Смутное время. Наместник
Шрифт:
— Духи принимают вашу клятву и благословляют вас. — Сухо произнёс жрец и положил свою ладонь поверх ладоней новобрачных.
Фридрих и Милена кивнули жрецу и отправились на выход из зала, держась за руки. Выйдя в коридор, они не сразу отпустили друг друга, а Милена наконец произнесла:
— Даже не верится, что ты…
— Отказался от права наследования и решился взять тебя в жёны? — спросил Фридрих. — Да, сам себе не верю. А что скажешь по поводу официальной церемонии?
— Не сейчас. — Произнесла Милена, качнув головой. — К тому же нам придётся сочетаться в соответствиях с традициями,
— Сестру. — Поправил её Фридрих. — Боюсь матушка уже слишком стара чтобы участвовать в такой церемонии. Мы с тобой вполне можем дождаться, когда мне исполнится двадцать пять лет и просто отказаться от традиции, ограничившись только договорами в соответствии с традициями Империи.
— Только к тому времени… — задумчиво произнесла Милена. — Впрочем, неважно.
— Я обещал, что не буду принуждать. — Произнёс Фридрих. — Не очень мне хочется быть вызванным к твоему брату.
— Ты боишься Эшариона? — усмехнулась Милена.
— Разумно опасаюсь. Роберт недавно прислал послание, где его жёстко отчитал Наместник, пообещав оторвать руки тому, кто решится наложить их на твоё герцогство. — Произнёс принц Орнстейма.
— Да, я тоже получала сообщение от Эшариона… — протянула Милена. — Ты сегодня где спать будешь?
Фридрих даже несколько растерялся от вопроса и остановился, а имперская принцесса не останавливаясь двинулась дальше, тихо посмеиваясь…
Выслушав доклад и отпустив графа Ундела, старшего брата герцогини Лаймир, я просто сидел в кресле и смотрел на двери. Настроение у меня практически полностью отсутствовало, учитывая свежие сведения, а ведь мне предстоит сегодня ещё одна встреча, причём важная.
Герцогская семья Лаймир потеряла трёх наследников, если не считать виновника. Повезло самому младшему, который отбыл с матерью в причину своего малолетства в родовое поместье графов Ундел и присутствовал на похоронах деда, он и займёт место герцога в будущем, а вот остальным оставшимся на попечение нового герцога… Младших сестёр просто заперли в темнице, их Карст хотел подарить двум королям, а вот старшую из сестёр отдал на потеху своим ближним соратникам. Девушка не выдержала и просто повесилась на люстре в своих покоях, воспользовавшись шумихой пира.
Талия, посмотрев на меня, лишь тяжело вздохнула и посмотрела на часы, до ужина осталось лишь полчаса. Хлопнув ладонью по столу, я поднялся и подойдя к запертому сундуку открыл его и принялся доставать проекты, которые приходили мне в голову, какие-то из них нужно будет воплощать, а какие-то навсегда забыть.
Достав толстую книгу и вновь запечатав сундук, вернулся за стол.
— Что это у тебя? — спросила Талия, подойдя ко мне со спины и положив руки на шею, принялась медленно её разминать.
— Кодекс аристократов, — ответил я и непроизвольно дёрнул плечами от боли, — императорская семья помимо Закона Империи подчиняется ещё и семейному кодексу, а вот аристократы больше ничем не ограничены. Давно уже у меня созрела идея ввести его, но всё не находилось подходящего случая.
— Они будут против ограничений. Это всегда так.
— А я не собираюсь их больше спрашивать, не желают принять кодекс, где будут жёстко прописаны их права и обязанности, могут сразу же отказываться от своих титулов. Да, конечно, это вызовет немало проблем, но аристократия заигралась и заигралась конкретно.
— Это заметно. — Продолжила Талия массаж.
Девушка закончила и я, поблагодарив её, закончил с донесением тайной стражи, чтобы, когда ударил колокол, мы, собравшись, направились в обеденный зал на ужин. Войдя я нашёл взглядом прибывшую парочку, которая сидела напротив и демонстративно не обращала друг на друга внимания.
Устроившись во главе стола, я первым приступил к еде, прислушиваясь к тревожным мыслям рыцарей и мейстеров Ордена.
Большинство из них переживали за свои семьи, посланий от которых всё ещё не доставили императорской почтой. Список погибших я отправил в долину, и он уже должен был уже дойти, а что касается раненных из числа тех, кто не может полноценно продолжать свою службу, они вскоре тоже двинутся в обратный путь. Хотя, проще будет перебросить их порталом, их не так уж и много, рассказать они всё равно ничего не смогут. Только не стоит привлекать внимание резким исчезновением такого количества людей одномоментно.
Талия сидя неподалёку от меня ела неспешно, что я уже не раз за ней замечал, смакуя каждое блюдо, до которого ей удаётся добраться. Особенно забавно смотреть как она ест десерты, да и вообще сладкую выпечку. Поймав мой взгляд, она только насупилась, а я лишь незаметно улыбнулся и вздохнул.
Ужин между тем закончился, и я отправился обратно, по пути попросив пригласить ко мне прибывшую парочку, которая закончив с ужином уже успела уйти по своим делам. Открыв дверь в свой кабинет, я придержал дверь, пропуская Талию, которая даже сначала замешкалась с вопросом посмотрев на меня, но всё же вошла. Войдя следом, я, подойдя к своему рабочему столу, убрал некоторые бумаги, которые не должны видеть посторонние и достал необходимые в разговоре бумаги, которые частично уже были заполнены.
— Предстоит тяжёлый разговор? — спросила Талия, устроившись на диванчике, наблюдая как я магией передвигаю второе кресло к своему рабочему столу.
— Между кровниками невозможен разговор, — ответил я и вздохнул, — но, эти двое лучшие из возможных кандидатур.
Талия лишь кивнула мне, а я принялся терпеливо ожидать прибытия парочки, которые не спешили ко мне, идя в отдалении друг от друга. Наконец раздался стук в дверь и вошедший Валдис, пропустил гостей в мой кабинет, а после поклонился.
— Спасибо, Валдис. — Произнёс я. — Проходите и присаживайтесь, мои дорогие гости. Вы, наверное, задаёте себе вопрос, зачем же вы потребовались Наместнику Империи… Не так ли, Эрнест и Ханна?
— Прошу прощения, мой Наместник, но вы не озвучили наши рода, это граничит с оскорблением. Меня зовут Эрнест, пятый сын графа Нерка.
— Если у тебя есть только право на фамилию отца, то ты просто ничтожен. — Ответила Ханна. — Я пятая дочь в графской семье, мой Наместник.
— А тебя выдадут третьей женой, будешь только ноги раздвигать чтобы принять чей-нибудь член и высирать детей. — Не стерпел Эрнест.