Проклятие магии
Шрифт:
Сначала хотел от него отпрянуть, но тут дошло, что заяц не враждебен и что его здесь как бы быть не должно. ЧЁ быстро взял себя в руки и попробовал его поймать, но тот сначала попробовал упрыгать, повинуясь моему желанию, но ЧЁ все же более ловкий и тут его руку прошли сквозь зверька.
– Всё понятно, – произнес он. – Спасибо за урок. А когда ты успел освоить магию иллюзии?
– Так ведь перерывы, – ответил я с улыбкой.
Он засмеялся.
– Ладно, давай двигать на помощь той группе, – стал серьезным ЧЁ.
– Хорошо, но раз не видишь иллюзии, то слушайся
– Идет, – согласился ЧЁ.
Мы поспешили на встречу другой группе. Я пару раз обернулся, те двое так и наблюдают за нами. На секунду мне показалось, что они совершают большую ошибку, ведь неизвестно нет ли такого же монстра на нашей дорожке, а без меня он для них будет незаметен, да и сидеть на месте это еще та глупость. Лучше что-то делать, чем вот так смотреть на других и думать, что тебя это не коснется. Не тот мир и не те условия, чтобы так думать.
Глава 6
Я следом за ЧЁ или уже можно называть его Алексеем, Лехой осторожно спускаюсь по очередной перемычке между дорогами. Почему-то у меня из головы не идет вид наблюдающих за нами Саманты и индейца Канги, не выглядят они трусами, однако, они почему-то не спешат на помощь другим, почему? Очень хочется спросить у Лехи, но что-то останавливает, будто на этот вопрос нет правильного ответа, какой найдешь, с тем жить и будешь.
На очередном привале я задумался. Не может быть так просто, что они трусы или что они плохие люди, не желающие помогать другим. Мысленно прокрутил ситуацию и вдруг понял, что я сам до этого момента несколько неправильным. Прежде всего я не боюсь, хотя должен. На меня будет нестись какая-то тварь и мне придется полагаться на дарованные силы, что неизвестно как себя поведут. Выживу ли я? А если да, то как собственно убить монстра? В теории и на практике в воздухе, где вокруг тебя даже пукнуть бояться, то да, заклинание создается и ты можешь им управлять, но что будет в боевой обстановке? А что если не смогу вовремя создать, то что тогда? Я умру? Вот окончательно? Хм, скорее всего да. Но почему я размышляю об этом так спокойно? Неужели я готов к смерти ради каких-то незнакомцем? Нет, не готов, мне почему-то кажется, что именно со мной все будет в порядке. Хм, так наверно думал каждый среди рядов солдат перед выстрелом пушки.
Неужели меня лишили не только памяти, но и страха? Я не помню чего я люблю, что мне не нравится, а от чего бешусь. В каждом воспоминании какая-то часть, вроде бы понимаю, но объяснить точно не смогу.
Может Владыка или кто-нибудь еще не просто так выдал нас урезанными версиями, а после заставил сражаться с монстрами. С одной стороны мы все те же люди, а с другой весь багаж прошлого, что давил на нас остался у него и получим мы все назад, когда будем уже достаточно сильны и привыкнем к этому миру.
Но все же, почему Саманта и Канги не пошли с нами?
— Думаю, они бояться, – ответил Леха, увидел мое удивленное лицо, – да, вопрос ты задал вслух.
– Чего? Смерти? – спросил я.
— И ее тоже.
— А чего еще?
– В большей степени себя, — ответил Леха.
– Это как?
– Ну-у, как бы на примере, — протянул Леха, — помнишь кто такой гимнаст? Отлично. Вот представь себе выходит гимнаст после тяжелого перелома из больницы и перед ним снаряд на котором он в прошлый раз выполнял упражнение и теперь гимнаст стоит и смотрит, мысленно прокручивает в голове как сделать каждый элемент, но при этом мышечная память подсказывает, что в этом моменте у него в прошлый раз дрогнула рука и он упал. И чем больше он повторяет прокрутку упражнения, тем больше раз падает и повреждается, раз за разом калеча себя мысленно.
— С гимнастом понятно, но при чем здесь те двое?
— При том, что им пришлось в прошлом мире не сладко, они скорее всего знают, что такое побои, унижение и боль, не просто ударился, а когда тебя избивают, основательно так мутузят. И вот теперь, когда они предстают перед событием, когда необходимо кого-то ударить, то они мысленно переживают раз за разом все те побои, что им нанесли.
— И что?
– - Каждый должен справить с таким сам, – ответил Леха. – Кто-то сможет себя перебороть и хотя бы попытается, кто-то спасует и всегда будет в плену своих страхов, тем самым множа их все больше.
– Тогда почему мы не такие? Неужели нас в прошлом мире никто не избивал? – спросил я.
– Я точно помню, что били, – ответил Леха.
– Тогда почему ты не такой, как они?
– Потому, что люди разные. Кто-то видя краску начнет рисовать что-то красивое, а кто-то использует ее как мусор или попытается какому-нибудь зверь бросить в морду. Мир слишком большой, правда, теперь он стал еще больше, но все же мы все разные.
– Ты хочешь сказать, что они не плохие, что не пошли с нами? – удивился я.
– Нет, конечно, – улыбнулся Леха, – они точно не плохие. У всех свои тараканы в голове, не стоит судить по ним о человеке.
– Но с их помощью у нас было бы больше шансов на выживание, – возмутился я.
– У нас возможно, а у них меньше, – ответил Леха, – дело в том, что они скованы своими страхами, поэтому глупо в таком состоянии близко подходить к монстру.
– Хочешь сказать, что они правильно поступили, когда не пошли за нами.
– Правильно это смотря откуда смотреть. С их точки зрения да, правильно. С нашей, не совсем, мы можем погибнуть, а можем и нет. А вот с точки зрения тех, кого мы идем спасать, то точно поступают плохо, ведь так у них меньше шансов на спасение.
– Что-то я запутался.
– А-а, не парься, – отмахнулся Леха и поднялся. – Делай как сам хочешь, хочешь бейся с монстрами, хочешь спрячься от них и жди, когда кто-то придет тебя спасать. У всего есть плюс и минус. Не будет боевого опыта, то в будущем возможно будет сложнее. Но при этом если они сейчас погибнуть, то также будущего не будет. Каждый сам выбирает как ему жить и кем быть.
– Да, но я не помню значительную часть себя.
– Я тоже, но это не значит, что я вдруг стал мнить себя девчонкой, я это я и другим быть не хочу.