Зачем ты так?
Шрифт:
— Она расскажет об этом, когда придет в себя, — проговорил Ахмед. — Сейчас не время для разговоров. Давайте лучше возблагодарим Аллаха за то, что нам удалось спасти ее. Хорошо, что Зара и Фатима все еще в гостях у матери Сауда. Смотри, она пошевелилась…
Фелиция то приходила в сознание, то снова проваливалась в забытье. Ей в лицо плеснули водой, и она лихорадочно облизала губы. Тогда ей в рот влили несколько глотков, и вода сразу же была убрана. Девушка застонала и потянулась за флягой.
— Нет, —
Казалось, последние силы Фелиции ушли на это движение, и она снова потеряла сознание, очнувшись, только когда они уже достигли оазиса. Ахмед что-то сказал Рашиду, и “лендровер” остановился.
Машина въехала во двор виллы. К ней подбежала Надия. При виде Фелиции ее лицо осветила улыбка облегчения.
— С ней все в порядке?
— Да, — кивнул Ахмед. — Я отнесу ее в комнату, Рашид.
— Я сам это сделаю, — резко возразил тот.
— Послать за доктором Хамидом? — спросила Надия с беспокойством.
— В этом нет необходимости, — сказал Рашид, — тебе лучше вернуться к сыну — я слышу его плач.
— Да, ему передалось наше волнение. — Надия взглянула на мужа. — Как хорошо, что вы нашли ее.
— Без соколов мне это вряд ли удалось бы. Она ушла на несколько миль от оазиса.
Фелиция почувствовала, как чьи-то руки раздевают ее и кладут на свежие прохладные простыни. Из ванной комнаты доносился чудесный звук льющейся воды — то, о чем она мечтала все эти долгие и страшные часы.
Девушка открыла глаза и увидела Рашида, стоящего около ее кровати, Теперь она вспомнила. Она убежала в пустыню, потому что услышала его резкие слова. Он прочел письмо! Фелиция попыталась сесть, но руки Рашида заставили ее лечь снова.
— Вы сильно обгорели, — бесстрастно проговорил он. — Нужно нанести на кожу лечебную мазь. Я бы позвал Надию, но она сейчас занята.
— Я сама могу все сделать, — запротестовала Фелиция, прекрасно понимая, что это неправда.
Повернувшись к ней спиной, Рашид направился к двери. Может быть, он пошел за этой мазью от ожогов? Она почувствовала, что вся горит.
Фелиция встала, закуталась в простыню и с трудом сделала несколько шагов, но в это мгновение Рашид вернулся.
— Что, черт возьми, вы собираетесь делать? — От боли слезы стояли у нее в глазах. Она отерла их ладонью.
— Я шла в ванную комнату, — прошептала она. — Мне нужно принять душ, причесаться…
— Вы только что чуть не погибли в пустыне, и при этом думаете о прическе? — Он сделал шаг к туалетному столику и взял расческу.
— Садитесь!
Фелиция машинально подчинилась, стесняясь своего слишком откровенного наряда. Щетка методично заскользила по ее волосам.
Она ощущала странное чувственное удовольствие
— Ну вот, вы причесаны, а вот с душем, боюсь, пока придется повременить.
Рашид исчез в ванной и появился оттуда с губкой и полотенцем в руках.
— Прежде чем смазать лечебной мазью ваши ожоги, нужно избавиться от грязи.
— Я сама в состоянии это сделать. — Фелиция вздрогнула, представив, как его пальцы коснутся ее кожи.
Но он молча взял девушку за плечи, заставил лечь на спину и, не обращая внимания на ее слабые протесты, приступил к делу. Его уверенные прикосновения приносили странное облегчение.
— Я сейчас закончу, — холодно сообщил Рашид. — Потерпите еще немного.
— Слушаюсь, доктор!
Его брови недоуменно поползли вверх, но он промолчал и взял тюбик с мазью.
— Я сама, — поспешно сказала Фелиция, но Рашид отрицательно покачал головой.
— Не возражайте, — пробормотал он. — А ну-ка, перевернитесь!
Фелиция хорошо знала, к чему приводит неповиновение этому человеку, поэтому послушно легла на живот, ссутулив плечи и уткнувшись лицом в подушку. Рашид медлил, и она подняла голову, чтобы выяснить, в чем дело, а его лице был плохо скрываемый гнев, но, роме того, еще какое-то другое чувство, которое она не могла определить. Его холодные пальцы прикоснулись к пылающей коже девушки и начали массировать ее плечи, втирая в них мазь круговыми движениями. Фелиция сразу же почувствовала облегчение. Она была рада, что он не видит выражения ее лица.
Неужели она сходит с ума? На мгновение ей показалось, что его пальцы не просто втирают мазь, а ласкают ее тело.
Слезы выступили ей на глаза. Она подняла руку, чтобы незаметно стереть их, но Рашид повернул ее лицом к себе и заглянул в глаза.
— Слезы? — спросил он насмешливо. — По ком же вы их проливаете, мисс Гордон? По себе?
Его горячие пальцы сжали ее плечи, и он страстными легкими поцелуями стал покрывать ее мокрые щеки.
— Ну как, Фелиция, могу я теперь заменить тебе Фейсела?
Фейсел! Письмо! Слезы сплошным потоком хлынули из ее глаз.
— Пожалуйста, Рашид!
Где ее гордость? Она же хотела сохранить свою любовь в секрете! Увы! Все благие намерения смел мощный прилив желания. Оно охватило ее целиком и разрушило барьеры условностей. Его пальцы нежно скользили по ее лицу.
— Пожалуйста “что”? — прошептал он.
В ее глазах светилась любовь, которую она уже не могла, да и не хотела скрывать. Лунный свет посеребрил ее тело, ослабевшее от желания.
— Неплохо, — пробормотал он наконец. — Но ты уверена, Фелиция Гордон, что хочешь отдаться именно мне?