Всемирная история в 24 томах. Т.6. Римский период
Шрифт:
Для охраны западных провинций было выделено десять легионов (из 25 легионов римской армии). Основные силы этой армии, 8 легионов (около 80 тысяч воинов), стояли на Рейне, охраняя безопасность западных провинций от набегов германских и других племен, которые жили к востоку от Рейна.
Во второй половине I века Испания, которая делилась на Тарраконскую Испанию, Бетику и Лузитанию, была одной из наиболее богатых городами романизированных провинций с высоким развитием рабовладения. Такая высокая степень романизации вместе с богатыми местными традициями кельтских племен и разноязычных жителей античной Испании привели к образованию интересного синтеза социально-экономических отношений и культуры. Это привело к бурному развитию хозяйства и культуры, к установлению тесных связей между западными провинциями и центром империи — Италией. Эти провинции активно торговали продуктами питания, ремесленными продуктами и сырьем, особенно металлами. Испанские масла, рыба, вина и металл находили широкий сбыт во всех землях империи. Городская жизнь, особенно после реформы императора Веспасиана, была очень оживленной, хотя в Лузитании еще сохранялись и племенные территории. Такое развитие породило тесные контакты внутри западной половины империи, привело к созданию прочных связей, что заложило основу для исторического развития современной Западной Европы.
Но уже с середины II века испанская торговля стала сокращаться. Все меньше выходцев из этой страны играли роль в политической и культурной жизни империи, все меньше испанцев стало попадать в армию, пришли в упадок разоренные города, несмотря на то, что богатые собственники тратили большие суммы на городские нужды. При императоре Адриане в испанских городах начались волнения, а при Марке Аврелии произошло крупное восстание в Лузитании.
Одну из важнейших ролей в жизни империи играли балкано-дунайские провинции — Реция, Норик, Паннония, Далмация, Верхняя и Нижняя Мезия, Дакия, Фракия, Македония, Эпир, Ахайя. Все эти провинции имели очень много общих черт. Их территория была заселена в основном иллирийцами и фракийцами, которые находились примерно на одном уровне общественного и культурного развития. В то же время район этот сильно отличался от других провинций Римской империи. Объясняется это тем, что Балканский полуостров был расположен между западной и восточной частями империи, а поэтому он испытывал на себе влияние римской культуры с запада и греческой — с востока. В то же время с северной стороны эти провинции граничили с племенами Центральной и Восточной Европы. В связи с этим дунайская граница, также как и рейнская, была наиболее опасной и испытывала постоянную угрозу внешнего вторжения. Этим и объясняется то, что вышеперечисленные провинции были буквально наводнены римскими войсками.
К тому же во II веке рейнская граница становится спокойной, войны здесь практически не велись. В то же время напряженность на дунайской границе, наоборот, возрастала. Так, если во времена правления императора Нерона, в 63 году на Рейне стояло семь легионов, а на Дунае только пять, то при императоре Антонине Пие на Рейне их было всего — четыре, а на Дунае — уже двенадцать. Этим объясняется то, что военные элементы играли большую роль к дунайских провинциях. Большая часть городских магистратов и средних землевладельцев состояла из ветеранов. Большинство городов, как уже говорилось выше, возникало здесь из военных поселений, поэтому императорская политика проводилась в основном военными. Часто командиры, кроме своего основного рода занятий, занимались торговлей и организацией ремесленных предприятий. Вообще этот процесс был довольно характерен для империи: из сословия всадников выходили наиболее богатые купцы и ремесленники, которые очень часто становились военными и наоборот.
Дакия, значительная часть населения которой погибла во время войн Децебала с Римом, в основном была заселена колонистами, которых переселил сюда император Траян, главным образом из восточных провинций. Это объясняет смешанный характер культуры дакийских городов. Местная знать, которая охотно признала власть императора Траяна, даже и не думала сопротивляться Риму, как это происходило в Галлии либо Британии. Она быстро переняла культуру и обычаи римлян, дакийские аристократы давали своим детям римские имена. Но дакийский плебс не хотел мириться с римским владычеством. Народ часто примыкал к своим соплеменникам, которые неоднократно вторгались на территорию провинции, а поэтому золотые прииски, которыми была богата эта земля, усиленно охранялись римскими военными.
Крупное землевладение и рабовладение в придунайских провинциях были неразвиты. Здесь преобладали небольшие виллы и села-общины с мало романизованным местным населением. Этим объясняется слабое развитие рабства и тот факт, что местные ремесленники также были в основном людьми свободными.
Во II веке провинции эти были довольно отсталые, их роль в жизни империи стала значительной лишь в III в. н.э.
Особое место на Востоке занимала провинция Ахайя (Греция). В эти годы она находилась в состоянии глубокого Упадка: здесь почти не осталось крестьянства, за счет которого на протяжении веков осуществлялось развитие других провинций, а рабовладение достигло своего пика в Греции еще до возникновения Римской империи. Ахайя и Македония — области классической греческой цивилизации, У которых была богатая история, высокий уровень развития культуры — находились в застое. Пришли в упадок и местные города. Теперь в них господствовало по нескольку богатых семей, которые на свое усмотрение распоряжались местным населением. Плебс находился в состоянии обнищания. Например, известный философ-софист Герод Аттик, друг императоров и сенатор, практически безгранично распоряжался в Афинах, большинство граждан были его должниками.
Часто в греческих городах происходили волнения, которые были связаны с дороговизной и недостатком хлеба. Все это объясняет то, что значение Ахайи и Македонии заключалось лишь в их культурных традициях. Афинские школы империи все еще оставались ведущими и пользовались самоличным покровительством многих императоров. При Адриане в среде греческой аристократии возникло движение панэллинизма, представители которого мечтали об объединении всех эллинов. Адриан хотел таким образом сблизить с империей эллинизированные элементы восточных провинций, поэтому Афины продолжали играть роль центра античной образованности, искусства, красноречия и философии.
Из стационарных римских военных лагерей и канаб в придунайских провинциях возникали города муниципального типа, которые являлись центрами романизации дунайских земель. Среди них Виндобонн (Вена), Аквинк, Карнунт, Сингидун (Белград), Виминаций, Новы, Апул и др. Но уровень урбанизации и роль в придунайских провинциях оставались небольшими, гораздо меньшими, чем в западных провинциях. Огромные территории оставались вне воздействия городских центров, а население их продолжало жить в условиях общинного быта. Такая неравномерность социально-экономического и культурного развития являлась характерной чертой исторического развития придунайских провинций.
В рассматриваемый нами период, в состав провинций Нижняя Мезия были включены некоторые греческие города Северного Причерноморья — Тир, Ольвия, в которых с этого момента стояли гарнизоны римской армии. Отныне зависимыми от Римской империи стали Херсонес и Боспорское царство, правители которых теперь вынуждены были отливать на своих монетах изображения римских императоров как верховных покровителей. Однако власть рим-лян над городами Северного Причерноморья была очень незначительной.
Но наиболее сложной была структура восточных провинций Римской империи — Азии, Вифинии, Понта, Киликии, Сирии, Палестины, Галатеи, Каппадокии, Ликии, Памфилии, Аравии, Египта, Крита и Киренаики. Почти все они были образованы из некогда самостоятельных царств и находились на различных этапах исторического развития. Но тем не менее восточные провинции имели в своем развитии относительное единство, так как были сформированы на основе эллинистических государств и их культуры, которая органично впитала в себя древневосточное наследие, с одной стороны, и традиции эллинства — с другой.
Этим объясняется большая сложность внутренней структуры провинций. Здесь, кроме городов эллинского типа — Эфес, Милет, Антиохия, Александрия и др., — существовало много городов местного типа, которые некогда являлись древневосточными центрами. Тут же римляне основали множество городов по образцу римских колоний и италийских муниципий.
Во II веке здесь приходила в упадок городская автономия и стала возрастать роль императорской администрации. Еще в годы правления императора Траяна здесь появились кураторы, которые были обязаны наблюдать за финансами городов. Отныне любая мелочь находилась под жестким контролем императорского правительства. Так Плиний Младший, который был наместником Вифинии, в письме к императору Траяну спрашивает, можно ли разрешить городу достроить гимназии и бани, можно ли допустить, чтобы местная знать собирала плебс на семейные торжества, можно ли организовать коллегию для тушения пожаров и т.п. Именно на последний вопрос Плиния Траян ответил отрицательно; он боялся, что подобные коллегии дадут возможность народу организоваться в мятежных целях.
В каждой провинции были также племенные округа, которые назывались сатрапиями и были организованы на основе эллинистического административного деления территорий, а также автономные храмовые территории и даже небольшие царства (например, Иудейское царство).
Политика романизации в восточных провинциях отличалась от подобной политики в других землях. Здесь она имела формы эллинизации, как одного из путей распространения античных порядков и культурных традиции. Таким образом, римские императоры на Востоке выступали как продолжатели политики эллинистических царей. Вместе с этим распространялись права римского гражданства на жителей этих земель, здесь были внедрены законы римского права и правопорядка, расширялась сфера применения латинского языка.