Всё было совсем не так
Шрифт:
По-моему, разрушений стало ещё больше, и весь чистенький до этого котлован был просто завален валунами и кусками земли. Н-да… здорово мы тут «повеселились», надеюсь, Саске это видел и покажет потом, как всё было, в своём гендзюцу. Всегда хотел увидеть своё превращение, а то даже «свидетели», перебивая друг друга, по-разному рассказывают всегда. А у Саске, думаю, будет стопроцентная достоверность. Хоть буду знать, что происходило, а то стрёмно как-то, когда сам не знаешь, что наворотил.
— Блин, я думала, что подохну нафиг! — неожиданно из ворота выползла слизняшка Кацую, про которую я уже и забыл.
— А? Мы что, уже не в Конохе? — я задал вопрос самому себе.
Вот этим и опасны всякие провалы в памяти. Очнулся и «к чёрту подробности, страна-то какая?!».
Я вспомнил о Хинате и, сконцентрировавшись, нашел вдалеке отголоски её чакры. Наверное, Саске спас её с помощью своих медицинских и модифицированных техник, как спас Забузу!
— Ты не причинил никому вреда, когда стал девятихвостым, — успокоила меня Кацую.
— Это хорошо, теперь надо разобраться с ним и найти настоящего, — кивнул я слизняшке на Пейна, тот выглядел потрепанным, без банданы с взлохмаченными рыжими волосами и в разорванном по диагонали «дизайнерском плаще» с освобождённой левой рукой.
— Покончим с этим! — сказал низким хорошо поставленным голосом главный из марионеток. Тело лучшего друга Нагато. Чем-то напомнило мне того клона, что я сделал, когда Саске покинул деревню со своим братом. Наверное, Нагато было слишком тяжело расставаться со своим другом, раз он решился сделать из его тела марионетку, или он так напоминал себе, что его друг мёртв?
— Да, давай!
— Может, ты уже начал познавать боль? — поинтересовался Пейн. — Не зная их боли, тебе никогда не понять людей… А если и поймёшь, это не значит, что они поймут тебя…
Да, вот тут я согласен.
— Отведи меня к твоему настоящему телу. Хочу кое-что перетереть с тобой с глазу на глаз!
— О, так ты догадался? — удивился Пейн. — Ты не перестаёшь меня удивлять. Однако достаточно разговоров. Никакие твои слова ничего уже не изменят.
— Выслушай меня! — упорствовал я.
— Режим сэннина позволяет использовать тебе расен-сюрикен лишь дважды, не так ли? — он начал подходить.
— Вот как знал, что по-хорошему
— Два твоих промаха, и я вырублю тебя за долю секунды! — он перешёл на хорошую скорость, размахивая своим чёрным колом.
— Ну, значит, придётся самому искать тебя настоящего… — уворачиваясь от его атак, пробормотал я.
— Но как? — пискнула слизняшка.
— Есть пара мыслей, — уклоняясь от очередного замаха, ответил я, перехватив руку Пейна и обломав железяку. Походу, это спрессованная чакра, которая становится железом. Помню, Сакура говорила о похожей способности у Третьего Кадзекаге, хотя, может, и это просто хитрожопая чисто «риннеганская» техника.
Пнув тело, я припечатал его к ближайшей скале, сделав картину «ангела» с концентрическими трещинами. А что? Не только же Саске художеством заниматься!
Отобранную в схватке железяку я воткнул в своё плечо, тут же почувствовав исходящие потоки чакры с горы примерно в десяти километрах от места нашего боя.
— Попался! — обрадовался я. Радостный хрюк слизняшки вторил мне.
Пейна я добил хитрым комбо-ударом, использовав и вихревые сюрикены, и подмену, и клонов. А последний мой контрольно-добивающий удар пришёлся ему в живот расенганом, после того как появился пятисекундный интервал в его технике отталкивания.
Геморройный тип. Пришлось также вытащить из него все эти пирсинг-железяки из тела, чтобы не «воскрес» ненароком и не ударил в спину, когда я пойду на разговор к Нагато.
В последнюю минуту появился Саске, прилетев на своих крыльях. Он, полюбовавшись с маньячной улыбочкой на труп Пейна, участливо у меня поинтересовался.
— Ты как?
Блин, ну что за вопросы?! Я весь обтрёпанный, пыльный, грязный, только что ковырялся в древнем трупе, а он, жук такой, как обычно, весь в чистом, без царапинки и лыбится.
— В порядке, — буркнул я. — Но это не конец. Остался ещё тот, кто управлял этими телами.
— Я видел, где он скрывается, пока летел сюда, — не моргнув глазом, соврал Учиха.
Ага, это ж какой крюк надо было делать, чтобы «мимо пролететь» в обратную сторону? Он материализовал ещё одни крылья.
— Садись, довезу. А ты можешь пока помедитировать, — широким жестом пригласил он, хлопая по крыльям.