Офсайд
Шрифт:
Он вздрогнул и схватил мою руку, положив ее ладонью вниз на свое бедро. Мой разум тут же вернулся к нашему поцелую несколько минут назад и ко всему тому, что должно было произойти примерно через двадцать минут.
— Эй, это заставило тебя говорить со мной пару минут. Лучше, чем быть сбитым за ворота.
— Почти уверен, что я тебя сбила, — сказала я, сжимая его ногу. — Ты просто продолжал говорить.
— Что сработало, потому что ты поддалась моему обаянию.
Дерзкий ублюдок. Горячий, дерзкий ублюдок. И все же он
— Я думаю, что мои слова Заре и Ноэль были чем-то вроде «он горячий придурок».
— Ты также угрожала заколоть меня мешалкой для коктейлей. — Он ухмыльнулся. — И все же ты вернулся.
— Естественно. Но по количеству метафор, которые ты бросил тут же, я должна была догадаться, что у тебя грязный ум.
Он понизил голос, его глаза скользили по мне и оставляли след тепла по моему телу.
— Когда дело доходит до тебя? Самая грязная.
Я прикусила нижнюю губу.
— Ага? Докажите это.
— Знаменитые последние слова, Джеймс.
ГЛАВА 46
САМАЯ ГРЯЗНАЯ
В какой-то момент по дороге домой настроение сменилось с игривого на торжественное. Что-то давило на разум Чейза, и чем бы оно ни было, вероятно, это могло объяснить его многочисленные ссоры в игре сегодня вечером. У меня было искушение спросить, но, когда он был таким сдержанным, любопытство ни к чему меня не привело, так что я продержалась.
После нескольких минут молчания Чейз заговорил:
— Ты недавно разговаривала с Дереком?
Он подал сигнал и вырулил на мою улицу. Вены на его предплечьях вздулись, когда он сильнее сжал руль. Внезапно он напрягся, а теперь и я тоже. Мы редко обсуждали моего брата по понятным причинам.
— О чем?
— Я встречался с ним на днях.
В моей голове зазвенели тревожные звоночки. Когда Чейз был расплывчатым в деталях и медленно переходил к делу, это было похоже на рыбалку, чтобы определить то, что я уже знала. Что, в данном случае, было пустяком, так как это откровение застало меня врасплох.
Хотя Дерек вел себя странно, когда мы в последний раз разговаривали.
— Почему ты это сделал?
Чейз параллельно припарковался у бордюра и заглушил двигатель. Он отстегнул ремень безопасности и повернулся ко мне с непроницаемым выражением лица. Если бы мне пришлось угадывать, я могла бы сказать, что он нервничал, а такой взгляд был мне незнаком. Чейз всегда был уверен в себе, почти всегда открыт.
Волна беспокойства захлестнула меня. Пожалуйста, скажи мне, что у них не было никаких споров обо мне или Люке.
Он опустил взгляд на руль, опустив бровь. — Может быть, я одолжил ему немного денег.
— Ты что ? — Я смотрела на него, не мигая. Это было даже отдаленно не похоже на то, что я ожидал от него. — Почему я слышу об этом только сейчас?
Но… Тогда все
— Я попросил Дерека не говорить тебе. Но это прогресс, потому что мы смогли поладить. Верно? — Чейз поднял темные брови, пытаясь изобразить невинность. Он все еще был в угольно-сером костюме из предыдущей игры, со снятым галстуком и расстегнутыми верхними пуговицами белой классической рубашки. Было чертовски трудно злиться на него, когда он выглядел так. И он это знал.
— Не меняй тему.
Опять же, он был прав. Дерек и Чейз согласились встретиться, вступили в дискуссию, которая должна была быть как минимум вежливой, и пришли к какому-то соглашению. Это было странно обнадеживающим, даже если я не была уверена, как я отношусь к денежной части.
Я нахмурилась, вертя в руках кожаный ремешок. — Вот почему Рождество снова в доме моих родителей? Я ломала голову, пытаясь понять, как это вдруг стало возможным с финансовой точки зрения. Ты хочешь сказать, что это был ты?
— Возможно? — Чейз одарил меня застенчивым взглядом, который пронзил мою защиту, как горячий нож сквозь масло.
Он великолепно вызывал во мне определенную комбинацию эмоций — разочарование, смешанное с весельем и привязанностью. К счастью для него, это обычно приводило к горячему сексу. Если бы я не была осторожна, он бы уклонился от ответов на мои вопросы, и мы бы сразу перешли к сексу.
— Было ли это? — повторила я, стараясь оставаться твердым. Слава богу, мы были в его грузовике и еще не внутри, если бы этот разговор происходил в моей спальне, он пошел бы совершенно по другой траектории.
— Технически я предложил ему долгосрочный кредит. Что он сделал с ним после этого, я не могу сказать.
Я кивнула, но ничего не сказал. Мой разум пытался обработать ситуацию, но я ходила по кругу, не зная, что я чувствую.
— Джеймс. — Чейз подтолкнул меня. — Ты безумна?
Я повернулась, чтобы посмотреть на него.
— Я не знаю?
Безумие — не то слово. Разозлился, наверное. И вдобавок к этому в моей голове бушевала война других эмоций. Вся эта ситуация заставляла меня чувствовать себя уязвимой, поэтому я и не решалась сказать ему об этом.
Помимо всего остального, я простила Люка за то, что он поступал гораздо хуже — неоднократно. Бездумные вещи, обидные вещи, ужасные вещи. У меня было искаженное представление о том, что правильно, а что неправильно. Я не знала, что было и не стоило расстраиваться. Особенно что-то с добрыми намерениями от кого-то, кто был только заботливым и вдумчивым.