Сейтек, внук Манаса. Книга вторая
Шрифт:
– А где он встретил Манаса?
– Он с матерью был среди тех людей племени сазаншон, которые переплыли на плотах озеро, уходя с острова Мангуба по указанию своего хана Макел-Малгуна, – начал рассказывать Сарыбай. – Они захватили город Данкан на берегу озера Жантак. Они за два дня перебили всех жителей и дальше решили разведать, где находятся другие города кангайцев. Он, Желмогуз, был в числе разведчиков сазаншонов. Разведчики встретились по пути с большим войском кыргызов, которое напало на них. Вот и он полагал, что среди кыргызов мог быть Манас.
– Соображение правильное, – заметил Темиркул. –
– Они не стали скрываться и сами вышли сражаться с целым войском, – усмехнулся Сарыбай. – Они еще не знали, что такое война.
– И чем же кончилась битва? – спросил Темиркул.
– Кыргызы одолели их, и они побежали назад в город, – ответил Сарыбай. – И срочно принялись устраивать оборону города.
– А что дальше было? – спросил Темиркул. – Мне стало очень интересно.
– Отец говорил, что войско кыргызов разделилось на две части, – продолжал Сарыбай. – Одна часть двинулась дальше к острову Мангуба, а другая осадила город, где оборонялись сазаншоны.
– Как же твой отец Желмогуз оказался в землях Желпиниш? – спросил Темиркул.
– Войско кыргызов поступило очень хитро, – продолжал рассказ Сарыбай. – Оно повернуло реку в город. Отец Желмогуз с матерью и несколькими друзьями скрылись в землях Тюп-Бейджин, откуда через десять лет он с товарищами бежал в земли Желпиниш к своему отцу.
– А кто был его отцом? – с удивлением спросил Темиркул.
– Его отца звали Жар Манас, – ответил Сарыбай. – Он был мужем ханши Кардыгач, повелительницы народа жаман.
– Ах, вот оно что, – обрадовался Темиркул. – Это он, твой отец Желмогуз, убил великанов Акдоо и Кекдоо, которые покушались на ханство народа жаман.
– Да это мой отец избавил ханство от разрушения, – сказал с гордостью Сарыбай. – Поэтому он завоевал уважение и почет среди народа жаман.
– Дальше все мы знаем, – сказал Темиркул. – Один из его товарищей был моим отцом.
– Да, они мечтали отомстить Манасу за Мангуба, за Данкан и за весь народ сазаншон, истребленный, как враг земли, – со скорбью сказал Сарыбай. – Но не смогли осуществить свои мечты.
– Из-за того, что умер Манас? – спросил Темиркул.
– Нет. Манас умер в том же году, как отец бежал в город Тюп-Бейджин, – ответил Сарыбай. – Они хотели отомстить потомкам Манаса, как только соберут необходимое войско.
– Да, они не могли быстро собрать войско, – согласился Темиркул.
– Ушло много времени, – сказал Сарыбай, – мы с тобой успели родиться и вырасти.
– Да, у них не было другой силы, кроме своих детей, – согласился Темиркул.
– Мы, сазаншоны, не могли быстро размножаться, – сказал Сарыбай. – От сазаншонов-мужчин и женщин из народа жаман произошли лишь такие сазаншоны, как те, кто служит в рядах нашего войска. Поэтому мой отец Желмогуз начал скрещивать кобелей с женщинами-жаманами и получил совершенно другой народ, итаалы, которые сегодня начали пополнять ряды нашего войска. Однако племена сазаншон и итаалы малочисленны. Нам еще размножаться и размножаться, чтобы овладеть всем миром. Поэтому нужно завоевать множество народов, чтобы продолжить дело моего отца.
– Молодцы родители, что определили путь в будущее нашему народу, – сказал Темиркул. – Может быть, нам нужно было сперва размножиться, прежде чем напасть
– Нельзя упускать время, – ответил Сарыбай. – Так же думал мой отец Желмогуз. Видишь, не дожил он до исполнения своей мечты.
– Я понял, что вы ныне в силе, – рассуждал Темиркул. – Со временем она может покинуть вас.
– Вот именно, – подтвердил Сарыбай. – А мой отец по незнанию дождался врага, пока ждал умножения своего народа.
– Как Семетей оказался в наших краях лет десять назад? – спросил Темиркул. – Об этом говорят слухи.
– Да, лет десять назад он вызвал на поединок моего отца в горах Жан-Журбес, – ответил Сарыбай.
– И как, Желмогуз ава, поехал хан на поединок?
– Да, поехал. Однако проиграл Семетею, – горько признался Сарыбай и спросил: – Помнишь то время, когда он приехал с гор Жан-Журбес?
– Да, он приехал еле живой, – ответил Темиркул.
– Он был ранен Семетеем, – продолжал Сарыбай. – Просил никому не говорить об этом, чтобы не сеять панику среди воинов.
– Мужественным был человеком, – восхитился Темиркул.
– Я тогда обшарил все горы Жан-Журбес, – сказал Сарыбай. – Но не нашел там Семетея.
– Для чего ты искал его?
– Чтобы отомстить за отца, – ответил Сарыбай. – Если Семетей и был в горах, то исчез к моему приезду.
– Когда уехал твой отец, мог уехать и Семетей, – предположил Темиркул.
– Видимо, так и было. – Сарыбай зевнул. – Давай отдохнем, Темиркул. Завтра продолжим поединок с Кюлчоро.
Темиркул простился с Сарыбаем и вышел из шатра. Он был уверен, что нет на свете таких богатырей, как Сарыбай. Он завтра обязательно победит кыргызского богатыря. Как там его зовут? Вроде, Кюлчоро…
Поединок между богатырями начался поздним утром. Сарыбай не торопился подъехать к месту, с которого поскачет на врага с копьем. Он пока наблюдал, как на скакуне Кулансуре подъезжает богатырь Кюлчоро к месту, откуда начнет поединок. Сарыбай почувствовал, что у него заколотилось сердце. Всегда начинало оно сильно колотиться, когда удача близка. Он сел на Желмаяна, который дернул его за рукав, будто сам торопился на поединок. Верблюжий ход, такой же, как у иноходцев, быстро доставил их на нужное место. Сарыбай приготовился принять удар копья Кюлчоро на свой круглый щит и самому ударить врага копьем в горло. Он смотрел на руку посредника, который должен был махнуть платком, чтобы начался поединок. Увидел, что рука посредника начала подниматься, и ударил ногами по бокам Желмаяна…
Верблюжий бег всегда превосходил стремительностью лошадиный галоп в начале состязаний. Сарыбай прекрасно знал это и надеялся первым ударить по горлу противника. Но он еще не ведал мастерства Кюлчоро в состязаниях эр сайыш на копьях. И на этот раз Кюлчоро, к великому сожалению Сарыбая, умело отбил острие, а его ответный удар пришелся на подставленный щит. Копье Кюлчоро согнулось дугой, заставив Кулансура вздыбиться от внезапной преграды – огромного и тяжелого Сарыбая. Несмотря на свой великанский рост Сарыбай действовал легко и ловко. Он разрубил топором древо копья Кюлчоро, который тоже поспешно схватился за рукоять своего топора. Скакуны обоих богатырей готовы были повиноваться хозяевам, подчиненные жажде растерзать друг друга…