Падший ангел
Шрифт:
Когда за криминалистом захлопнулась дверь, Венейблс поспешно набрал номер миграционной службы. Если они не располагали сведениями о сирийских бизнесменах, проживающих в Британии или посещавших ее в течение последнего года, он намеревался позвонить в таможню, а если потребуется, то и в посольство Сирии. Инспектор Венейблс твердо решил идти до конца.
Занимаясь версией «арабы — Бриоли», Арчибальд Венейблс раскопал еще одни деловые связи французского мультимиллионера, которые, так же как и в первом случае, обошлись тому в кругленькую сумму. Помог случай.
Явившись к банкиру Гарольду Джойсу,
Кабинет банкира являл собой прекрасный образец деловой роскоши. Массивный рабочий стол из красного дерева, кресла и диван обтянуты дорогой кожей, на полках, занимающих одну из стен, аккуратно расставлены тома в дорогих, позолоченных переплетах. Венейблса, однако, трудно было этим удивить. За годы службы в полиции он повидал и не такое. Прошел как ни в чем не бывало и уселся без приглашения в ближайшее к столу кресло.
Джойс встретил его вторжение равнодушным, если не сказать презрительным, взглядом, но голосом своего отношения к представителю закона не выдал. Сказал спокойно и вежливо:
— Чем могу служить? Извините…
— Инспектор Венейблс, — подсказал сыщик, достал из кармана трубку, но, не увидев поблизости пепельницы, убрал ее обратно в карман пиджака.
— Так чем могу служить, инспектор Венейблс? Хотя догадываюсь, догадываюсь, вы по поводу смерти мистера Бриоли.
— Я бы хотел задать вам несколько щекотливых вопросов, и было бы очень полезно для следствия, если бы вы ответили на них.
— Спрашивайте. Я к вашим услугам. — Джойс откинулся в шикарном высоком кресле, скрестил на груди руки. — Не пойму только, к чему все эти расспросы. Ведь Антуан погиб в автомобильной аварии, не так ли?
— Не совсем. — Венейблс сразу отметил, что банкир назвал Бриоли по имени, как доброго приятеля, и решил его ошарашить: — Мистера Бриоли убили. А точнее, отравили сильно действующим ядом. Еще до того, как он сел за руль.
У Джойса округлились глаза, а нижняя челюсть непроизвольно поползла вниз. Венейблс остался доволен произведенной реакцией: теперь этого толстосума можно брать тепленьким. И он с ходу выложил интересующие его вопросы.
Гарольд Джойс выслушал их с поникшим видом, то и дело бубнил себе под нос: «Я знал, что добром это не кончится». И в конце концов инспектор получил от него примерно такие ответы, на какие и рассчитывал.
Выяснилось, что Антуан Бриоли полгода назад действительно перевел в банк Дамаска четверть миллиона фунтов стерлингов. Действия его были подтверждены договором. Но еще раньше, и это почему-то Венейблса не удивило, он снимал со счета приличную сумму денег наличными — более трехсот тысяч. Примерно в это время был сделан первый перевод в Сирию, тоже более четверти миллиона. Сумма чудесным образом повторялась.
Венейблс мысленно потирал от возбуждения руки.
— Я его предупреждал: не стоит связываться с арабами, — говорил Джойс. — Но разве он слушал! А когда он потребовал у них отчета о деньгах и предположительные сроки выплаты первых процентов, они просто растворились. Понимаете?! Вовсе исчезли из страны!
Инспектор Венейблс все прекрасно понимал: и что француза классически обули, и что банкир Гарольд Джойс вряд ли причастен к его смерти.
Вопросы были исчерпаны, а ответы на них получены. Венейблс поднялся, собираясь прощаться и уходить, и вот тут в кабинет банкира заглянула его жена.
— Гарольд, я проезжала мимо и решила заглянуть к тебе, — мило прощебетала она с порога. — Ты рад меня видеть?
— Конечно-конечно, дорогая! — засуетился Джойс, поднимаясь ей навстречу.
— Извини, ты не один! — Супруга только сейчас заметила в кабинете мужа постороннего.
— Это инспектор из Скотленд-Ярда. Венейблс, — представил Джойс своего посетителя. — Он уже уходит.
Венейблс подтверждающе кивнул. Жена банкира была необычайно хороша. И молода. Он бы с удовольствием задержался и выпил с ней чашку чаю. Джойс сам послужил причиной того, что ему пришлось задержаться. На вопрос супруги: «Что делает у тебя доблестная лондонская полиция?» — ответил честно:
— Расследует убийство Антуана.
— Убийство?! — Кэтлин (так представил супругу банкир) всплеснула прелестными худенькими ручками. — Я чувствовала, что этим все кончится!
Венейблс откровенно удивился. Похоже, для семейства Джойсов смерть Бриоли не была неожиданностью.
— У вас были на то основания? — поинтересовался он, подступая к Кэтлин почти вплотную.
— А как же! — почти вскричала она. — Эти ужасные русские! Зачем он только имел с ними дело? Это же бандиты, вы только посмотрите на их… — Кэтлин поискала подходящее слово, — физиономии.
— Какие еще русские? Вы хотели сказать: сирийцы?
— Что такое какие-то сирийцы по сравнению с русской мафией?! Сирийцы в прошлом, а эти ужасные русские обхаживали Антуана последние полгода.
— Мне кажется, мистер Джойс, — Венейблс повернулся к банкиру, — вы что-то упустили в своем рассказе…
Через пятнадцать минут он уже знал, что история с русскими бизнесменами точь-в-точь повторяла уже известную историю с арабами. Мистер Бриоли намеревался построить в России современный супермаркет, под который открыл новым русским партнерам кредит. Но те поступили еще проворней и наглей сирийцев: исчезли из поля его зрения, как только получили деньги. Весь их проект на поверку оказался сплошным блефом, правда хорошо продуманным и спланированным. Со слов Гарольда Джойса, Бриоли был вне себя и даже нанял частных детективов разыскать обманувших его русских.
Итак, Венейблс оказался на распутье: кого искать в первую очередь, сирийцев или россиян? Он начинал сомневаться в скором и победоносном завершении этого дела.
Венейблс снова обратился к адвокату, и тот сразу же указал инспектору имя частного детектива, поскольку сам рекомендовал его Бриоли. Максимилиан Роджерс был старшим партнером фирмы «Роджерс и K°», офис которой располагался, как это ни смешно, на Бейкер-стрит. Но Венейблсу было не смешно, и кроме того, как уже сказано, он являлся поклонником не Шерлока Холмса, а комиссара Мегрэ.