Земли мертвых
Шрифт:
Я остановился в нескольких метрах от ближайшего отряда кочевников и высоко поднял руки. Над головой развернулся рисунок реверса Дестабилизации. Ответ последовал незамедлительно.
Далеко впереди послышался бой барабана. Войска передо мной мгновенно пришли в движение и подались в стороны. Волна перестроений создала живой коридор. Он вёл на вершину ближайшего холма, где стоял одинокий шатер.
От ворот Смоленска послышался боевой клич поляниц, а секунду спустя из темноты надвратной арки хлынула сверкающая река воительниц. Марья всерьёз восприняла просьбу Никиты и отправила в бой абсолютно
Я неспешно продолжил свой путь. Опасения моих подчиненных были мне вполне понятны. Со стороны мой поступок выглядел очень опрометчиво. Но они не знали всего.
Разрушитель уничтожил рамки привычного мира. Целые народы снялись с мест или исчезли бесследно. Алан мог быть кем угодно, но не лжецом. Один короткий разговор с тенью человека, которого страшился весь мир, дал мне больше, чем все труды историков вместе взятые.
Алан столкнулся с врагами невероятной силы. И потерпел поражение. С того времени прошло очень много веков, но дух Разрушителя так и не нашёл покоя. Сейчас я был практически уверен, что Алан мёртв или находится очень близко к этому состоянию. Иного объяснения его поступкам я найти не смог.
Бывший владыка половины обитаемого мира ни разу не вмешался в происходящее лично. Вернее, максимум, на что он был способен, это совет или мелкая кража, как в случае с руной. Даже наша беседа стоила ему стольких сил, что он чуть не умер.
Мимо проплывали напряжённые лица воинов орды. Изредка фыркали кони. Я пока сам ещё не решил зачем вообще решил поговорить с предводителем печенегов. И только одно я знал наверняка.
Этот народ пронёс свою верность Алану сквозь бесчисленное множество лет. Подобная верность не могла принадлежать чудовищу, каким Разрушителя рисовали местные историки. Печенеги не были орками или прочей сказочной хтонью, которую создали только ради войны и службы своему господину.
Я видел вокруг обычных людей. Со своими целями и стремлениями. Кто-то смотрел на меня с надеждой, а кто-то с недоверием. Но было и много таких, на чьих лицах застыло ожидание. И чего они ждут я пока не понимал.
На вершине холма пришлось спешиться. Воины орды за моей спиной сомкнули ряды. Теперь даже поляницам придётся постараться, чтобы пробиться ко мне. Но я всё ещё верил, что это не понадобится. Традиционной охраны вокруг не было. Только одинокая пожилая женщина стояла у входа в шатер.
Всё это время она смотрела в землю и подняла взгляд только когда я оказался рядом с ней. Глаза женщины заливала тьма. Точно такая же, какую я видел у мертвой княгини.
— Это ты контролировала мою мать? — прямо спросил я.
— Да, великий, — низко поклонилась ордынка, — Я хотела поговорить, но ты меня опередил.
— Давно? — только и спросил я. Вопрос не относился к сегодняшнему случаю, но пояснять не пришлось.
— Много лет, — спокойно ответила женщина.
Я мог не вернуться с этих переговоров, но уже сейчас понимал, что пришёл не зря. Как минимум один из мучавших меня вопросов получил свой ответ. Чтобы зайти в шатер мне пришлось наклониться. В нос тут же ударил запах тлеющих трав. Всё пространство шатра было затянуто лёгкой дымкой. После коварного нападения слуг Эрлик-хана, я с опаской относился к любым травяным сборам, но тут явно был другой случай.
Напротив входа неподвижно сидел у костра мощный воин. Восточные черты лица подсвечивали блики пламени. Мужчина смотрел в огонь, словно хотел найти там ответы на свои вопросы. Я сел возле огня. Женщина задернула полог шатра и опустилась на колени за спиной своего хозяина.
— С чем вы пришли на земли Смоленского рода? — первым задал вопрос я, потому что хозяева шатра начинать разговор не торопись.
— Меня зовут Итегай, — тихо ответил воин. Даже так в его голосе слышался грохот далёкого боя и рев пожаров, — Нас привёл сюда долг, господин.
Последнее слово резануло слух. Этот человек не был похож на того, кто готов склониться перед кем-то.
— Хак-Тали многие века хранили верность своему господину, — спокойно добавила женщина, — Меня зовут Хуррем, князь. Видящие племени много лет искали знаки твоего возвращения. Как только мы узнали о нем, то отправились в Великий Поход. И теперь мы здесь.
— Зачем? — просто спросил я.
— Мы знаем, что ты помнишь не всё, — уверенно произнёс Итегай, — Слишком много времени прошло. Слишком много жизней позади. Видящие Хак-Тали помогут тебе вернуть память о прошлом, господин. Воины моего племени готовы снова встать под твои знамёна.
В голосе могучего воина слышалась фанатичная вера в свою правоту. Мой ответ его интересовал в последнюю очередь.
— Вы ошиблись, — невозмутимо ответил я.
— Нет! — яростно ответил Итегай, — Мы знаем правду. Мы видели твою силу. Воины Хак-Тали сметут всё, что тебе мешает. Твой разум освободится и ты возглавишь наш Великий Поход. Тысячи лет мы ждали шанса вернуть этот долг. Позволь нам исполнить предначертанное!
Хуррем не принимала участия в разговоре, но при этом внимательно наблюдала за каждым моим движением. Я чувствовал, что эта женщина прямо сейчас сопоставляла полученные данные со своими знаниями и делала выводы.
— Нужно время, — неожиданно произнесла Хуррем, — Я вижу, что ты прошёл длинный путь, великий. Но твой дух пробудился ещё не до конца. Всего несколько дней в стане Хак-Тали помогут тебе обрести путь.
— Ваши предки служили Алану, — прямо глядя в глаза вождю племени, произнёс я, — Они прошли с ним многие битвы и были верны ему до конца. Как и вы.
— Ты помнишь, — с облегчением произнесла Хуррем, — Я знала, что сбор памяти поможет нам! Я знала!
— Нет, — покачал головой я, — Сбор памяти не поможет. Хотя бы потому, что мне нечего вспоминать.
— Это не так, — упрямо произнёс воин.
Я смотрел на этих людей и хладнокровно обдумывал сложившуюся ситуацию. Хак-Тали пришли к стенам Смоленска с одной единственной целью. Они почувствовали возвращение своего прежнего господина и решили продолжить свою службу.
Подобная слепая верность имела множество минусов. У меня было достаточно информации, чтобы превратить этих людей в своих сторонников. Всего парой фраз я мог поставить их себе на службу, но чем это обернётся в итоге предсказать я бы не взялся. Но главное было не в этом.