Охотники за охотниками. Хроника боевых действий подводных лодок Германии во Второй мировой войне
Шрифт:
21. 17. Подошли к «U-68», стоявшей на якоре.
Начали передавать 1100 литров смазочного масла. Поскольку подходящего шланга не нашлось, перетаскивали вручную, в металлических банках – работа трудоёмкая и длительная, она заняла целых шесть часов. Последовали 200 литров дистиллированной воды, тонна технической пресной воды и несколько торпед.
Тем временем врач с «U-68» осмотрел нашего дизелиста.
Мы были готовы идти на базу выпрямлять свой помятый нос.
Мы помогли нашей сестре-лодке и сделали это с радостью и желанием. Но всё-таки это раздражает, когда видишь, как твоё топливо и твои торпеды забирают, словно таблетки для лечения чьего-то больного горла.
7 октября.
Идём домой.
Благодаря получению
Из сообщений службы радиоперехвата Мертен знал, что группа британских кораблей, включающая авианосец, патрулирует между островом Вознесения и островом Святой Елены с очевидной целью перехватывать германские вспомогательные крейсера и другие надводные корабли. Мертен считал, что найти эти корабли и атаковать их – это работа, на которую не жалко потратить силы.
Вначале «U-68» заглянула на рейд острова Вознесения, но убедившись, что там пусто, повернула к острову Наполеона, [19] где надеялась найти стоящие на якоре британские корабли.
Но в порту Святой Елены стоял один-единственный танкер. Мертен решил, что раз не может найти британские корабли, то можно потопить снабжающие их суда, что также нанесёт значительный удар по их боеготовности.
Под покровом ночи Мертен прокрался между портовыми сооружениями и танкером, не замеченный никакой охраной на берегу. Слышно было, как солдаты пели и веселились в казармах. И тут Мертену пришла в голову новая идея. Он снова вышел и атаковал танкер со стороны моря. В момент, когда торпеды вышли из торпедных аппаратов, несколько человек на танкере заметили силуэт лодки на фоне неба. У них было время закричать «Субмарина!» и всполошить охрану на берегу, прежде чем торпеды нанесли свои смертоносные удары по танкеру. Груз танкера взорвался, столб пламени взметнулся высоко к небу, и танкер сразу пошёл ко дну. Мертен на полном ходу направил лодку подальше от порта. Забегали лучи прожекторов, береговые батареи открыли беспорядочную стрельбу. Но всё напрасно.
19
Имеется в виду остров Святой Елены.
А вот история третьего партнёра по рандеву имела трагический конец.
Через несколько дней после того, как «U-111» передала свои торпеды, командир британского корабля «Леди Шерли» Коллэвей заметил в десяти милях рубку подводной лодки, прежде чем она успела погрузиться. Это произошло в 220 милях от Тенерифе. Британский корабль поспешил к месту погружения подводной лодки и сбросил множество глубинных бомб. Раненая лодка была вынуждена всплыть, и британцы сразу же открыли по ней огонь из всех орудий. «U-111» ответила огнём. Британский корабль получил серьёзный урон. Убитые и раненые были с обеих сторон. Но после четверти часа отчаянного боя лодка получила смертельный удар и затонула.
Восемь немцев, и среди них Кляйншмидт, погибли в бою. Остальные сорок четыре члена команды этого мужественного корабля были взяты в плен. [20]
ГЛАВА X
«U-81» топит авиаэскадрилью. «U-331» уничтожает линкор «Бархем»
Оперативная сводка. Осень 1941 года.
Когда разразилась война, Италия имела 120 подводных лодок, значительно превосходя любой другой подводный флот мира. Но очень скоро, после оккупации Балкан и Крита, пришло понимание, что необходимо вводить в Средиземное море германские подводные лодки. По уровню подготовки и боевому духу немецкие подводники были бесконечно выше своих итальянских партнёров. В Германии надеялись, что это заставить британцев распылять свои силы, а немецкие подводные лодки смогут атаковать и средиземноморские конвои. Безусловно, переброска лодок в Средиземное море должна была ослабить атлантическую группировку немцев. Однако Редер, который
20
В этот период британцы уже имели экземпляр шифрмашины «Энигма» и, скорее всего, узнали о тайном рандеву из расшифрованного радиообмена.
Подходим к Гибралтару.
Ночь темна, новолуние. Редкие облака лениво ползут по небу. Волна мягко вздымается и опускается. Прижимаясь к берегу, идёт маленький пароход, светящийся огнями – испанец. Иначе его и видно не было бы.
Но мир вблизи Гибралтара – вещь обманчивая. Уйма эсминцев, охотников за подлодками, самолётов охраняет крепость и порт, где стоят линкоры и крейсера.
Гибралтарский пролив по-прежнему оставался одной из жизненно главных артерий британского судоходства – несмотря на Роммеля в Северной Африке, несмотря на германские подводные лодки, уже бродящие по Средиземному морю, несмотря на потенциальную мощь итальянского флота.
В лодке царило полное спокойствие. Те, кто стоял на вахте, внимательно смотрели на приборы, остальная команда спала. Наблюдатели на мостике, казалось, слились с лодкой в единое целое – так гармонично они чувствовали мельчайшее движение корабля. И только то, что они всё время поводили своими ночными биноклями, нежно поддерживая их кончиками пальцев, выдавало тот факт, что это живые люди.
Крещение огнём «U-81» прошла уже давно. По следам конвоев Союзников она проникала в самые узкие и самые глубокие заливы в районе Мурманска и принимала участие не в одной атаке на атлантические конвои.
Гуггенбергер и его штурман склонились над картой Гибралтарского пролива, расстеленной перед ними.
– Я думаю, лучше всего подойти с юго-запада, господин командир, – сказал штурман. – Это направление, с которого они меньше всего ожидают нашего прихода.
– Согласен, – ответил Гуггенбергер. – В надводном мы пройдём в три раза быстрее, и там вполне хватает глубины, чтобы в случае чего нырнуть. Подождём прилива, он нам поможет.
Таков был план прохождения пролива. Твёрдо заранее ничто не планировалось, и Дениц оставлял способ преодоления пролива на усмотрение каждого командира.
На среднем ходу «U-81» подошла к проливу.
– Вахте второй смене заступать в 23.30 в индивидуальном порядке, – объявил Гуггенбергер.
Рулевой тихим голосом передал его приказ. Матрос в центральном посту стал будить людей, которые стали проворно, но спокойно снаряжаться на вахту – кожаные куртки, бинокли, головные уборы, перчатки…
Вахтенный офицер второй смены, который должен был сменить штурмана, появился на мостике и, потянув носом, почувствовал землю. Прокашлявшись, он пробормотал:
– Жутко близко.
Больше он ничего не говорил, а взял и стал протирать окуляры бинокля. Он взглянул на небо, потом отошёл в кормовую часть мостика. Наконец его глаза привыкли к темноте.
– Вахту принял, штурман.
– И отлично.
Лодка изготовилась к преодолению пролива. Она ровно вибрировала, разрезая форштевнем морскую волну.
Тем временем штурман внизу посмотрел на карту и обратился к командиру:
– Пора менять курс, господин командир.
Все курсы отложились у Гуггенбергера в голове.