Я – другой! - 4
Шрифт:
Науку себе сразу забрал Мефодий и сразу же назначил Рому руководить лабораторией по исследованию технологий криссов. Ласка получила под свое крыло команду поисковиков разыскивающих как спрятанные секреты Люминов, так и осколки от довоенного наследия. Девушка взялась за любимое дело с таким рвением, что из ее отряда начали регулярно поступать рапорты о переводе — люди хотели хоть изредка есть и спать. На пост главного армейца было выдвинуто сразу два кандидата: Гвоздь и Максим. Гвоздев сразу снял свою кандидатуру в пользу майора, опыта командования у которого было неизмеримо больше. Сам Гвоздев хотел возглавить
— Андрей, у нас много людей, готовых лезть под пули и лазерные импульсы. Но ты… ты единственный в своем роде. Тобой мы рисковать не можем!
— Чего?! — у Гвоздева натурально отвалилась челюсть, — то вы меня пихаете из огня да в полымя, то я вдруг стал ценным кадром, с которого надо пылинки сдувать?! Ли, мне кажется, у кого из нас двоих развилась шизофрения.
— Вот именно что стал, — Ли не стал скромничать и занял рабочий кабинет А-01. Правда, в отличие от предыдущего хозяина, он не сидел в огромных апартаментах в гордом одиночестве. Кроме него здесь трудился десяток его помощников. Самым ближайшим, как это не странно, стал Старьевщик Джо, сделавший головокружительную карьеру от «справочника» в отеле до заместителя премьер-министра Земли, — понимаешь, любой революции нужен символ, человек, деяниям которого следует подражать. Ты подходишь на эту роль больше всех.
— Это почему это?
— Сам посуди — герой, побывавший на другой планете, первым увидевший последствия вторжения криссов. Пронесший это знание через столетие и вернувшийся на Землю, чтобы спасти человечество. У кого из нас есть подобная легенда?
— Ли, а мы сейчас точно обо мне говорим? — Гвоздь обалдел от осознания собственной крутизны.
— Точно-точно. Сейчас Джо работает над твоей легендой, сводит воедино все даты, факты и события. Как закончит, передаст ее тебе. Выучи ее досконально, пожалуйста.
— То есть, вы еще туда и всяких баек напихаете?
— Не баек. Джо лишь подкорректирует твой образ. Сделает его идеальным с точки зрения обывателя, которому не зачем знать, как на тебя Ласка одела рабскую мину. Или то, что ты страдаешь чревоугодием.
— Да блин! У меня просто обмен веществ быстрый! — Ли бил не в бровь, а в глаз. Люмины любили побаловать себя всякими деликатесами и Гвоздев регулярно делал набеги на их продуктовые склады. Он как бы устраивал романтические вечера для Ласки, но любой, кто увидел бы ломящиеся от снеди столы, сделал бы вывод, что это не праздники для сердца, а именины в честь желудка, — да еще и эти генные модификации…
— Вот о них тоже мы не будем упоминать в официальной версии событий. Мы вообще не будем затрагивать эту тему и обсуждать, имп ты или гемп. Герой должен объединять людей, вне зависимости от их модификационной принадлежности.
Гвоздю захотелось долго и протяжно завыть. Кажется, Ли втягивал его в пучину дипломатии и политеса, в область, в которой Гвоздев мало того, что считал себя некомпетентным, так еще и ненавидел всей душой.
— Ли, ты же понимаешь, что это не мое? Я и кланяться и ножкой шаркать не умею. А если я рот открою, вообще хоть святых выноси! Короче — ищете себе другой символ!
— Андрей, ты думаешь, мне сейчас легко? Или Пабло?
— Пабло светится от счастья, как начищенная медная бляха!
— По моим данным за прошедшие сутки он спал меньше двух часов. Сегодня утром, по моему приказу, ему вкололи снотворное. Прости, я понимаю, что это личное — но когда ты в последний раз видел Ласку?
Гвоздев покраснел до кончиков ушей. Вроде бы уже не мальчик, а разлетающиеся по базе слухи об их интрижке, переросшей в полноценный роман, заставляли его чувствовать себя не в своей тарелке.
— Причем тут это? — насупился он.
— При том. Ласка отбыла в очередную командировку, вернется через три недели, пару дней передохнет и снова за работу! За работу, понимаешь? Вот и ты отнесись к своему заданию, как к работе! Очень важной для нас всех работе, Андрей.
— Хорошо, я попробую.
— И я верю, что у тебя все получится. Ты же ученик одного гениального человека, — позволил себе улыбнуться Ли, — сейчас подойдет один из моих помощников, он тобой и займется. За спецназ не переживай, им будет командовать Шоджи.
Если бы Гвоздь знал, чем обернется это самое слово «займется», то он бы отказался от чести быть символом революции еще в самом начале разговора. Помощник оказался стилистом, который отвел Гвоздева в… салон красоты! Ну может быть не совсем в салон, но ростовое зеркало с матовыми лампами по краям там было. А еще там на Гвоздя набросилась стайка мастериц макияжа, стиля и парикмахерского искусства. И за два часа с лишним они сотворили с внешностью Гвоздя что-то настолько невообразимое, что он сам себя в зеркале узнавать перестал. В жесткий ежик волос было решено добавить чуть больше седины, чтобы было видно сразу, сколько тягот и невзгод перенес его владелец. Загар подчеркнул шрамы и морщины, сделав лицо Гвоздева более решительным и бесстрашным. С него сняли мерки и изготовили на принтере камуфляж, очень похожий на тот, который Гвоздь носил сто лет назад. Но новый вариант визуально увеличивал ширину плеч и делал его как бы на полголовы выше.
— Подстригли и покрасили как болонку, — глядя на свое отражение, ворчал Гвоздь. Он немного кривил душой, ибо из зеркала на него глядел самый героичный герой всех времен и народов. Хоть сейчас в Фермопильский проход или под Бородино отправляй.
— Вас ждет премьер. Через пятнадцать минут у него состоится важное совещание, — сообщила одна из мастериц, пшикая на Гвоздя из баллончика смесью, пахнущей порохом, перегретым ружейный маслом и озоном энергооружия.
— О! Это совещание он надолго запомнит, — пообещал решивший не срываться на девушке Гвоздь, собираясь устроить веселую жизнь виновнику его преображения.
Глава 23
Круто наехать на Ли за устроенную поставу у Гвоздева не получилось. Собрание премьер-министр решил проводить в тактическом центре комплекса и пригласил на него кучу народа. Войдя в центр, Гвоздев обнаружил как лидеров повстанцев, так и толпу абсолютно незнакомых ему людей. Видя, что он нерешительно застыл в дверях, со своего места привстал Ли, и указал на кресло рядом с собой. Гвоздь протиснулся через суетливо рассаживающихся людей.