Синеглазый дьявол
Шрифт:
– Даю вам слово. И еще я буду защищать вас от тех, кто захочет причинить вам вред.
– Например, от мистера Леннокса? – Он сжал челюсти.
– От Леннокса уж точно.
– Благодарю вас. – Она улыбнулась и продолжала более оживленно: – Сколько?
От ее делового тона Уильям закашлялся, настолько он контрастировал с тем, как страстно ее соски натягивали тонкую ткань платья.
– Сколько вы предполагаете?
– Сто долларов в неделю. Полагаю, в заведении миссис Смит вы постоянно тратите больше.
Если он будет
Он ответил, прислонясь к стене и напустив на себя непроницаемый вид:
– Понедельная плата меня не устраивает. Нужно время, чтобы научить вас всему, что мне нравится.
– Сколько времени?
На мгновение он прикрыл глаза и задумался. Каково самое короткое пребывание учащегося в Лайонсгейте?
– Три месяца.
Она и глазом не моргнула.
– Тысяча долларов.
Проклятие, она не стала упираться, услышав о сроке, который он потребовал. И он четко подвел итоги их сделки, чтобы получить ее полное согласие, перед тем как перейти к действиям.
– И за назначенную сумму, а также за мое покровительство вы будете жить под моей крышей, будете постоянно в моем распоряжении и научитесь, как меня ублажать наилучшим способом.
– Да, сзр. – Она глубоко втянула воздух, отчего синий ситец ее платья натянулся на груди. По спине у него пробежала дрожь. Его охватило такое возбуждение, словно он и не провел целую ночь в борделе.
Он окинул ее взглядом, и она не отвела глаз. Потом он долго смотрел в окно сквозь ставни и старался сообразить. Неужели он на самом деле согласится с ее просьбой? С другой стороны, может ли он отказаться? Ответ ясен: не может.
Вдали, где без умолку грохотали бочки, которые грузили на повозки, кто-то насвистывал.
– Хорошо, – выговорил наконец Уильям, и собственный голос показался ему излишне грубым. – Потребуется какое-то время, чтобы собрать такую большую сумму наличных. Где бы вы хотели подождать?
– Нет!
Он уставился на нее, заметив первую испуганную нотку в ее голосе. Неужели она физически боится Леннокса, а не только раздражена его навязчивостью?
– Я хочу сказать, что мы можем начать сейчас же, – промолвила Виола, запинаясь. – Я уверена, что вы можете заплатить мне эти деньги.
Их глаза встретились, и в Уильяме шевельнулась злость. Что с ней сделал подлый ублюдок? Может, угрожал? Его нужно повесить, пусть даже он самый ценный клиент его фирмы.
Уильям слегка поклонился.
– Благодарю вас за вашу уверенность во мне. Хорошо, мы начнем немедленно. – И дадим ей еще один шанс передумать.
Виола задрожала и покраснела, вид у нее просто восхитительный. Он улыбнулся, наслаждаясь предвкушением, охватившим его тело. Протянув к ней руки, он помог ей подняться, внимательно вглядываясь в ее глаза, ища в них
Уильям улыбнулся, поцеловал ей руку, довольный своей уверенностью. Он немного помедлил, чтобы вкусить ее сладкий, слегка пряный запах.
– Снимите шляпку, Виола.
– Да, сэр. – Она запуталась в завязках, но в конце концов шляпку сняла и отложила в сторону.
– Красивые волосы, – пробормотал он, заводя ей за ухо выбившийся локон.
Она заморгала и кивнула, явно ничего не понимая. Она все еще недоумевала, когда он провел пальцами по ее шее, по плечам и вниз по рукам. Кожа гладкая как шелк, а под ней – мягкое тепло. Сильные мускулы – результат работы на прииске Росса. Изящнее, чем сон.
Его любовница. На три месяца, его волшебная королева будет радоваться только ему. Наверное, довольно долгий срок.
Он поднес ее руки к губам и поцеловал, поглаживая ее пальцы.
– Доставьте мне удовольствие своими руками, Виола. – Ее имя он произнес протяжно. – Облегчите меня ртом, прежде чем мы выйдем во двор.
– Что? – пискнула она.
– Сделайте так, чтобы я кончил у вас во рту, Виола.
– Я не умею, – прошептала она.
Кровь его побежала быстрее от удивления, а потом от голода. Ей-богу, он будет первым, кто заполнит ее рот…
Она покраснела, составляя резкий контраст с ее совершенно белым воротничком, и смотрела на него.
«Легче, мальчуган, не испугай невинную леди». Он постарался говорить спокойно и придал лицу нежное выражение.
– Вот увидишь, золотце, все очень легко. Я научу тебя всему, что тебе нужно знать.
– Хорошо. – Она с трудом сглотнула, сердце с чудовищной быстротой билось у нее в горле. Он поцеловал ее дрожащие пальцы и, отпустив их, снова уселся на большой вертящийся стул.
– Можешь начать с того, что потрогаешь меня. Тебе придется меня раздеть, хотя бы частично.
– Конечно. – Она нерешительно подошла к нему, глаза у нее стали огромные. Неужели ее болван муж плохо с ней обращался? Конечно, нет: во время их переговоров она не казалась испуганной. Она не может быть нетронутой, слишком откровенно она торговалась, и совсем не похожа на пугливую девственницу. И потом, за пять лет супружеской жизни муж чему-то да научил ее.
Он вздрогнул, когда она легко коснулась его плеч, и закрыл глаза. Она замерла. Проклятие, она не знает даже, как нужно прикасаться к мужчине. Действительно, придется ею руководить.
Уильям глубоко втянул воздух один раз, другой, чтобы стряхнуть настойчивое побуждение тела и начать командовать.
– Расстегните на мне рубашку, Виола. Сначала – голая кожа груди к голой коже.
Она осторожно расстегнула фланелевую и мягкую белую нижнюю рубашки. Потом положила ладонь ему на грудь и слегка провела ею по волосам на груди. Потом аккуратно обвела пальцем вокруг соска, потом потерла его.