась.
— Рут? — неуверенно крикнула она, сомневаясь в том, что была достаточно громкой. Тройи позади нее что-то проворчал и подобрался ближе, присел рядом с ней на корточки и положил руку ей на спину. Она попробовала еще раз.
— Мойра? Ты меня зовешь?
Мойра не могла понять, откуда доносился голос Рут, листья приглушали звук.
— Да. Я застряла. Не могу спуститься. Он все еще болен. — Она надеялась, что Рут поймет, кого она имела в виду, поскольку не хотела называть его имя, когда он был рядом с ней.