Пылай!
Шрифт:
— Господин! — раздался выкрик служанки, а в следующий миг она активировала охранный артефакт, направив его на своего подопечного.
Ребенка тут же окутала серебристая пелена. Рус не стал разбираться, кем является второй противник. Одним махом руки он ударил огненной плетью, которая испепелила часть туловища прислуги. Та даже не подумала вешать защиту с артефакта на себя, потратив все, что было в нем, на своего господина.
— Рита! — вскрикнул парень и выдал огромный импульс силы, который отбросил Руса на несколько метров.
Защита артефакта еще
— Хорошо, — кивнул парень, наблюдая, как сходит на нет сила подростка.
Он бил без раздумий, на всю силу и пытался задавить Руса своим объемом, но тот и не думал его тратить, банально испаряя все потуги противника своим внутренним пламенем.
— С объемом и навыками понятно, — кивнул своим мыслям Рус. — А вот с волей…
Сосредоточившись, он использовал тот же самый прием, что едва научился с камнем. Только в этот раз он направил его на глаза мальчишки, продолжавшего неистово молотить по нему льдом.
— А-а-а-а-а! — заорал он и тут же схватился за глаза, в один момент лопнувшие от температуры.
Рус сморщился от понимания, что схватка в прямом смысле превратилась в избиение ребенка. Парень и не думал сопротивлятся на уровне «Воли». Он отвернулся и хотел было уйти, но тут услышал утробное бульканье.
Обернувшись, он обнаружил Хорта.
Младший брат был одет в черную плотную ткань, закрывающую его тело от подбородка до пят. В правой руке у него был черный клинок, сотканный из его собственной кости. Левая рука висела плетью.
Парень стоял со спины мальчика и держал за рукоять клинок, который пробил насквозь грудную клетку и вышел у основания шеи, под гортанью. Ребенок, лишившийся глаз, получил еще и зачарованный клинок Тук, которая вложила его вместо кости предплечья.
— Потягаться силами ты мог и на тренировочной площадке университета, — сквозь сжатые зубы произнес младший брат и провернул клинок, не сводя взгляда с мальчишки.
Тот хватал ртом воздух, пытался достать руками до клинка, но все было тщетно. Черное лезвие из тьмы уже вытягивало последние остатки жизни из молодого тела и отравляла кровь.
— Мы пришли сюда не поиграть и не проверить твои силы, — заканчил он, выдернув лезвие и отшатнувшись. — Мы здесь для того, чтобы убивать!
Рус посмотрел на тело ребенка и поднял взгляд на Хорта. Тот вытер клинок и, сложив рукоять, с шипением подошел к стене. Мыча от боли, он перехватил черную кость, в которую превратился клинок, и принялся заталкивать его обратно в руку.
— Где вы были? — выскочил из люка канализации Зиг. — Вашу мать! Тут весь квартал горит! Скоро тут будет полно народу!
— Немного задержались, — хмуро ответил Рус и кивнул на младшего. — Что с ним?
— Хорт?
— Все нормально, — не разжимая зубов, произнес он и одним рывком вставил кость на место. — Со мной все нормально…
Зиг нырнул в канализацию, Хорт за ним. Рус так же подошел к люку и еще раз оглянулся. На фоне разгоревшегося пожара лежало два тела. ребенок и его прислуга.
Бой для понимания своего уровня превратился в грязное и кровавое убийство ребенка.
— Дерьмово вышло, — буркнул Рус, запрыгивая канализацию и закрывая за собой проход.
Глава 21
— Ты прекрасно знал, кто мы такие, — глядя в глаза Русу, произнес Хорт. — Что ты еще хотел?
— Или по-твоему мы должны были отступить по-другому? — спросил Зиг. — Спокойно оставить в покое мальца и отступить? Подумаешь, глаза. Лекари и не такое отращивали? Так?
— Допустим так, — произнес Рус, глядя на двух братьев, которые оделись в официальные костюмы. — Я думал, вы приведете меня к сильному магу, а не к ребенку и…
— Мы убийцы, — мгновенно переменился в лице Зиг. — Мы профессиональные убийцы, на руках которых море крови. Мы похоже на устроителей тренировочных поединков? Или ты думаешь, что нас смущает убийство детей или женщин?
— Это политика, — вмешался Хорт, стаскивая с себя рубашку, под которой оказалась целая сеть из черных линий, повторяющих вены под кожей. — А в политике все средства хороши.
— Становиться беспринципным ублюдком, ссылаясь на политику? — хмыкнул Рус. — Это же не война. По сути мы просто зарезали ребенка в подворотне, как… как…
— Как убийцы, — кивнул Зиг. — А теперь нам надо уладить пару моментов, чтобы снять с себя подозрения.
— Думаете, никто не догадается, что это сделали вы? — мрачно поинтересовался Рус.
— Ты не в вольных баронствах, где можно вырезать рода по одним подозрениям, — отрезал Зиг. — Здесь есть закон и имперские дознаватели. Необходимые артефакты мы активировали. Сейчас там огромная мешанина, и слепков пространства не сделаешь. Никто нас не тронет. Надо лишь обозначить формальности, чтобы не оказаться крайними, как любили делать Жикье.
Зиг одернул длинный пиджак и кивнул на окно.
— Не рекомендую выходить из дома. Тебе пока лучше не показываться, чтобы не давать пищу для ума тем, кто ждет нашей ошибки.
Братья вышли, оставив Руса в небольшом доме в одиночестве. Парень вздохнул и оглянулся. Происходящее ему было не по душе, но ничего с этим он поделать не мог.
— Надо уходить, — задумчиво произнес он, глядя на окно, за которым начинался дождь. — Дерьмовая была идея.
Еще когда Рус переходил границу вместе с братьями, он почувствовал, что жизнь «не имперцев» или «пришлых», как его назвал офицер на границе, была непростой. Мало того, что его осмотрели с ног до головы, так еще и надели на ногу браслет, как на скотину, причем снять этот браслет стоило немалых усилий. Сложная вязь из рун и конструктов заставила повозиться. Сейчас же, придя Рус на границу без браслета, то его бы схватили как беглого раба.