Странники
Шрифт:
— Я не понимаю… что это значит? Вы поможете мне вылечить Роши? — спросила недоумевавшая Лили.
— И не только! — воскликнул Теодор, прекратив наконец заливаться хохотом. — И братца твоего вылечим и доставим вас в Сеонгджу!
— Э?! Но почему? — спросила растерявшаяся девочка кошка.
Теодор ухмыльнулся и начал расстегивать свою рубаху. Под ней оказалось неплохо накачанное тело и шрам проходящий от левого плеча до правого бока.
— Эту прелесть, в прошлом оставил мне твой батя. Я тогда чуть не помер, но он оставил
— П-понятно… спасибо вам огромное! — Лили встала из-за стола и низко поклонилась.
— Не нужно благодарностей. — сказал старый трактирщик и положил руку на голову девочки. — А теперь, займёмся распределением обязанностей. Детишки, вы тут справитесь без нас с Вероникой? — спросил он глядя на нас.
— Конечно! — уверенно заявил Шон, которому как-то удалось вырваться из хватки Вероники.
— Хорошо, тогда вы вчетвером остаётесь в Трейде и разбираетесь с Глазом. Я доставлю девчонку в Сеонгджу, а Вероника самурая в столицу. Всем все ясно?
— Да! — воскликнули мы разом.
Часть 3.
Просыпалась я рывками. Вроде бы начинаю открывать глаза, но в следующий миг снова проваливаюсь в пучины беспамятства.
Когда наконец пришла в себя, поняла, что лучше бы я этого не делала. Голова раскалывалась от невероятной боли, а во рту была пустыня похлеще, чем на центральных континентах.
— Так… что случилось… где я? — совсем уж хриплым голосом спросила я саму себя.
Ну, где, стало понятно когда я огляделась. Это была моя комната. Случилось у меня, судя по всему похмелье. Похоже мы вчера знатно набухались, раз я ничего вспомнить не могу.
Одежда обнаружилась везде кроме предписанного ей места. Причем одежда была не только моя. Уже понимая кого увижу, повернула голову налево.
Парень с рыжими волосами мирно пускал слюни в мою подушку, а его перегар перебивал мой собственный.
Перевернулась на левый бок и потрепала колючие волосы.
Через некоторое время Шон наконец открыл глаза. Посмотрел на меня. Перелёг на спину. Позалипал в потолок. Снова повернулся ко мне.
— У меня только одна просьба. — прохрипел он. — я желаю быстрой и безболезненной смерти.
— Хм? Ты о чем? — удивленно моргнула я.
— Н-ну, как бы, мы же это, того… — начал он лихорадочно пытаться донести до меня смущающую его информацию. Сама невинность. Хотя я точно такая же…
— Ты что-нибудь помнишь? — спросила я.
— Э? Эм, нет… — подумав немного выдал он.
— Я тоже, а раз ничего не помним, значит не было. Так что жить будешь.
Шон расширил глаза, да так что они стали похожи на блюдца.
— Богиня… — из его глаза потекла натуральная слеза. — кажется я влюбился…
— Так, отставить романтику. По крайней мере до тех пор пока с местной гопотой не разберемся… — тут уже я отвернулась, чувствуя что начинаю краснеть.
Мы с неохотой встали и начали одеваться, при этом стараясь не полететь на встречу с кажущимся таким далеким полом.
Спустившись на первый этаж мы обнаружили такую же картину, как и вчера, когда после боя с драконом вернулись в трактир. Уцелевшие вчера столы, лежали в разобранном виде везде где только можно и восстановлению не подлежали. Тела тоже были, только на этот раз целые.
Теодор с Вероникой обнаружились за стойкой в таком же виде, как и мы с Шоном недавно. Жак, к удивлению, обнаружился лежащим животом на одной из балок со свисающими вниз конечностями. Но больше всего притягивал взгляд Лейрон. Киборг, как он вчера назвал себя, сидел на единственном уцелевшем стуле с мордой-кирпичом, медленно потягивая какой-то напиток из чашки, которую периодически ставил на блюдце, удерживаемое левой рукой. Даже мизинец оттопырил.
— Доброе утро. — сказал он, взглянув на нас пустым взглядом. — Значит вы первые очнулись.
— Похоже на то. — ответила я. — ты помнишь что вчера было?
— Лучше! У меня есть рисунок к…, то есть запись вчерашней… вечеринки. — проговорил Рон.
— Показывай.
— А может не стоит… — вклинился Шон.
— Стоит. — твердо сказала я. — заводи шарманку.
Киборг вместе со стулом развернулся к одной из стен и из его глаз начал литься свет, который падая на стену стал полноценным изображением.
Сначала всё было нормально, мы решили немного накатить и Теодор притащил несколько бутылок крепкого вина. Через некоторое время плюнув на вино, Теодор достал откуда-то из-за стойки несколько бутылок с белой жидкостью. И понеслась. Вылакав половину содержимого, я начала горланить песни которые знать не знала, а Шон с Жаком полезли на Веронику и Теодора с кулаками.
Жак улетел от первой же оплеухи Вероники, на ту самую балку где лежал сейчас. Шон увидев это, капитулировал. А потом подошёл ко мне и засосал, а я в ответ обхватила его руками и ногами.
А потом… потом случилось странное… Одна из бутылок, слетела с полки и приземлившись в центр стола, начала говорить. Причем на этикетке появилась улыбающаяся рожица.
— Приветствую вас смертные! Я Моана Забутыльская! Или проще Моэ бутылка! Последователь великого и могучего бога пьянок и вечеринок, Виктора! Сегодня ни кто не уйдёт трезвым! — пропищала она довольно милым голосом и на этом запись закончилась.
— А дальше что? — спросила я, пытаясь осознать все то, что только что увидела.
— Дальше эта бутылка подлетела ко мне, вставила в рот горлышко и дальше не помню. — сказал Лейрон повернувшись обратно к нам. — Не знаю что за Моэ бутылка, но она смогла набухать даже меня, с моим то телом.
Киборг указал пальцем в свою чашку и из него полилась прозрачная шипящая жидкость. Наполнив чашку он протянул её мне. Я выпила её.
— Кааайф… что это? — спросила я, протягивая чашку за ещё одной порцией.