Один
Шрифт:
Мы немного ошиблись – план Минтая оказался чуточку хитрей, чем нам думалось.
Сорвавшийся с места «Логан» последовательно сбил трех ковыляющих к нему зомби и плотно притерся к боку нашего «Мегана». Нам не пришлось открывать двери, чтобы перебраться из одного автомобиля в другой. Из салона в салон мы переползли через оказавшиеся рядом окна. Опомнившиеся зомби так и рвались к нам, грызли железо, пытались втиснуться в узкую щель между бортами автомобилей – но тщетно, дотянуться до нас они не могли. Димка даже успел забросать в «Логан» кое-что из своего имущества, собранного в бельевой корзине. Сам
Минтай тут же дал газу, и «Логан», громыхая побитой подвеской, заскакал, запрыгал по неровностям дороги.
– Не туда! – завопили мы с Димкой одновременно, угадав намерения Минтая и вовремя вспомнив, что проспект плотно забит автомобилями. – К гаражам давай! В объезд! На заднюю дорогу!
Взвизгнули тормоза – нас бросило вперед. «Логан» встал в сорока метрах от осажденного чудовищами «Мегана»: я видел, как проникшие в салон зомби терзают обивку сидений, хранящую, должно быть, наши тепло и запах; видел, как ворочается на земле, пробуя подняться, однорукий бородатый амбал в кожаных штанах и ботинках-«берцах»; видел, как обгоревшая старуха с вплавившимися в лицо очками тащит из грязи истерзанное тело самогонщика Сереги, отмахиваясь от других обращенных, рвущих у нее добычу. Я видел, как из окон дома напротив вываливаются зомби, как встают они и бредут в нашу сторону…
Минтай повернулся к нам. Каждому в глаза посмотрел. Сказал веско, чеканно:
– Я вас спас. Я за рулем. Я все решаю. Я главный теперь.
Справа поднялся с земли зомби, шлепнул грязной ладонью по тонированному стеклу, захрипел, ноздри широко раздувая, острый серый язык из пасти вывалив.
– О’кей, начальник, – прошептал Димка, косясь на вставшее у окна страшилище. – Будь по-твоему. Только скорее увези нас отсюда.
Минтай внимательно на него посмотрел, словно пытался понять, не издевается ли сейчас Димка. Кивнул, довольно ухмыльнулся и сказал:
– Показывай дорогу.
– А куда мы едем? – все так же шепотом поинтересовался Димка.
– Ко мне домой, – ответил Минтай.
Мы никогда не были у начальника дома. Знали только, что живет он в местечке Ухарово, где покосившиеся избы соседствовали с новостроенными дворцами, особняками и коттеджами. Дом у Минтая был простой – мы видели его на фотографиях: небольшой двухэтажный каркасник с претензией на английский стиль. Минтай хвалился, что взял его за бесценок, потому что там будто бы кто-то нехорошо умер: то ли застрелился, то ли повесился. Минтая недобрая слава дома не пугала, он говорил, что весь мир – это одно большое кладбище, что здесь каждый клочок земли полит человеческой кровью и что в наших краях, куда ни ступи, окажешься на месте, где кто-нибудь когда-нибудь нехорошо помирал.
Теперь, после всего пережитого, я часто вспоминаю эти его слова.
«Логан» сдох сразу, как только мы свернули за угол дома – дернулся несколько раз, заглох
Мы бросили автомобиль, испытывая странные чувства, – побитый, помятый «Логан» представлялся живым существом, выручившим нас из беды и надорвавшимся при этом. Мы уходили, оглядываясь на него. Спешили, не зная, удалось ли нам оторваться от зомби или же они продолжают преследование. Здесь, в гаражном массиве, похожем на лабиринт, спрятаться было негде: кругом только бетонные стены и ряды закрытых, запертых на висячие замки ворот.
Но впереди на небольшой площадке рядом с эстакадой и в пятнадцати метрах от вагончика шиномонтажа стояла моя «десятка». Я всегда парковал ее здесь, когда приезжал к Димке в гости.
– Девчонки, сядете назад. – Я издалека выключил сигнализацию, разблокировал двери. – Демон, ты тоже.
– Почему? – возмутился Димка.
– Ты худее.
В салоне «десятки» было не так просторно, как в «Логане», хотя машины, вроде бы, не слишком отличались габаритами. Тем не менее, разместились мы без особых проблем. За руль, естественно, сел я, предварительно свалив принесенное барахло в багажник. И Димка тут же съехидничал, похлопав Минтая за плечу:
– А власть-то сменилась!
Я завел машину, повернулся:
– Как вы?
– Будто в раю, – зажатый девушками Димка оскалил зубы.
– Отправляемся за «Маздой», – сказал я, прикидывая в уме маршрут.
– Все идет по плану, дорогой друг, – подмигнул мне Димка.
– Мы же, вроде бы, решили, – заволновался Минтай. – Едем ко мне домой!
– Сперва оружие!
– Но я думал…
– Индюк тоже думал. Берем «Мазду» и сразу рвем к «Тополю», в охотничий магазин.
– Нам прятаться надо, а не воевать!..
Я подождал еще немного, давая двигателю возможность прогреться, а пассажирам проговориться. Объявил для всех:
– Кто за рулем, тот и решает, – и тронул машину с места.
Уже через три минуты мы выехали из бетонного лабиринта на асфальт и покатили на северо-запад, огибая многоэтажки справа. Я ориентировался на издалека заметную водонапорную башню – она стояла на границе частного сектора, как раз там, где возле заправки «Люкс-Ойл» находилась охраняемая стоянка, принадлежащая армянину Эдику – я никогда его не видел, но Димка рассказывал про него много забавного.
Основательные ворота стоянки, сваренные из стальных труб, железных листов и проволочной сетки, оказались запертыми. Я подергал тяжелую цепь, замкнутую двумя навесными замками, и, повернувшись к машине, беспомощно развел руки – без ключей, кувалды или «болгарки» въезд не открыть. В принципе, можно было попробовать дернуть цепь машиной, – но только, чур, не моей.
– Ну чего? – спросил Димка, когда я вернулся за руль.
– Тихо там, – ответил я. – Охранник то ли сбежал, то ли спит, то ли… Ну, понимаешь.