Выжить любой ценой
Шрифт:
Я открыл глаза и не сразу понял, что меня разбудило. Видимо пререкаясь сам с собой, я все же умудрился уснуть, и вот что-то потревожило мой чуткий сон. Я напряг слух, но вокруг было тихо. Я вновь опустился на подушку и попытался вспомнить, о чем думал перед тем, как провалиться в сон.
Стоп… Опять неясное шарканье долетело до ушей, и я приподнялся на локте, напрягшись. Потом так же тихо вылез из-под одеяла и крадучись подошел к двери, выглянув в коридор. Племянник крался в свою
– Стоять! – рявкнул я. – Это что еще за фокусы?
Не ожидая увидеть меня за спиной, парень вздрогнул и резко оглянулся.
– Это ты, дядь Борь? – испуганно-елейным тоном провинившегося подростка спросил он.
– А ты ожидал увидеть здесь кого-то еще?
– Я вообще не ожидал никого увидеть. Думал, новое дело задержит тебя на работе до утра.
– Ну, допустим, ты это мог предвидеть, я этому не удивляюсь. Но где тебя носило?!
– Дядя, я свободный человек! Живу в свободной стране! Могу я отлучиться от плиты и уборки по своим делам?
Я сбавил обороты. Ну действительно, парню скоро исполнится двадцать лет! Не могу же я держать возле своих штанов взрослого самостоятельного мужика!
– Ну ты мог бы позвонить и предупредить! – не сдавался я.
– Беру пример со старшего поколения! – он оперся о стену и с вызовом посмотрел на меня. – Я стараюсь, готовлю, убираю, бегаю как белка в колесе, и частенько не имею понятия – буду ли ночевать в компании родственника или коротать дни и ночи в одиночестве!
– Прости! Я об этом как-то не думал! – я виновато опустил глаза. – Мне казалось, что ты знаешь все мои действия на два шага вперед!
– Для этого мне пришлось бы не слезать с «колес» сутки на пролет!
– Во всем виноват я! – подвел я итог.
– Да ладно, я тоже хорош! – залебезил парень. – Мне просто хотелось сходить на концерт «Летучего пороха», а я знаю твою нелюбовь к подобным группам.
– Что такая серьезные ребята? – перевел я разговор на тему, которая меня почему-то заинтересовала. – Не пожалел о потраченном времени?
– Когда смотришь в глаза смерти – все становится искренним и великим одновременно!
– Дааа, тяжелый рок сродни смерти! – согласился я.
– Ты не понял… Хотя… Пора спать. Завтра у тебя суматошный день. Скоро ты сам заглянешь в пропасть души человеческой, и поймешь, что значит смерть во имя жизни! И чья жизнь заслуживает жизни!.. Больше чем остальная…
Я ничего не понял из того, что сказал мне племянник, но решил оставить выяснение этого вопроса на потом, уж очень хотелось спать. А день и вправду может выдаться напряженным.
Утро, как и предсказал Женька, началось со скандала. Еще издали я услышал громкий голос, раздававшийся из моего кабинета, и понял, что пожаловал отец убитого Олега.
– Я был у патологоанатома! – налетел он на меня с порога. – Он настаивает, что это был несчастный случай! Этот придурок заявил, что не видит причин для возбуждения дела об убийстве! «Мы сделали все, что могли – чудеса не наш профиль. Мы можем найти и попытаться наказать преступника, но мы не боги, и воскрешать не умеем!» – передразнил он Платонова.
Если раньше наш судмедэксперт как-то старался смягчить разговор с родными, то теперь нацепив на лицо самую мрачную мину, говорил без обиняков:
– Такова жизнь! Все мы умрем – сами понимаете! Кто-то раньше, кто-то позже!
Я понимал его и не осуждал. Проводить все время в компании покойников то еще развлечение. За годы работы в отделе Виктор Иванович огрубел, перестал сопереживать и пересмотрел свои взгляды на жизнь и смерть. Все чаше у него вырывались философские слова… но это никак не успокаивало родственников погибших. Отсюда такой напускной цинизм.
– Если он говорит, что это несчастный случай – так оно и есть! – пытался я успокоить визитера. – Бродячие собаки – бич нашего времени! Мы не можем пойти и перестрелять всех собак, которые бегают по улицам города!
– Засадите за решетку мэра, ответственного за парки и общественные места! Мне все-равно, кто понесет наказание! Я готов перебить всех, кто прошляпил отлов бродячих псов! Я требую, чтобы привлекли к ответственности всех держателей приютов – наверняка это какая-нибудь ихняя шавка сбежала на свободу! Арестуйте всех любителей треклятых псин!
– Мы не можем этого сделать! – пытался я до него достучаться. – Следствие еще идет!
Кременчук старший пытался надавить на меня, но я оставался непреклонен.
– Все должно быть по закону. – сказал я. – Мне понятны ваши чувства, но я ничего не могу поделать!
– Поняты чувства? – взревел он. – У меня убили сына, и кто за это ответит? – я лишь пожал плечами. – Я это так не оставлю!.. Несчастный случай!.. – он сорвался с места и вылетел из кабинета, словно запущенная ракета.
– Что будем делать? – спросил Одинцов.
– Ждать! Может мы просто перемудрили?! И это действительно работа дворняги!
Я отошел к окну и всмотрелся в темноту. Заря еще только зачиналась. Люди брели в разные стороны, низко опустив головы, смотря себе под ноги.
– И все же я не верю, что это дело рук, вернее зубов и лап четвероногого.
– Виктор Иванович настаивает! – процедил Одинцов. – Говорит, что такие рваные раны мог нанести зверь. К тому же повреждение внутренних органов, отсутствие печени, разбросанные кишки… – капитан содрогнулся, – никак не вяжется с человеком… да и зачем убивать? Да еще так жестоко. Из личных вещей не взято ничего! В кошельке денег полно, часы одни стоят целое состояние. Телефон опять же… Убийца бы все это забрал…