Веселенькое путешествие (фарс положений)
Шрифт:
Сильно портила впечатление пасмурная погода - отсутствие электричества лишало все картины красок, отчего они все были серые и одинаковые. Делегация смотрела на них уже с откровенным равнодушием, а голос Экскурсовода усыплял, невзирая на все ее усилия приукрасить действительность.
Переводчица же продолжала обмеривать периметр зала и испытывала тихую ненависть ко всей вселенной.
И за окнами, и в помещении было сумрачно.
К тому моменту, когда все картины были осмотрены и получили комментарий, голос у Экскурсовода совсем ослаб и звучал пискляво, но она не могла остановиться, хотя очень желала этого.
Мелкое происшествие плавно перешло в разряд крупных неприятностей.
Специалисты бились над новейшей системой безопасности и ничего не могли поделать. Все инструкции к ней были на любом европейском языке, кроме русского. Они нашли текст, написанный по-украински, и в общих чертах поняли, в чем дело, однако именно там, где описан алгоритм действий, они не поняли ни единого слова.
Пришлось тратить драгоценное время на поиски толмача.
Кто-то вспомнил, что в городе есть некий институт переводов - и тут же поступил приказ доставить оттуда специалиста. Отправились и очень озадачились, потому что заведение с громким названием "институт" располагалось в подвальном помещении жилого дома и состояло из трех человек - начальника, специалиста и секретаря. Специалист была напугана размахом мероприятий и поначалу отказывалась ехать с людьми в форме.
Пока шли убеждения и препирательства, люди в форме удивились, сколько народу нуждается в услугах этой "подвальной" организации - документы времен существования Советского Союза все чиновники требовали официально переводить на русский язык и даже заверять переводы у нотариуса. Прейскурант также имел место, но необходимость оформлять бумаги легально гнала народ сюда, как послушное стадо, и "институт" как сыр в масле катался.
Однако уже на подступах к галерее выяснилось, что переводом документов в "институте" занималась не языковед, а бухгалтер без лингвистического образования. Она с ошибками писала даже по-русски, зато формы всех документов знала назубок, что позволяло ей штамповать переводы сплошным потоком, лишь вставляя имена клиентов. А если был нужен настоящий перевод, его делали сами клиенты - уж они-то знали языки, на которых бумаги были составлены.
Правда, сумму вознаграждения "институту" это отнюдь не уменьшало.
Люди в форме подивились ловкости сотрудников "института", но и встали в тупик без инструкции. Прошло довольно много времени, прежде чем директор галереи решился на авантюру и позволил спасателям действовать на свой страх и риск и взламывать систему безопасности, раз она не хочет подчиняться.
– Она стоит бешеных денег!
– стонал директор.
– Какая теперь разница?
– ответили спасатели.
– Вы же видите, что произошло!
– Но деньги-то бюджетные!
– Ну и что? Оставить все как есть? Пусть люди там умирают от голода?
Директор галереи вдруг вспомнил о скором приезде Президента и испуганно отступил, хотя ему было очень жаль вложенных в мероприятие денег.
– Нет, нет, конечно, людей надо освободить!
– Тогда не мешайте нам.
Но он не в состоянии был оставить без своего контроля процесс взлома, поэтому маячил за спинами спасателей, всплескивал руками и бормотал всякую чепуху.
– Только в рекламе говорилось,
– Против лома нет приема.
Директор затрепетал:
– Я вас умоляю! Может, существуют какие-нибудь другие приемы?
– Может, и существуют, но у нас нет времени их пробовать.
– Система очень хрупкая! Она дорогая и капризная! Неужели ничего больше нельзя сделать? Если она сломается, галерея надолго останется совсем без сигнализации! Ведь когда будет очередное денежное поступление, неизвестно!
Над ним сжалились и пообещали:
– Мы постараемся ничего не повредить.
Однако он не ушел и продолжал путаться у них под ногами, а иногда пытался помешать, когда ему казалось, что спасатели действуют излишне грубо. Его отодвигали в сторону, он ненадолго утихал, а потом снова стонал от ужаса и пытался остановить насилие - каждый раз безуспешно.
Начинала взлом большая группа парней из службы спасения, и они долго деликатничали с непослушной системой безопасности, которая к их усилиям оставалась равнодушной и не поддавалась ни на какие провокации.
Через некоторое время возле панели управления остались лишь самые стойкие и опытные, прочие же стали ругаться, плеваться, нервничать и отошли в сторону. Директор галереи заискивающе смотрел им в глаза и не видел в них ничего хорошего. А уж те, которые остались у панели, и вовсе обозлились на "импортные штучки" и готовы были в буквальном смысле применить лом.
Они устали терять время на вежливое обхождение. Директор галереи слышал, как они рявкают на панель и на собственные инструменты, и не смел даже пикнуть, хотя он и не сомневался в том, что система безопасности доживает свои последние часы и минуты.
Когда уже и эти стойкие ребята начали выходить из себя, внутри нежной "штучки" сработал какой-то неведомый механизм. В полной тишине звякнули автоматические замки, решетки вновь заскрежетали и освободили окна и двери.
Казалось, стало легче дышать.
Так же автоматически включилось электричество. Спасатели взяли медицинские чемоданчики и отравились проверять помещения галереи на наличие пострадавших. Мастер по электропроводке намеревался осмотреть панель управления, но Директор галереи очень испугался, что система снова придет в невменяемое состояние, и загородил панель своим телом, как амбразуру. На лице у него было умоляющее выражение, даже слезы выступили на глазах. Удивленный электрик отступил, а Директор просчитывал, насколько дешевле ему обойдутся услуги Петровича, чем сотрудника фирмы, занимающейся этим бизнесом и дающей кое-какие гарантии. По мнению Директора галереи, инцидент будет исчерпан, когда все ее помещения опустеют, а уж тогда он сам разберется, что делать дальше.
Переводчица порядком напугала бригаду спасателей: она от радости бросалась на шею каждому из них по очереди и даже чмокала в щеку, но не всех, а только самых симпатичных.
Экскурсовод стояла, прислонившись спиной к стене, и с полузакрытыми глазами бормотала сопроводительный текст к картинам - она была на грани потери сознания.
Делегация иностранных гостей сбилась в кучку в центре зала и с недоверием разглядывала вторгшуюся сюда бригаду, не зная, чего ожидать от незнакомцев, раз уж все они брошены на произвол судьбы и не могут контролировать события.