Попаданец в Таларею
Шрифт:
– Кого?
– уточнил барон.
– Синезийских наёмников. Как увидел огонь, сразу понял, что тут кто-то шалит. Не стал тебя ждать. Я тут пробежался маленько. Они за Рыжей лощиной, в распадке. Я к ним близко не приближался, но так, примерно оценил. Их там больше одного десятка, но меньше двух. Примерно. Вооружены не хуже наших.
– Синезийцы?
– Гринг хоть и был удивлён, но сомневаться в словах Ланвара даже не подумал. Ему он доверял даже больше, чем своим глазам.
Решение принял мгновенно.
– Так, сержант, отставить.
– последний вопрос барон проговорил уже сам себе.
Сержант Чек проверил, как несли службу выставленные на посты Зенд и Хорнер и вернулся к отряду. Он знал своих бойцов уже не один день и знал, что на этих двоих в вопросе охраны можно положиться. Но порядок есть порядок, и не в правилах Чека было его нарушать. В чём-то одном дашь себе слабину, и потом сам не заметишь, как скатишься вниз. Дурацкий случай в Фестале тому пример.
Из-за рябой и потасканной трактирной девки устроить драку - надо было быть совсем безмозглыми, но, видимо, такими они и были после неумеренного возлияния. И всё бы ничего, но подвернувшийся под горячую руку задохлик, которого в пылу драки кто-то из его бойцов отправил к Семи, оказался королевским стряпчим.
Если бы Чек вспомнил, кто из них конкретно это сделал, то сдал бы его стражникам даже не раздумывая. Вот только он и сам в тот день мало что соображал. Пришлось откупаться, отдав почти все заработанные деньги, и хорошо, что дело ограничилось только этим, могли бы оказаться и на виселице.
Так вот и получилось, что вместо спокойного возвращения домой, им приходится ввязываться в очередную авантюру. Впрочем, дело общало быть достаточно простым и достаточно выгодным.
Корабль до Синезии уже ждёт их в Нимее, на той стороне Ирменя. Отряд вполне надёжно укрыт в густом ельнике. Им надо только дождаться наступления второй половины дня, чтобы выйти из леса, и, не скрываясь, сжечь с помощью масла, десяток кувшинов которого им дал ключник Норт, обе мельницы и мост барона Гринга.
Много убивать не требовалось. Достаточно было отправить к Семи только двух баронских сторожей. Главное, чтобы оставшиеся свидетели, из проезжающих путников и работников мельниц, видели и слышали, что безобразия творят наёмники из Синезии, и Гринг потом никак не смог бы обвинить в происшедшем монахов. Подозревать он, конечно, может сколько угодно, но вот обвиненя надо доказывать, а что он сможет предъявить?
Всё было хорошо рассчитано. После поджога, наёмники должны по известному маршруту добежать до реки Ирмень, где уже в условленной точке их ждёт монастырский баркас, переправиться на нём в Нимею, получить оставшуюся сумму контракта, и - прощай, Винор!
Пока там доложат барону, пока организуют погоню, пока вообще определят, куда они двинулись, отряд уже будет плыть в республику.
Вроде бы и всё было продумано, и чутьё не подсказывало ничего плохого, но завершилось это дело для наёмников крайне скверно.
Нет, часовые не проспали, вовремя дали сигнал, да и шум движения через лес большого количества людей услышал весь отряд, вот только это не спасло. Они ещё только начинали сбиваться в строй, когда первым же залпом стрел положило насмерть сразу четверых, а остальные наёмники почти все были ранены.
– Сдавайтесь! Бросайте оружие! Оружие на землю!
Будь на месте наёмников хоть чем-то иным, кроме денег, мотивированные воины, или случись это на войне, то сопротивление могло бы быть оказано и в таких обстоятельствах. Вот только Чек и его бойцы верность нанимателям не считали дороже своих жизней. Вот если бы у них были какие-нибудь шансы, то они бы сопротивлялись до последнего, но сейчас сержант наёмников, быстро оценив обстановку, принял решение:
– Бросаем оружие, - сказал своим и, уже обращаясь к окружившим их воинам, - Сдаёмся! Не стреляйте!
Вечером на верхнем этаже донжона замка барона Гринга управляющий замком Окрин, вместе с капитаном Корсом, бывшие однополчане барона, докладывали результаты допроса наёмников. В обоих сразу же угадывались бывалые вояки, и не будь на Корсе лёгких доспехов, то никто бы не определил, кто из них управляющий, а кто капитан замковой дружины. Они только что пришли из подвалов замка, где была оборудована тюрьма, в которой сейчас содержали пленённых наёмников. По приказу барона лекарь уже осмотрел и перевязал раненных синезийцев. В живых их осталось одиннадцать человек, трое из которых были в тяжёлом состоянии.
Настроение Гринга было приподнято - боевым, попались святоши! Он уже распорядился послать с утра в Сольт за королевским дознавателем, чтобы тот сам допросил синезийцев. Те ведь ничего и не скрывали, благо, совершить что-то, за что их можно было бы осудить, они ещё не успели. А покрывать подлецов Адалия и Меония им нет резона.
Не было сомнений, что монахи будут от всего отпираться. Но вот пусть теперь попрыгают.
Барон встал с кресла и подошёл к своим помощникам.
– Немур, они действительно ничего не скрывают, они не поджигали мост, - в голосе управляющего была абсолютная уверенность, - Да и глупо бы им было сидеть и чего-то дожидаться. Давно бы уже драпали.
– И кто это сделал, они не знают, - добавил капитан Корс.
Гринг хмыкнул. Его самого заинтриговало происшедшее. Если бы кто-то не поджог с самого утра мост, то план монастырских крыс скорее всего был бы исполнен.
– Похоже, что-то перемудрили святоши. Окрин, распорядись, чтобы наёмников нормально кормили, да, и лекарю скажи, пусть присматривает за ними получше. Комнату подготовьте к приезду дознавателя. А ты, Корс, всё же скажи Ланвару, пусть наш лесник ещё разок полазит по лесу, поищет следы. А то и вправду как-то непонятно всё случилось.