Тайна конспирации в криминальном городе
Шрифт:
– Во время пыток?
– Нет. Скорее всего в детстве.
– Ну это немного говорит нам о личности убитого. Значит он либо мусульманин, либо еврей – иудаист?
– Похоже на то.
– Лицо узнать возможно?
– Ну, надо его отмыть, лицо преступник особо не трогал. Только тело и затылок. Также пришлю отпечатки пальцев.
– Отлично. Хорошо, когда тебя понимают с полуслова! И общие характеристики тоже – вес, рост и т.д.
Результаты вскрытия значительно снизили поиск нужного заявления о пропаже людей. Честнейшин выяснил, что вечером, за день до обнаружения трупа за остановкой, поступило заявление
– Поймите меня правильно, есть некоторые формальные вопросы, которые я должен задать для отчёта…
– Да конечно, задавайте.
– По поводу наследства…
– Я никогда не задумывалась о наследстве, а так как я только сегодня узнала о гибели мужа, то и сама не знаю есть ли у него какое-нибудь завещание. Квартира, в которой мы живём, принадлежит ему. Но теперь я не знаю, кому она будет принадлежать – мне или детям? Если детям, то рано или поздно, они всё равно унаследуют.
– А сколько самому старшему из них?
– Десять лет.
Проверка показала, что вся семья Магомедовых находилась на попечении отца семейства. Большого состояния, на которое можно было бы жить, не было. Поэтому смерть мужа гражданке Магомедовой была не выгодной. Не то, чтобы следователь не поверил словам убитой горем вдовы, но как опытный следователь, майор привык отсекать ложные версии, полагаясь скорее на логику, чем на интуицию. Хотя интуиция его тоже никогда не подводила. Просто логике он больше доверял.
Пока Честнейшин подъезжал к той самой мечети, он осматривал окружающий вид.
"Где-то здесь, по дороге от мечети к дому на Магомедова и напали. – воссоздавал картину преступления в своём уме Честнейшин. – А места-то подходящие… Много кустов, уличного освещения нет. Значит, остаются две версии – либо в городе объявился маньяк, либо орудует спящая террористическая ячейка. Первое, либо второе… Обе версии страшные для жителей города, но других вариантов я не вижу".
Автомобиль майора въехал на территорию мечети. Ему повезло, молитва только что была закончена. Несмотря на большое помещение мечети, народа оттуда после молитвы вышло не много. После них вышел мужчина средних лет, с небольшой бородой, в зелёном одеянии с разными узорами на восточную тематику. Честнейшин решил, что это видимо лицо, проводившее службу на предыдущей молитве. Он подошёл к нему и представился:
– Здравствуйте, я следователь по уголовным преступлениям, майор
– Ассаляму алейкум.
– А что это означает?
– Это традиционное приветствие у мусульман, пожелание мира.
– Я так понимаю, что вы проводите здесь молитвы?
– Да. Раньше мы с хазрат Али, и ещё одним братом менялись посменно. Один день я провожу намаз, в другой день – он…
– Намаз?
– Да, это и есть молитва.
– Можете что-нибудь рассказать о погибшем?
– Да конечно, пойдёмте в тепло, я расскажу вам всё что знаю.
На территории мечети стояло ещё одно здание, отличное от того места, где проводят молитвы. В этой отдельной пристройке была столовая, где они со следователем и разместились. Имам оказался гостеприимным человеком и налил следователю чай. Поблагодарив за чай, Чейстнейшин начал беседу.
– Вы сказали "ещё один брат". Вы приходились покойному Али родственниками?
– Нет, брат по вере. Родственниками мы не являлись.
– У вас всегда одинаковое количество прихожан?
– Нет, это вы на Джума-намазе не были. Там столько приходит народа, что мечеть не всех вмещает.
– Я не особо знаком с вашей религией, поэтому заранее извиняюсь за глупые вопросы. А что такое Джума-намаз?
– Это полуденная пятничная молитва, которая отличается от прочих намазов тем, что на ней имам разъясняет какую-то определённую тему в исламе.
– Расскажите пожалуйста, в субботу вы были здесь?
– Да. В эту субботу я был здесь, но намаз проводил хазрат Али. А почему расследует кто-то по уголовным преступлениям? О, Аллах, на него что, напали?
– Мы должны проверить все обстоятельства и версии, если человек умирает не под наблюдением врача. Значит он был с утра до вечера? Было ли что-то необычное в тот день?
– Да, он был с раннего утра, проводил Фаджр, все остальные намазы до Магриба. Иша-намаз тоже должен был он проводить, но в мечети он больше не появился. Вместо него прибежала его взволнованная жена, сказала что хазрат Али куда-то пропал. Я предложил позвонить в полицию и она это сделала.
– А те слова, что вы сказали, это название молитв?
– Да, они отличаются друг от друга по времени.
– А сколько же всего молитв в день?
– Каждый мусульманин обязан соблюдать по 5 обязательных намазов в день.
– Серьёзно? Али пропал после вечерней молитвы "Магриб", а во сколько она начинается и заканчивается?
– Всегда по-разному. Это зависит от солнца. В тот день начало было в 18:41. А закончился примерно в 7 вечера. Не могу сказать точнее, так как я не смотрел на часы. Главное, вовремя начать. Кроме исчезновения Али, необычного в тот день ничего не было.
– Понятно. А днём ранее – в пятницу?
– Все намазы, кроме Джума – проводил я. Али проводил Джума. Тогда, как обычно, было много народа. Вроде, всё как всегда… А что вас конкретно интересует?
– Если б я знал. Просто пытаюсь воссоздать цепь событий. Вдруг что-то окажется важной зацепкой… Я ведь должен с чего-то начать. Может были какие-нибудь необычные люди в последнее время?
– Вообще-то ходит одна компания подозрительных личностей. Приходят только на Джума, держатся обособленно. Иногда перешёптываются между собой. Это и есть, на мой взгляд – подозрительное в этой компании.