Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Владимир Путин. Полковник, ставший капитаном
Шрифт:

– Кавказ дестабилизирован полностью, начинается Большая Кавказская война, по сравнению с которой все предшествующие покажутся мультфильмами;

– достигнув естественной морской границы, террористическое государство, умеющее производить только страх, но требу-ющее денег и рабочей силы для своей «жизнедеятельности», поворачивается на север и начинает экспансию в глубь России.

В этих построениях нет ничего надуманного или преувеличенного – в самом деле, иначе себя вести подобное государство просто не в состоянии. Знаменитый пиратский остров Тортуга тоже в свое время ничего не производил и производить не мог по определению – потому что «республика» была обиталищем пиратов, а значит,

базой для кораблей, местом для развлечений и рынком по продаже добычи.

Так и в нашем случае. Не только России, но и всем прилега-ющим государствам, начиная с Турции, мало не показалось бы – или кто-то полагает, что террористы стали бы испытывать некую «благодарность» и щадить «единоверцев»? Полноте, мы взрослые люди… Кончилось бы все тем, что «независимую Ичкерию», вероятнее всего, бомбили бы эскадрильи НАТО, подобно Афганистану, а в тамошних горах увязли бы в борьбе с «борцами за свободу» уже натовские войска…

Будущее России при таком варианте представляется столь черным (потому что натовцы наверняка собрались бы с духом слишком поздно, у них тоже хватает «общечеловеков»), что даже не тянет выдвигать версии и строить варианты. Был выбор между страшным и очень страшным, Путин его сделал, что тут еще можно сказать? Понять и поддержать, а как же иначе…

Третьяков еще до меня выразил все гораздо более отточенно: «Президент многое может. Не может он только одного – очевидно и определенно предать интересы своей страны, своей нации. Тем более – путем передачи власти над страной террористам. Президент может быть хуже или лучше, глупее или умнее, трусливее или смелее. Но даже самый плохой, глупый или трусливый президент, если он президент, не мог поступить иначе, чем президент Путин».

Ничего не могу с собой поделать. Третьяков писал столь толковые и полностью совпадающие с моим мнением вещи, что я готов цитировать его от рассвета и до заката…

«Мерзость даже той моральной, а в конечном итоге и политической поддержки, которую своими словами и предложениями оказывали террористам, захватившим их сограждан, некоторые представители так называемой интеллигенции, некоторые, как их называют и как они сами любят себя называть, кумиры народа. Речь не о тех, у кого в заложниках оказались родственники, – естественно-биологический инстинкт не позволял им действовать иначе, хотя и не все их высказывания стоило бы демонстрировать отечественным СМИ. Речь о других – постоянных комментаторах всего, в чем они никогда не разбирались, чьи рассуждения в эти трагические дни были не просто бредом безответственных профанов, а кое-чем более опасным. Мне уже приходилось произносить эти жесткие слова, но они стоят того, чтобы их повторить: верхушка интеллигенции предает первой. Возможно, это закон жизни русской (или всякой иной) интеллигенции.

Когда «простой» народ в минуту смертельной опасности инстинктивно смыкается вокруг родины, вокруг нации, вокруг ее лидера, когда чиновники и функционеры, совершая ошибки, но хотя бы выполняя свои обязанности, действуют в интересах нации, верхушка интеллигенции, первой оказываясь у микрофона и телекамеры, изрыгает аргументы, позволяющие оправдать предательство. Предательство ею народа, который она якобы любит, и предательство ею власти, с руки которой она кормится – деньгами, званиями, наградами, собственностью, – власти, которую в застойные времена она обожает конечно же меньше, чем себя, но все-таки гораздо больше, чем кого-либо иного в этом мире».

Даже ваш покорный слуга, застарелый ненавистник нашей гнилой интеллигенции, порой высказывался помягче, но Третьяков прав: накипело… «Норд-Ост», помимо прочего, послужил еще и тем испытанием, на котором слишком многие показали себя насквозь , словно фигуры из хрусталя.

Дополняя вышесказанное, могу сказать, что в те дни мне пришлось сталкиваться и с качественно другими

мнениями наших интеллигентов. С противоположным знаком, так сказать, – но столь же тупыми и людоедскими. Вполне вменяемые люди, отягощенные дипломами с кое-какими учеными степенями (но вот ни умом, ни добротой, безусловно, не обремененные), в моем присутствии (как человека, Чечню видевшего своими глазами) со спокойными лицами, даже не повышая голоса и не брызгая слюной, высказывались в том смысле, что чеченцев нужно «уничтожить». Всех поголовно. Всех до единого. Вместе с детьми и стариками. Это, мол, «единственный рецепт».

Вот только что характерно: ни один из них, поганцев, сам своими руками выполнять эту жуткую программу ни в коем случае не собирался. Бормоталось что-то про то, что «есть же армия», «есть же спецназы», «есть же внутренние войска» – пусть они, мол, и займутся…

Честное слово, я ничего не выдумываю. Я и в самом деле видел этих людей, вполне вменяемых, и слышал такие речи: боже упаси, сами они ни на что такое не способны, они в жизни не держали в руках оружия, они совершенно не умеют стрелять, а уж тем более резать остро отточенным десантным кинжалом мягкую человеческую глотку, – но есть же армия, есть люди в погонах, вот пусть они и вырежут всех до единого злых чеченов, потому что это наилучшее решение проблемы…

Тупость, низость и невежество российского интеллигента превышают все мыслимые пределы – что именно бы он ни защищал, которую из двух крайностей. Хорошо еще, что народ наш помаленьку избавляется от горького похмелья, и, как показывают события последних лет, та самая продажная верхушка интеллигенции, о которой пишет Третьяков (и многие другие неглупые люди), теряет какое бы то ни было влияние на общество. Она еще что-то пытается толковать, может даже производить впечатление людей, способных к мыслительной деятельности, – но чем дальше, тем больше народ от них брезгливо отворачивается. Понимая, с кем имеет дело. Цензурно переводя русскую нецензурную поговорку – извергать определенные членораздельные звуки посредством речевого аппарата совсем не то же самое, что перемещать на собственной спине упакованные в тару грузы…

Перейдем теперь к событиям года следующего, которые, очень может оказаться, могли нанести урон, даже несопоставимый с захватом театра на Дубровке. Против террористов с огнестрельным оружием всегда можно бросить спецназ, вооруженный даже лучше. Но гораздо опаснее, когда к власти откровенно рвется ничем стреляющим не вооруженный субъект, который даже производит на многих благоприятное впечатление.

Впрочем, год 2003-й начинался спокойно…

Глава 4

Человек с идеями

В Чечне состоялся референдум. 89% жителей в нем участвовали, и 95% положительно ответили на все три вопроса: одобряют ли они Конституцию Чечни, законы о выборах президента и парламента республики.

Самое интересное, что ни иностранные наблюдатели, ни отечественные правозащитники (а их туда набилось, легко догадаться, немало) не нашли никаких нарушений – а это о многом говорит, учитывая, что иные наверняка нарушения старательно искали с парой микроскопов наперевес. Правда, из Белокаменной тут же выпорхнуло адресованное «всем демократическим силам Вселенной» очередное заявление, где утверждалось, что «проведение референдума в Чечне было политической ошибкой», а наилучшим выходом может стать исключительно «перемирие и мирная конференция с участием всех противоборствующих сторон». По запаху легко угадывались Сергей Ковалев, Валерия Новодворская и обычно примыкающие к ним приматы. Так оно и оказалось. Кто еще, пребывая в здравом уме и твердой памяти, будет именовать «противоборствующей стороной» пару тысяч «непримиримых», засевших в горах?

Поделиться:
Популярные книги

Возвышение Меркурия. Книга 17

Кронос Александр
17. Меркурий
Фантастика:
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Возвышение Меркурия. Книга 17

Сильнейший ученик. Том 2

Ткачев Андрей Юрьевич
2. Пробуждение крови
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Сильнейший ученик. Том 2

Теневой путь. Шаг в тень

Мазуров Дмитрий
1. Теневой путь
Фантастика:
фэнтези
6.71
рейтинг книги
Теневой путь. Шаг в тень

Ну, здравствуй, перестройка!

Иванов Дмитрий
4. Девяностые
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
6.83
рейтинг книги
Ну, здравствуй, перестройка!

Вечный. Книга III

Рокотов Алексей
3. Вечный
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
рпг
5.00
рейтинг книги
Вечный. Книга III

Безымянный раб

Зыков Виталий Валерьевич
1. Дорога домой
Фантастика:
фэнтези
9.31
рейтинг книги
Безымянный раб

Измена. Возвращение любви!

Леманн Анастасия
3. Измены
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Измена. Возвращение любви!

Кодекс Охотника. Книга XXIII

Винокуров Юрий
23. Кодекс Охотника
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XXIII

Идеальный мир для Лекаря 14

Сапфир Олег
14. Лекарь
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 14

Лорд Системы 14

Токсик Саша
14. Лорд Системы
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
рпг
5.00
рейтинг книги
Лорд Системы 14

Последний Паладин. Том 2

Саваровский Роман
2. Путь Паладина
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Последний Паладин. Том 2

Последний реанорец. Том III

Павлов Вел
2. Высшая Речь
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
5.25
рейтинг книги
Последний реанорец. Том III

Темный Лекарь 5

Токсик Саша
5. Темный Лекарь
Фантастика:
фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Темный Лекарь 5

Газлайтер. Том 6

Володин Григорий
6. История Телепата
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Газлайтер. Том 6