Суть Времени 2013 № 21 (27 марта 2013)
Шрифт:
Но вернемся к Чавесу. Венесуэльский лидер строил свою политику на двух важнейших явлениях народно-освободительной борьбы в Латинской Америке. Это война за независимость (во главе с Симоном Боливаром) и теология освобождения. Раз уж мы начали разговор с теологии освобождения, то продолжим его, сказав об основных положениях доктрины и о том, как их воплощал Чавес.
Теология освобождения начала зарождаться в Латинской Америке в середине 60-х годов ХХ века. Созданный в 1955 году в Бразилии Латиноамериканский епископальный совет старался повлиять на Второй Ватиканский собор (1962–1965 гг.) с целью сделать политику церкви более социально-ориентированной. Примерно в это же время возникает такое явление, как священники, «пошедшие в народ». Это были главным образом члены ордена
Приверженцы теологии освобождения заявили, что настоящий грех — это угнетение, эксплуатация и бедность. Преодолеть греховность можно только в процессе социального и духовного освобождения человека. Причем социальное освобождение тут играет не менее важную роль, чем духовное, так как именно от социального освобождения во многом зависит и духовное освобождение.
В качестве примера можно привести слова венесуэльской женщины, сказанные российскому журналисту, бравшему в Каракасе интервью у тех, кто пришел попрощаться с Чавесом. «При Чавесе я смогла получить образование и теперь работаю в городской администрации. А раньше я могла работать только горничной или няней». Чтобы понять, насколько для таких женщин было важно получить образование и работать в городской администрации, а не «на нижнем этаже» сферы услуг, надо привести еще ряд принципов теологии освобождения.
Капитализм, как уже говорилось, был объявлен «теологами освобождения» антихристианским строем, а создание более совершенного строя — задачей каждого, так как «…вера без дел мертва». По этой доктрине, работа на благо общества — это богоугодное дело, поскольку она нацелена на то, чтобы исправить социальный строй, построить справедливое государство и, в пределе, — некое подобие Божьего царства на Земле.
Огромное значение для теологов освобождения приобретает история. История — это процесс спасения человека через освобождение. Путь к освобождению лежит через постоянную политическую борьбу. Сначала это борьба за социально-экономическое освобождение, потом за освобождение скрытого в человеке творческого потенциала и создание «нового человека». Густаво Гутьеррес: «Работая, преобразуя мир, порывая с порабощением, строя новое справедливое общество, выполняя свое назначение в истории, человек создает самого себя».
Одной из основных задач, вставших перед Уго Чавесом после прихода к власти, стал вывод жителей страны из нищеты. Нищета означает не только полуголодное существование, но и отсутствие возможности получить образование, а значит — отчуждение от социальной и политической жизни, отсутствие возможности повлиять на свою судьбу, судьбу близких, судьбу своей страны. И в конечном счете, отсутствие возможности стать полноценным человеком.
Для теологов освобождения полноценный человек — это тот, кто может спасти душу, а спасение души завершается на небесах, но начинается в земной жизни со сражения за справедливое устройство общества. Таким образом, сражение за земную справедливость — это еще и борьба за спасение души. А как может бороться, освобождаться и, в конечном итоге, спасаться человек, полностью «задушенный» капитализмом? Человек, все время которого уходит на поиски пропитания? Человек, для которого закрыты возможности получать знания, образование, профессию? Человек, превращенный капитализмом в недочеловека?
Какую страну принял Чавес, став в 1998 году президентом?
По официальной статистике, из 23 миллионов жителей страны 85% принадлежали к числу бедных или находились за чертой бедности. Безработица колебалась от 12 до 24%. 1,2 млн детей в возрасте от 5 до 17 лет не посещали школу.
Первоочередной задачей Чавеса стали меры, направленные на помощь самым обездоленным. В сентябре 1999 года был создан Единый социальный фонд, средства которого были использованы для строительства школ и медицинских учреждений для малоимущих. Был открыт Народный банк, предоставлявший льготные кредиты на покупку жилья малообеспеченным семьям и оказывающий помощь одиноким матерям.
В декабре 1999 года в Венесуэле на всенародном референдуме была одобрена новая Конституция. Страна получила название Боливарианская Республика Венесуэла. В конституцию вошел запрет на приватизацию государственной нефтяной компании PDVSA. В качестве основных прав человека — кроме обычных буржуазных прав вроде свободы слова — в Конституцию было добавлено право на трудоустройство, право на обеспечение жилплощадью и право на бесплатную медицину. Рабочая неделя сокращалась с 48 до 44 часов.
За годы своего президентства Чавес реализовал ряд крупнейших социальных программ. Так, при помощи кубинских врачей в Венесуэле была развернута программа медпомощи бедным слоям населения. Еще раз вернемся к опросам, проведенным в Каракасе в день похорон Чавеса: «У сына нашли болезнь сердца, нужна была операция стоимостью в миллионы боливаров. До Чавеса я бы никогда не накопила столько денег. Да и при нем не накопила — просто правительство оплатило его лечение». Чавес «на политическом уровне ввел понятие «человек с ограниченными возможностями». Раньше такого словосочетания в нашем законодательстве не существовало. А теперь мы можем устраиваться на работу, получать образование. Кроме того, власти выяснили адреса всех квартир, где живут «колясочники», и создали там условия для выхода на улицу…».
Осуществленная в Венесуэле программа по ликвидации неграмотности, разработанная с помощью кубинских специалистов, получила высокую оценку ЮНЕСКО.
В 2001 году была принята программа, направленная на освоение заброшенных земель. Около 5 миллионов гектаров были национализированы и переданы безземельным крестьянам и скотоводам. Кроме того, правительство передало в собственность жителям участки земли, захваченные ими незаконно, но уже используемые долгое время. В результате этой амнистии землевладельцами стали около миллиона человек.
В 2007 году Чавес заявил о том, что целью правительства является справедливое распределение доходов от использования внутренних богатств, и в стране началась национализация крупнейших секторов экономики. Законодательная база национализации была заложена в Конституции. Активы были выкуплены у владельцев по цене, признанной большей частью финансовых аналитиков рыночной. В частности, правительство выкупило доли в предприятиях нефтедобывающей, металлургической, цементной промышленности, в сфере коммуникаций и финансов.
В итоге деятельности Чавеса количество венесуэльцев, живущих за чертой бедности, по данным Всемирного банка, сократилось с 62,1% в 2003 году до 31,9% в 2011 году. В 2003 году детская смертность составляла 17 случаев на тысячу новорожденных, а в 2011 году — 12,9. Количество безработных в 2003 году составило 16,8%, а в 2009 году — 7,6%. По данным ЮНЕСКО, в 2001 году в Венесуэле было 7% неграмотных людей, в 2007 году количество неграмотных сократилось до 4,8%.
Таким образом, при Чавесе был сделан огромный прорыв в решении задач борьбы с бедностью и неграмотностью. Но по доктрине теологии освобождения, мало получить грамотного человека. Это только полдела. Его надо вовлечь в политическую жизнь, так как активная политическая работа, направленная на построение справедливого общества, — одна из основных задач, составляющих смысл человеческой жизни. Полноценный человек обязан быть гражданином.
Одной из главных причин для беспокойства не только местных олигархов, но и «мировой общественности», стал новый принцип управления, активно внедряемый Чавесом. В 2001 году президент призвал повсеместно создавать боливарианские кружки. Эти кружки стали органами низовой власти, подобно кубинским комитетам защиты революции. Их главной задачей стало следить за проведением в жизнь директив, исходящих от правительства. Чавес: «Не ждите завтрашнего дня. Призовите своих соседей. Призовите своих друзей. Организуйте кружки и ищите пути приведения в порядок ваших улиц, способы содействия правительству, отстаивания своих прав».