Суть времени. Том 1
Шрифт:
Читаем дальше: «Чтобы российские ученые и граждане могли их изучать и публиковать. Чтобы, в частности, можно было писать такие учебники по истории страны, которые были бы свободны от многих прежних мифологем. Потому что пока они очень даже живы».
Все великолепно. Но вы не чувствуете одну потрясающую «запятую» во всем этом деле? Архивы-то еще не открыты, российские историки всего этого еще не написали. Мы, значит, еще к истине даже не приблизились, но уже осудили одних и стали восхвалять других. Это ли не выявление глубочайшей немодернизированности сознания господина Караганова? То, что он называет «советским мышлением», это он сам. Господин Караганов борется со
Потому что, я повторяю, еще архивы не открыты. После открытия архивов нужно 10 лет на то, чтобы серьезные ученые пришли к какому-то заключению. Это будет борьба разных школ. Еще через 10 лет мы получим новое качество знаний. Тогда сможем высказать суждения, которые никогда не сойдутся в единую точку. Но, пока этих суждений нет и даже новые данные еще из архивов не извлечены, откуда нам знать, что есть истина и что есть заблуждение?
Значит, это не модернизированный акт гносеологического характера, в основе которого и лежит поиск истины на основе определенных процедур и определенной последовательности суждений. Это акт теологического характера. Это «охота на ведьм». Когда ты заранее, еще не открыв архивы, уже точно знаешь, какую оценку следует дать содержимому этих архивов. Потом ты открываешь архивы и позволяешь «ученым обезьянам» копаться в бумагах.
Но уже до этого ты вынес все вердикты: что первично и что вторично для «модернизированного» сознания, которое, если мне не изменяет память (я внимательно читал Вебера), является сознанием рациональным — сначала факты, потом исследования, потом оценки, потом суждения. Нет, сначала суждения, а потом исследования! Может быть, до конца доведем эту логику? Вначале «революционные тройки» расстреляют, а потом задним числом выяснится, что «ошибочка вышла», что «исследования» показывают другое.
«Мифологемы», конечно, «очень живы»… Одно сознание Караганова свободно от них, а также от пережитков тоталитаризма.
«Отсюда и еще одно предложение — нужен закон, согласно которому чиновники, которые публично отрицают или вообще оправдывают преступления, совершенные в годы тоталитаризма, находиться на госслужбе не могут».
Это же и есть ключевая вещь в десталинизации! Возникает запрет на историческую оценку. «Неправильная» историческая оценка несовместима с госслужбой. Но в чем «прелесть» подобных, геббельсовских вполне, процедур? Чиновники всех уровней не могут выражать позитивную оценку советского прошлого… А кто такие чиновники всех уровней? Это все, кто находится в бюджетной сфере, то есть учителя и все прочие.
Это абсолютно тоталитарная процедура. Но продолжим эту логику. Есть, предположим, Коммунистическая партия — незапрещенная, входящая в Думу и занимающаяся общественно-политической деятельностью. Предположим, что эта партия, при определенном развитии событий, войдет в коалицию и сформирует правительство. Что, члены этой партии будут говорить одно на партийных собраниях и другое в качестве государственных чиновников? Но тогда их довольно быстро уберут из партии и они перестанут быть парламентариями. Кроме того, у них, наверное, все-таки есть какие-то убеждения. Значит, они не могут стать чиновниками? То есть парламент не может формировать правительство? А кто его должен формировать?
И, наконец, ясно же, что кончится это запретом всех тех партий, которые хвалебно или объективно (как
«И, конечно, важную роль играют памятники. Необходимо в обеих российских столицах создать мемориалы всем жертвам политических репрессий, которые были в нашей стране. Мемориалы должны быть и в местах тысяч пока не найденных захоронений, и в городах и селах, из которых наших людей увозили на каторгу и на смерть.
И, наконец, настала пора решать вопрос с мавзолеем Ленина на Красной площади. Но не просто так, для того чтобы только вынести оттуда его тело. Предварять это безусловно необходимое решение должна большая работа».
Ну, сносите памятники. Но мы, граждане, имеем право скинуться, их построить?! — Нет.
То есть вы наши памятники сносить можете, а мы ни ваши снести не можем, ни свои построить? А почему?
Потому что мы не равноправные граждане. Гражданское неравноправие и есть основа тоталитаризма. Если господин Караганов может снести памятник, который я поставил, а я не могу снести памятник, который поставил господин Караганов, то не только о национальном примирении, но и о национальном равноправии речи быть не может. Часть общества — это изгои, чьи памятники будут сносить. Но это же только начать…
Сначала сносят памятники. Потом оскорбляют ценности. Потом люди начинают возмущаться, а их начинают подавлять. Потом они переводят все эти ценности в личную жизнь, и тогда в нее вторгается полиция. Ну, так и строится тоталитаризм. Повторяю, ничего не стоит просто чихнуть и построить антисоветский тоталитаризм с «пятиминутками» ненависти или «десятиминутками» ненависти. И просто видно, как Караганов к этому рвется. Но он же все это говорит не как частное лицо. Это говорит член Совета по гражданскому обществу и правам человека при президенте. Он же не в курилке это обсуждает. Он статью пишет. Эту статью читают. В выборный год. Это, вообще, акт безумия или акт провокации? Или акт того и другого?
«Сейчас все за себя, общество фрагментировано. Элита во многом презрительно относится к массам. Массы народа — к элитам. При этом народу и элите после последних ста лет себя почти не за что уважать».
Если «народу и элите после последних ста лет себя почти не за что уважать», то это конец — народа нет и элиты нет. Есть сообщество хамов, которым не за что себя уважать. Вы уж договаривайте, господин Караганов. Не только себя, но и своих отцов и дедов. Мы должны перестать уважать свои семьи. А не пошли бы Вы лучше куда подальше с Вашими сентенциями в духе Оруэлла?!
«Единственное, чем можно по-настоящему гордиться, — Великая Отечественная война. Но ее объединительный потенциал со временем истощается».
Как только, господин Караганов, будет осуществлено 10 процентов того, о чем Вы здесь уже понаписали, ни о какой Великой Отечественной войне речи не будет. Никто ею восхищаться не будет. Невозможно изучать Жукова и проклинать Сталина, потому что Жуков хвалит Сталина, и т. д. А значит, речь пойдет о том, что сначала будут уравнены (и вы это уже делаете) коммунизм с фашизмом, а потом «окажется», что коммунизм хуже фашизма. И как-то так случайно, незаметно вы реабилитируете нацизм. Не коммунизм осудите, а нацизм реабилитируете. И к этому уже идет. Мы внимательно следим, как это происходит. Продвинутые немцы говорят по этому поводу: «Нам надоело столько лет быть крайними, побудьте теперь вы, пожалуйста».