Принцесса без короны. Неправильный отбор
Шрифт:
— Разумеется, — кивнул Валентин и, вновь предложив Дайне руку, повел ее в гостиницу.
Их номер был на втором этаже. Дайна испугалась было, что Валентин останется с ней, но, к ее невероятному облегчению, господин ректор вышел. Умывшись в крошечной ванной, примыкавшей к комнате, Дайна посмотрела на себя в зеркало и подумала, что выглядит ужасно. Лицо осунулось, под глазами залегли тени, даже волосы, кажется, потемнели.
Что сейчас делает Кендрик? Чем занята свекровь? Радуются, что принцесса-попрошайка наконец-то сделала
Возможно, они даже устроили праздник по этому поводу.
Глаза заблестели, и Дайна зажмурилась и похлопала себя по щекам. Не плакать, ни в коем случае не плакать! Валентин не должен увидеть ее слез — да больше ни одна живая душа их не увидит.
И однажды она вернется — чтобы говорить с бывшим мужем и свекровью уже с позиции силы. Сейчас, стоя в маленькой ванной с обколотой плиткой на стенах и глядя в потемневшее от времени зеркало, Дайна была в этом уверена.
Она вернется и заставит их пожалеть о том, как с ней поступили.
Она слишком долго была милой и покорной. Сейчас ей хотелось мстить.
Переодевшись в скромное темно-синее платье, Дайна заплела волосы в косу и вышла из номера, чувствуя, что идет в новую жизнь — вот так, просто, налегке. Портье на первом этаже поклонился ей и сообщил, что господин ректор ожидает ее высочество в ресторане на улице.
Дайна вдруг подумала, что ужасно проголодалась.
Валентин занял столик в углу веранды — оттуда был виден большой фонтан на площади и гуляющие парочки. Музыканты расставляли стулья и вынимали инструменты из футляров: скоро заиграет музыка, и начнутся танцы.
Валентин сменил свою клювастую маску на другую — она открывала крупный, четко очерченный рот и острый подбородок с широкой нитью шрама, убегавшего под воротник. Опустившись на стул, проворно подставленный официантом, Дайна неожиданно поняла, что господин ректор уже не внушает ей страха. Да, могущественный волшебник, который по какой-то причине скрывает лицо — но пока Дайна не видела от него ничего, кроме добра.
— Добрый вечер, милорд.
— Добрый вечер, ваше высочество.
Двое официантов принесли большую темную доску: над ней на сверкающих металлических пиках была закреплена запеченная свиная рулька. Компанию ей составляли светлые клубни вареной картошки, полдюжины мисочек с соленьями и разноцветные соусы, от аромата которых начинала кружиться голова, а рот наполнялся слюной.
— Конечно, это не те деликатесы, которые подают при дворе, — заметил Валентин, вооружившись длинным острым ножом, — но мне нравится. Ничего нет лучше простой крестьянской пищи.
— Еда замечательная, — не смогла не улыбнуться Дайна.
Некоторое время они ели молча. Когда тарелки опустели, а официанты принесли маленькие чашки с кофе и поднос с дынными пирожными, то Дайна спросила:
— Так о чем же вы хотели поговорить со мной, милорд?
Губы
— Что вы собираетесь делать, ваше высочество? — спросил он. — Теперь, после развода?
— Вести привычную жизнь принцессы-попрошайки, — ответила Дайна и сама удивилась тому, насколько равнодушно, спокойно и страшно из-за этого спокойного равнодушия сейчас прозвучали ее слова. — Я ехала в Пригорье. Гранд-мастер Баэрн сказал, что его брат меня приютит.
Валентин понимающе кивнул. Глаза мягко блестели в прорезях маски, и Дайне хотелось верить, что он смотрит на нее с сочувствием.
— Никогда больше так себя не называйте, — сказал он. — Договорились?
Дайна кивнула. Уже в который раз за сегодняшний день ей сделалось страшно.
— Как ваша боль в груди? — поинтересовался Валентин. Дайна машинально подняла руку к кружевной отделке по вырезу платья и тотчас же опустила.
— Прошла. Благодарю вас.
— Зачем вам это Пригорье? — усмехнулся Валентин. — Кормить комаров в гостях у святоши — это скучно, на мой взгляд.
Дайна почувствовала, как в груди что-то принялось царапаться — не то кашель, не то дурное предчувствие.
— У меня нет другого выхода, — ответила Дайна. — Мне нужно зацепиться хоть где-нибудь.
— Планируете работать? — осведомился Валентин, равнодушно ковырнув полупрозрачный золотистый бок пирожного. Оркестр начал играть, и первые, самые нетерпеливые парочки закружились в танце. Дайна вспомнила, как танцевала с Кендриком на балах, и как одобрительно смотрел на нее король — больной, тощий, он едва мог сидеть и, должно быть, сразу же забывал всех, кого видел. Но Дайна чувствовала его любовь — тихую, бессмысленную.
Расскажет ли Кендрик отцу о своем разводе? Или пожалеет старика?
— Разумеется. Мармелад еще не растет на деревьях, а я его люблю.
— Похвально.
Официант поставил перед Дайной креманку с многослойным цветным мармеладом: каждый брусочек украшали мелкие ягоды звончака, кисло-сладкие и бодрящие. Дайна невольно улыбнулась.
— Благодарю вас, милорд. Вы очень добры.
— Я приглашаю вас в мою академию, — вдруг произнес Валентин. Дайна посмотрела на него с искренним удивлением. Ей учиться в академии магии? При полном отсутствии магических способностей?
— Я… право же, милорд… — Дайна совершенно растерялась. — Это неожиданно. И у меня нет магического дара, никакого. Я даже не могу найти спрятанный предмет с помощью рамки.
На мгновение ей показалось, что взгляд Валентина сделался пронзительным и цепким — от него стало холодно.
— И все же я приглашаю вас в мою академию, — повторил Валентин. — Вам будет, где жить, мои студенты прекрасно устроены. Вы получите работу, которая возвысит вас… и поможет отомстить. Вы ведь хотите отомстить?