О таком не мечтают, или кошмар для Вики
Шрифт:
— Я так понимаю — это моя дорогая сес-стричка тебя подговорила? А ты готова к тому, что произойдет, ес-ли ты все-таки убьеш-шь меня? — Тьма оказалась вплотную ко мне, она взяла мою правую руку, в которой я сжимала нож, и направила прямо себе в сердце. — Ты готова и с-сама с жизнью расстаться? Потерять дорогого муженька, новообретенную подругу, друзей…Только представь, как они все будут горевать, оплакивать тебя. Мммм, неужели ты нас-столько бес-сердечна, что подвергнеш-шь их с-столь чудовищным с-страданиям?
Тьма столь же внезапно оказалась в десяти шагах от меня, и я отругала себя за то, что промедлила, упустила
— Можно подумать, что в ином случае ты их в живых оставишь.
— Ты права, не ос-ставлю. Ни кто из них мне не нужен, как, впрочем, и этот мир.
— Зачем же ты тогда все это начала? — заговаривая зубы богиня, я сделала небольшой шаг вперед, и, кажется, она не заметила.
— Зачем, с-спраш-шиваеш-ш-шь? — Тьма пожала плечами, — из-за природной вреднос-сти, конечно. Видиш-шь ли, я не люблю все с-светлое и доброе.
— Ты разве не любишь свою сестру?
Отвлекая Тьму разговором, я миллиметр за миллиметром приближалась к ней. Еще чуть-чуть, еще пять шажочков.
— С-сестру?! — взъярилась темная богиня. — Она помогла запереть меня в тюрьму на долгие века! За что мне ее любить!
— Не знаю, неужели ни что вас не связывает? Вы же родные! Вот у меня ни когда не было родной сестры. А в детстве я о ней мечтала. Представляла, как мы будем с ней вместе играть, делиться секретами, советоваться друг с другом. Неужели у вас нет таких моментов?
— Не знаю, — вдруг задумалась Тьма, — я не помню.
Давай Вика, еще два метра.
Богиня действительно выглядела так, словно пыталась вспомнить, кажется, она даже не замечала, как я подкрадываюсь к ней. Но стоило мне мысленно возликовать, как она подняла на меня ненавидящий взгляд и одним неуловимым движением схватила меня за горло.
— Ты нас-столько наивна, что думала, будто я не замечу? Вика, Вика, скажи прощай любимому принцу.
Пальцы на шее стали железными и все сильнее сжимали. Стало трудно дышать, паника охватила разум, и вместо того, чтобы попытаться отбиться, я только и могла, что смотреть на черные провалы глаз богини.
Не знаю, толи это у меня от недостатка кислорода в глазах начало светлеть, толи это тот самый свет, на который нужно идти после смерти, но ослепительная вспышка сначала появилась сбоку, а после Тьма, закричав и отпустив меня, закрыла лицо руками. Еще слабо соображая, одновременно пытаясь вволю надышаться таким сладким воздухом, я сделала два шага вперед и упала на богиню, выставив вперед нож.
Волна нестерпимой боли, мой крик, слившийся в унисон с воплем Тьмы, испуганный голос Киллиана… Это последнее, что я услышала перед тем, как потерять сознание.
Лежать было неудобно. Ветки под спиной, царапали кожу, высокая трава лезла в нос, а на лицо капали хоть и редкие, но противные дождевые капли. Сначала я приоткрыла один глаз, второй уже распахнулся сам. Резко сев, я заозиралась, отмечая привычный до боли пейзаж. Знакомые деревья, кусты, шум трассы неподалеку…
Ну что ж, здравствуй, Земля, давно не виделись.
Эпилог
Прошло уже три месяца, как я вернулась в родной мир. Земля, конечно же, ни капли не изменилась за время моего отсутствия. А вот я… Кажется я прожила целую жизнь с того момента, как попала в Эллоис.
Первые дни дались трудно. Не без приключений я добралась домой — пришлось на ходу придумывать историю, о том, как я вдруг решила исчезнуть и отдохнуть «дичком», попутешествовав по островам самостоятельно. Пока у меня не украли все деньги и документы. С трудом, но мне поверили и отправили на родину.
Я держалась изо всех сил, делала вид, что все нормально, еще толком не понимая, что это все, конец. Ни Киллиана, ни Варю я больше не увижу. Но только добравшись до квартиры, и переступив ее порог, я рухнула прямо на пол и заплакала. Я дала волю эмоциям и слезам. Мне даже соседи в дверь стучали, думали, что у меня тут кошку мучают. А мне было все равно, боль разрывала меня изнутри. И даже, когда слезы иссякли, я не могла подняться и заставить себя пойти хотя бы поесть. За весь вечер я лишь переползла на диван, чтобы было удобнее, свернувшись калачиком, оплакивать потерянную любовь.
Несколько дней у меня ушло на то, чтобы более или менее прийти в себя. Не скажу, что сразу вошла в норму, но хотя бы умылась и вышла в магазин за продуктами и то хорошо.
Нож я временно спрятала под ванной, но планировала избавиться от него. Похоронить так далеко, чтобы уж ни кто наверняка его не нашел. Так мы договорились с Лортой. Она предупредила меня, что тот, кто вонзит нож в Тьму и сам отдаст жизнь, но если Тьма не умрет до конца, то и человек не умрет. И чтобы сохранить мне жизнь светлая богиня и предложила мне переместиться обратно на Землю, вместе с ножом, из которого она сделала новую тюрьму для сестры. И я согласилась. Иного выбора у меня не было. Ведь иначе Киллиан, и все, кто мне стал дорог, погибли бы. Я это видела, Лорта показала мне.
И я не жалею. Но… почему же так плохо?
И вот через три месяца я решила все-таки избавиться от ножа. И не придумала ни чего лучше, чем закинуть его на дно океана.
Чемоданы собраны, документы и деньги приготовлены, нож лежит на самом дне сумки и ждет своего последнего часа. Не знаю, что с ним сделала Лорта, но его не видел ни кто из окружающих, и даже металлоискатель не определял. И это хорошо, иначе проблем бы не обралась. Ну да ладно, в путь.
Дорога, перелет и поездка до пристани пролетели как-то совсем незаметно. Раньше я очень любила путешествия именно из-за дороги. Мне нравилось наблюдать за сменой пейзажей, встречать новых людей, пробовать необычное… Но теперь я даже в окно не хотела смотреть, мне все казалось скучным, серым и неинтересным. Я и на людей-то старалась не смотреть. Идут себе по делам и идут…
Я резко остановилась и обернулась. Нет, мне показалось, мало ли пепельных блондинов ходит в толпе. Облизнув пересохшие в миг губы, я снова подхватила чемодан и заторопилась к белоснежному лайнеру. Может этот круиз поможет мне развееться?
Я стояла на палубе и, прикрыв от удовольствия глаза, глубоко вдыхала солоноватый морской воздух. Мы плыли уже два дня, и я, наконец, решилась расстаться с ножом. И сейчас я сжимала его в руке и собиралась с мыслями. Кажется, ведь это так легко — брось и все. Однако мне чудилось, что сделай я это — разорвется последняя связывающая меня с Эллоисом ниточка. А я очень этого не хотела.